Архипелаг
Шрифт:
– А что это?
– Выручка из нашего представительства в Лесном.
– Понятно. Пусть полежит, приберу только потом.
– Ну что там у нас по переселенцам? – спросил я, усаживаясь за стол в кабинете.
Макарыч сел рядом и достал толстый ежедневник, которыми снабдили всех из контейнера с канцелярией.
– Может, вам ноутбук подарить? Вы как с компьютером?
– А есть? – удивился Макарыч.
– Имеется, я распоряжусь, и берите на складе.
– Отлично… а с компьютером я нормально, скажем, грамотный пользователь.
– Ну вот и хорошо… так что там у нас?
– Документы сохранились
– И что получается?
– Получается, что у шестнадцати переселенцев-мужчин мы имеем следующие специальности: два водителя, один технолог пищевой промышленности, два менеджера по продажам, двое из рыболовного флота – один штурман и один моторист, один системный администратор, сварщик, хирург, механизатор, электрик, двое без образования вообще – бизнесмены вроде «купи-продай», два военных пенсионера.
– А что за военные?
– Я ВУСы у всех спросил, из тех кто служил.
– А сколько не служивших?
– Шестеро… это хирург, менеджер, электрик, моторист, технолог и водитель.
– А что по ВУСам?
– Десять человек имеют следующие военно-учетные специальности: специалист ЗАС, строитель, военный прокурор, хранение и ремонт боеприпасов, водолаз инженерной разведки и артиллерист. У одного из менеджеров интересный ВУС – командир отделения паросиловых и котельных установок. У остальных ВУСы незначительные, вроде стрелков и прочих «операторов лопаты».
– Неплохое пополнение, осталось только надеяться, что они соответствуют этим специальностям.
– Посмотрим, проверим.
– Так, сутки им на оргпериод и пускай определяются в дальнейшей жизни.
– Так вроде нет таких коротких оргпериодов.
– У нас будут, нет у нас, Алексей Макарович, времени на разброд и шатание. Кстати, Фима мне рассказал о нападении на Лунево. – И я поведал Макарычу краткую историю налета и угона плавсредств.
– Хм… и что там за «капитан Блад» такой… Жестко говоришь, отработали? Сколько погибших?
– Фима сказал только про двоих пограничников, возможно, были еще хозяева плавсредств и экипажи, в конце концов. Ушли в левую протоку Новой после налета.
– У меня вообще вопрос созрел – а почему луневцы терпят в устье Новой этих новоявленных пиратов? А?
– Вот тоже интересно. В принципе пройти в Новую можно вполне безопасно и правой протокой, обогнув устье по большому кругу.
– Это понятно, но ведь безопасность мореходства все равно под вопросом.
– Да, выскакивают, обстрел, абордаж и уводят судно к себе.
– Очень подозрительно. Как бы не были в доле отдельные товарищи из руководства Лунево с пиратами.
– А эти наблюдатели? Может, они пиратами и наняты?
– Есть очень большая вероятность. А связного все нет, – задумчиво постучал карандашом по столу Макарыч. – Возможно, этими пацанами сыграли втемную, и уже узнав все, что нужно, просто бросили их на острове, вполне вариант, кстати, и можно не платить. Группе Максима сегодня рано утром подкинули еще паек, на двое суток, а потом снимаем группу и введем там постоянный пост с суточным дежурством.
– Ладно, Макарыч… эм… ничего, что я так, панибратски?
– Ничего, рабочий день будем считать, закончен.
– Вот я про это и
– Хорошо, до завтра.
– До завтра.
После ужина мы со Светой и детьми занимались в огороде, жарко уже не было, и можно было поливать грядки. Точнее не поливать, а налить бочку водой. Вверху участка еще пару месяцев назад была установлена бочка, от которой я растянул резиновый шланг, соединив куски разного диаметра и длины, и сделал что-то вроде системы капельного полива. Естественно, не автоматическую, и когда я наполнял бочку и отпускал перегнутый и зафиксированный шланг, надо было бегать по грядкам и снимать фиксаторы с перегнутых шлангов, чем дети сейчас и занимались. Это Иваныч подсказал, прочитав в журнале про системы орошения в Израиле. Помню, мы еще тогда удивлялись, что страна то «с гулькин нос», а помидорами пол-Европы снабжает. Журналы, кстати, я хранил пуще золотой казны. Бывало сядем с мужиками и, листая их, что-то сразу записываем в планы и обсуждаем варианты реализации. Кстати, детали прогулочного катамарана уже давно лежат в мехцехе, осталось только собрать, но не до него пока.
291-й день. О. Сахарный
Подорвался как ошпаренный, на улице еще темно… радиостанция стояла включенной на «аварийном» канале, Макарыч сделал вызов.
– На связи, – ответил я, усевшись на топчане и пока еще туго соображая, что вообще происходит.
– Сергей, – Макарыч… на «ты», очень интересно… – группа Максима вернулась, подойдешь?
– Да, иду, – ответил я и стал собираться.
– Что случилось? – приподнялась на локте Света.
– Максим вернулся с Васиного… взяли, наверное, связного, – ответил я, уже натянув штаны и застегивая ремень.
– Понятно, – ответила Света, опустив голову на подушку.
Я наклонился, чмокнул ее в щеку и направился к двери, прихватив с полки фонарь.
Территория форта была освещена, и было слышно, как где-то у стены тарахтит генератор. Часовой в небольшой надстройке на стене над воротами провел по мне лучом корабельного прожектора и, узнав, пошел открывать ворота. Я прошел в здание комендатуры, строительство который еще не было закончено, только первый этаж успели перекрыть и очистить подвал. В углу большой комнаты метров в тридцать квадратных сидели трое связанных с мешками на голове, у крайнего, которого как-то потряхивало, было что-то с рукой, точнее с пальцами, кисть была замотана тряпкой, и мне показалось, что пальцев под этой тряпкой явно не хватает. Макарыч прогуливался вдоль стены, а Максим и еще один боец стояли у входа с хмурым видом.
– Всем доброе утро, – сказал я, войдя в помещение.
– Знаешь, Сергей, утро добрым редко бывает.
– Согласен. Ну, какие новости?
– Хреновые, – продолжая прохаживаться взад и вперед, ответил Макарыч и посмотрел как-то нехорошо на Макса, – чисто взять связного не получилось, он успел подать сигнал ракетницей.
– И?
– И теперь у нас час, может полтора.
– До чего?
– До вторжения.
– Хренасе… и какими силами вторжение?
– Нормальными, Сергей Николаевич… можем, не унести.