Чтение онлайн

Вслед за сержантами вышел из торпеды инквизитор Ремигий. Крошечный рядом с собравшимися космодесантниками, он носил плотную мантию и плащ, которые не спасали от холода. Маска респиратора закрывала большую часть лица, скрывая его выражение.

Сержант Третьей Чешуи Звездных Драконов Коридон и его коллега из Девятой роты сержант Эвандер, великолепные в ярко-синих боевых доспехах, проверяли готовность своих воинов к операции. Отделение Кровавых Мечей в багровых доспехах под командованием сержанта Ардашира присоединилось к ним, как только вторая абордажная торпеда открылась, выпустив

их наружу.

Якодос наблюдал, как Коридон собирает воинов, и заметил, с какой настороженностью тот смотрит на инквизитора. Общее командование военной частью операции возлагалось на него, как старшего сержанта, и капеллан знал, что он прошел личный инструктаж у капитана Танека перед тем, как покинуть «Ладон».

Три сержанта все еще не надели свои шлемы, и перед ними клубился пар выдыхаемого воздуха, когда они отдавали приказы своим отделениям. Коридон держался настороже с Ардаширом. Хотя ордена несомненно были похожи, он ни разу не шел в бой вместе с Ардаширом и не имел представления о его возможностях. Сначала воин Кровавых Мечей выразил нежелание подчиняться сержанту Звездных Драконов, но приказ Хорваша подавил его недовольство.

Как и его капитан, Ардашир выглядел пылким и энергичным, что понравилось Коридону и Якодосу. Он с легкостью построил свое отделение, воины без промедления отвечали на отдаваемые мягким голосом команды, демонстрируя профессиональную, эффективную и отлично организованную сплоченность. Кровавые Мечи имели хорошую репутацию на поле битвы. Коридон очень надеялся, что она не будет проверена на деле.

Его собственное отделение — Третья Чешуя — и Девятая рота Эвандера стояли наготове, медленно поводя болтерами по сторонам, чтобы держать под прицелом темный коридор, куда они должны были направиться. Якодос прошелся меж Звездных Драконов, прикасаясь к их плечам и произнося слова благословения и искупления своим звонким голосом.

— Кровавые Мечи в твоем распоряжении, сержант Коридон, — сказал Ардашир, и в его тоне не было ничего, кроме уважения. Якодос одобрительно кивнул. Какое бы недовольство не испытывал Ардашир перед отбытием, он отбросил его в сторону ради долга.

— Очень хорошо. — Надев шлем поверх коротко стриженных светлых волос, Коридон повернулся к Ремигию: — Инквизитор, это ваша операция. Мы здесь, чтобы поддерживать вас в случае необходимости.

— О, необходимость возникнет, сержант Коридон. Не «если», а скорее «когда». Убедитесь, что ваши люди готовы справиться со всем, с чем столкнутся… Не все из этого будет материальным. — Мелодичный голос инквизитора, приглушенный маской, разнесся в тишине корабля. — Наши цели — инжинариум и мостик. Демоническое сердце этого корабля, скорее всего, находится в одном из этих мест.

— Скорее всего? — фыркнул Коридон. — Это немного неопределенно, инквизитор.

— Поступки демонов не подчиняются законам ни одной из точных наук, сержант Коридон. Держите себя в руках. Ваше нетерпение не сослужит вам добрую службу в этой ситуации…

Якодос молча наблюдал за ними из-под череполикой маски. Но в ответ на заявление Ремигия он шагнул вперед, подняв руки. Одна ладонь была направлена к инквизитору, а другая — к сержанту. Хотя его лицо было

скрыто, но поведение говорило само за себя.

— Спокойствие, брат-сержант Коридон. Держи себя в руках.

Коридон отвернулся от капеллана, и Якодос заметил, как он сжал кулаки.

— Запомните мои слова, инквизитор, — загремел сердитый голос Якодоса, которому динамики придали нечеловеческий оттенок. — Все собранные здесь боевые братья присутствовали со мной в часовне перед отбытием. Их вера как всегда сильна, и как их наставник во всех духовных делах, я не вижу причины сомневаться в них. — Он обратился к остальным: — Верьте словам и молитвам, которые мы разделили перед уходом, братья. Верьте в Императора и верьте в воина рядом с вами, и мы навсегда покончим с этой угрозой Империуму.

Некоторые воины при словах Якодоса сотворили знамение аквилы. Коридон слегка пожал плечами, затем взял на плечо болтер и повернулся к Ремигию. Линзы его шлема бесстрастно уставились на инквизитора, не выдавая ни одной мысли или чувства. Когда он заговорил, его голос был сдержан и нейтрален.

— Ведите, инквизитор, — сказал он. — Мы прикроем.

Для всех космодесантников и их подопечного быстро стало очевидно, что «Проклятая вечность» лишена признаков жизни. Не было следов сражения, положивших конец членам экипажа. Ни пятен крови, ни характерных обожженных следов, которые намекали бы на стрельбу. Вообще ничего.

— Корабль словно только что с верфей, — отметил по воксу Эвандер. — Он… чист. Нетронут.

Это было правдой. Стены коридоров, по которым они шли, сияли новизной. Чистые пустынные залы корабля делали его немного нереальным, что-то в нем было не так. Никто не мог четко выразить это чувство, но оно, похоже, было общим.

Эвандеру никто не ответил, но несколько воинов согласно кивнули. Эвандер просто вложил в слова то, что испытывали все они. Через некоторое время брат Мерак нерешительно высказал другое предположение, тщательно подбирая слова, словно сам в них сомневался:

— Выглядит так, словно кто-то хотел воссоздать интерьер имперского корабля, но не знал, как изобразить физический износ. — Он невесело рассмеялся. — Извините, братья. Даже задумываться над этим нелепо и смешно.

— Не стоит извиняться, Кровавый Меч. Ты просто выражаешь свои мысли по делу. Не считай, что ты не можешь этого делать. Не стесняйся выражать свои соображения в этом месте, брат, — сказал Якодос, не оборачиваясь к воину. — Инквизитор полагает, что этот корабль захвачен демоническими силами. Никто из нас не может по-настоящему понять, на что они способны. Намного лучше сказать о том, что вас тревожит, чем держать это в себе.

— Он ощущается и выглядит вполне реально. Хотя, учитывая его природу, трудно поверить, что это совсем не иллюзия. Нечто, сотканное из самого варпа, фрагмент имматериума. — Эвандер издал легкий смешок. — Странно, я знаю.

— Будьте уверены, сержант, «Проклятая вечность» со всей определенностью существует, — вмешался в вокс-переговоры голос Ремигия. — Ее машинный дух был взломан и сломлен, но он все еще жив и весьма реален. Мы здесь, потому что он продолжает существовать, несмотря на все усилия Империума.