Чтение онлайн

— Пока сохраняем видимость войны. Потихоньку проводим обмен пленными. Всех, кто вам не нужен, отправляйте к нам. Попытка использовать рабский труд будет означать разрыв нашего соглашения. Вам надо продержаться примерно год, по моим расчётам.

— И что будет через год? — Напряжённо спросил Маннергейм.

— Включитесь в войну на нашей стороне или займёте нейтральный статус.

— Кто нас будет кормить? Нищая Россия, у которой основные земледельческие районы уже захвачены? — Спросил с ехидцей Маннергейм.

— Да. — Серьёзно ответил Сергей. — В отличие от Финляндии

у России есть много земель, где можно эффективно выращивать сельхозпродукцию. А три миллиона финнов это чуть больше процента населения Советского Союза.

— Что будет с территорией Финляндии?

— Не знаю. Решим после войны. Если вовремя успеете занять нейтральный статус, а заодно помогать поставками руды, то не думаю, что Сталин захочет откусить ещё кусок от вашей страны. Территорий и так будет в избытке после войны. Хотя в идеале будет хорошо, если Финляндия войдёт в состав Советского Союза на правах автономии или чего-то подобного.

— Финны долго дрались за свою независимость и не согласятся так просто её отдать. — Резко ответил Маннергейм.

— Можно и не отдавать. Достаточно открыть границы для относительно свободного перемещения граждан обеих стран. Упростить таможенные правила для развития торговли. И получим практически тот же результат. Не забывайте, что Финляндия не имеет своих месторождений ископаемого топлива.

— У нас есть лес и торф. — Возразил Маннергейм.

— Если ваша цель жить в землянках, то я ничего не имею против. — Улыбнулся Сергей. — Но если вы хотите руководить промышленно развитой страной, то без энергии вам не обойтись, и Россия с её несметными запасами вам в этом может помочь.

— Это дело будущего. К тому же у нас есть значительные запасы руды редких металлов. Мы сможем, продавая её, восполнить недостающее. Как делаем это сейчас.

— Это тупиковый путь — торговать сырьём. Это путь колонии. — Возразил Сергей. — К тому же не переоценивайте свои запасы. В мировом масштабе это в лучшем случае полпроцента, или даже меньше. А значит, не вам диктовать цены. Хорошо, если будете просто сводить концы с концами. — Сергей внимательно разглядывал крепкого ещё старика сидящего перед ним. — Вы маленькая страна с ограниченными природными ресурсами и маленьким количеством населения. Что ждёт вас в будущем? Или вам наплевать? Я устал, я ухожу, а вы живите как хотите! Так, что ли?

— Нет. Я всегда переживал и переживаю за судьбу Финляндии. — Тяжело вздохнул старик. — Но СССР не лучший партнёр для совместной жизни.

— Советский Союз меняется и, надеюсь, в лучшую сторону. Самая большая страна в мире не просуществует долго под диктатурой. Любой. Хоть царской, хоть пролетарской.

— Сталин вряд ли разделяет ваше мнение на этот счёт. — Грустно усмехнулся правитель Финляндии.

— Я думаю, разделяет. Просто иногда тяжёлые времена требуют тяжёлых решений. Но эти времена рано или поздно заканчиваются. Подумайте над этим. К тому же я не спрашиваю у вас немедленного ответа. Есть время присмотреться.

— Я подумаю над вашим предложением. — Согласился с ним Маннергейм. — Давайте пока займёмся обменом пленными.

— Я передам о вашей готовности к обмену командованию.

Вечером или завтра утром ждите парламентёров. — Произнёс Сергей, поднимаясь со стула. — Всего хорошего Густав Карлович.

Король Англии Георг VI ходил из угла в угол по просторному кабинету, обдумывая последние известия.

— Значит, русские применили какое-то новое оружие, сэр Мензис? — Спросил он у начальника МИ6.

— Да, Ваше Величество. За двое суток было уничтожено четыре крупных воинских подразделения немецкой армии, включая танковую дивизию СС. Ликвидировано практически полностью с личным составом и вооружением. Также уничтожен один аэродром люфтваффе. Немцы готовили армии к захвату Крыма и сконцентрировали войска практически в одном месте. — Ответил Стюарт Мензис, стоя навытяжку. — Появление этого оружия у русских для всех явилось полной неожиданностью. Мои аналитики предполагают, что это как-то связано с появлением у них человека по имени Сергей, который взялся лечить и омолаживать самых богатых людей Англии.

— Отнюдь не самых богатых. — Проворчал Черчилль.

— И это было вашей крупной ошибкой Уинстон. — Ткнул в него пальцем Мензис. — Вы отправили людей в надежде, что встав на сторону Германии нам не придётся платить! А я предупреждал! Этот Сергей — тёмная лошадка. Пока не выяснили всё про него, не стоило делать резких движений!

— Перестаньте ругаться. — Оборвал ссору Георг VI. — Что говорит наша разведка? Что это всё-таки было?

— Никто не знает. — Ответил Мензис. — Мне кажется, русские сами всего не понимают в произошедшем возле Крыма. Немцы вдруг начали опять носиться со своей Аненербе. По непроверенным данным, Хайнц Брюхер, который пропал из поезда под Витебском, обнаружился в Москве. Причём пропал он в то время когда там впервые засветился этот Сергей.

— Кто такой Хайнц Брюхер? — Спросил король.

— Высокопоставленный сотрудник Аненербе. Чем он конкретно занимался установить не удалось. По направлениям научной деятельности отметился как хороший ботаник и генетик. — Пояснил Мензис. — Возможно он что-то открыл и переметнулся к русским, а Сергей просто отвлекающая внимание фигура. Вариантов много.

— Так что именно сейчас делают немцы? — Задал вопрос король.

— Остановили наступление на всех фронтах. Рассредотачивают крупные воинские подразделения. Как вы понимаете в таком состоянии сложно наступать. Но нарваться опять на удар новым оружием немцы хотят ещё меньше. Как я уже говорил снова зашевелилась организация Аненербе. Перетрясают все, чем занимался Хайнц Брюхер в надежде найти разгадку.

— Какие ваши предложения по нашим действиям? — Спросил Георг VI.

— Я предлагаю всё-таки заключить союз с Германией и избавить мир от большевистской заразы. — Взмахнул рукой Черчилль. — Какой бы сильный колдун у них ни был, на все фронты его не хватит.

— А что делать с уважаемыми членами нашего общества, которые, благодаря вам, поехали на омоложение к этому Сергею.

— Как я и говорил. Пусть лечатся и омолаживаются. Война всё спишет. — Стоял на своём Черчилль.

— Но мы упустим шанс омолодиться для себя лично. — Заметил король.