Архил...?
Шрифт:
— Но всё-таки убьёт.
— Это немного необычный амулет от физических атак.
— Уверен? Амулет магии воздуха с накопителем из обсидиана?
— Камень мертвецов? Так что это, по-твоему?
— Давай лучше сам. Как на первом курсе. Проведи диагностику амулета.
Мяклик несколькими точными движениями создал диагностический каркас перед собой. Произнёс пару фраз и активировал плетение, влив в него немного энергии.
— Это поглотитель энергии смерти. Я с ними мало знаком. Они совсем недавно появились.
— Вообще-то, уже лет этак 50
— Как это связано?
— Поглотители и "не убивать"?
— Да.
— У тебя диагностическое плетение перед глазами. Посмотри уровень рассеяния накопленной энергии.
— Он почти отсутствует. Да и запас в камне огромен! Церковь сумела обратить зло в добро!
— Ага, обязательно. Только есть несколько незначительных деталей. Накопитель был пуст, когда его выдали стражнику.
— Но как же работал щит?
— Всё у тебя перед глазами. Обрати внимание на вот этот участок. Знакомо?
— Амулет тянул энергию жизни из носителя? — Мяклик ошарашенно посмотрел на Сергея. — Но это ведь запрещено! Каждый удар меча отнимает у владельца несколько дней жизни!
— Ты не поверишь, сколько месяцев отнимает удар крупнокалиберной пули! — Усмехнулся Сергей. — Похоже, большинство солдат умерли от старости, а не от ран.
— Но как церковь могла пойти на такое?
— Про церковь чуть позже. Мы ещё не все выяснили с амулетом. Оцени объём энергии в накопителе амулета. Примерно. Точность не важна. — Мяклик сделал несколько пассов руками. — Теперь сравни с объёмом в своих накопителях. Что получается?
— Они примерно равны.
— Угу. — Сергей кивнул. — Но накопитель энергии смерти заполнился только от одного умершего человека. Причём умершего быстро. Без пыток. И храниться эта энергия будет сотни лет. А что тебе сказали про твои накопители?
— В дальнем монастыре провели обряд, и бог наполнил энергией жизни 8 камней.
— Почему именно 8? Какое-то не божественное число.
— Это лучше знать богу.
— Пусть так. Но вот что интересно. В северных провинциях больше двух месяцев назад вспыхнуло восстание.
— Я слышал об этом. — Сказал Мяклик. — Церковь отправила туда отряд паладинов, и они бескровно усмирили восстание. Сильна сила церкви!
— Кто же спорит. Знаешь, как происходило усмирение?
— Мужчины ушли в леса. Оттуда они нападали на солдат и гарнизоны. Паладины провели божественные литургии в нескольких поселениях и мужчины сдались на милость церкви. Так и подавили восстание.
— А потом из тех же мест привезли восемь камней забитых энергией жизни под завязку. Совпадение?
— Ты считаешь…
— Я знаю! Когда у человека забирают жизненную силу, он резко стареет. Представь десятки тысяч стариков и старух вместо женщин и детей! Паладины не убивали. Они отбирали лучшие годы жизни.
— Почему восемь? — Убитым голосом спросил Мяклик.
— Иерархи церкви были достаточно старые, чтобы соблазниться
— Я разговаривал с одним из них. Он не был стариком.
— Ты разговаривал уже после обряда омоложения. На самом деле им больше 300 лет.
— А ты сам? За счёт чего живёшь ты? — Мяклик ткнул пальцем в сторону Сергея.
— Ты же сам сравнил накопители. Ничего не удивило? Десятки тысяч непрожитых жизней, с одной стороны, и…
— Одна смерть с другой. — Вяло произнёс толстяк. — Смерть сильнее жизни? Всё, что мы делаем, заканчивается смертью.
— Смерть — это часть жизни. Но не будем вдаваться в философию. Ты был в тюрьмах и пыточных, той же, мать её, церкви?
— Был. — Кивнул грустно Мяклик.
— Ведь там всё во благо, да? — С издёвкой спросил Сергей.
— Уже и не знаю…
— Во благо, во благо. Можешь мне поверить. Только это благо, является благом церкви, а точнее, горстки людей, её возглавляющих. Этакая надгосударственная структура. Именно там я с помощью преданных людей и накопителей собирал энергию смерти. И как ты понимаешь её там очень много. Мне нет нужды приносить кого-то в жертву. Это с успехом делают сами святоши. Ты в курсе, что церковь не пускают на земли других рас?
— У них свои боги.
— Да. Но в открытых поселениях эльфов можно найти святилища гномов. Даже небольшое святилище Лосс есть. Хотя они и ненавидят тёмных эльфов. Но признают их тёмную богиню. То же самое у гномов и дроу. Про дварфов не скажу. Эти совсем скрытные и открытых поселений не имеют.
— Они не верят в нашего бога?
— Они долгоживущие. И они общаются со своими богами. Это не вопрос веры. Это вопрос знания. Правда, и святилищ нашего бога они у себя поставить не разрешили.
— Я слышал про него. Какой-то мерзкий божок, питающийся младенцами.
— Святоши сказали? — Сергей рассмеялся. — И почему я не удивлён.
— Но твои люди ведь скупали маленьких детей.
— Естественно, иначе, откуда бы взялись эти самые "мои" люди. В пустошах много земель, где можно спокойно жить, и мало людей. Мне пришлось самому выращивать первое поколение из детей, купленных у голодающих крестьян. Ваших крестьян! О которых ваши государства и церковь должны были заботиться.
— Вступив на твои земли, мы находили пустые селения. Хлеба и огороды не убраны. Вещи брошены. Ни стариков, ни детей. Что ты с ними сделал?
— А чтобы сделали с ними ваши правители и церковь, если бы победили меня?
— А мы победили тебя!
— Ну-ну. Блажен, кто верует. — Усмехнулся Сергей. — Так чтобы их ждало?
— Очищение от скверны.
— Не играй словами. Их бы убили или обратили в рабство. Весь этот поход для якобы борьбы со злом, был затеян из чисто шкурного интереса правителей и церковников. Новые земли. Возделанные. Не пустыня как раньше. Города. Посёлки. Сады. Озёра и реки с рыбой. Ты знаешь, что пустоши по площади больше чем все ваши королевства, вместе взятые?