Архиджинн
Шрифт:
– Лавинный пожар.
После слов Ригеллиона с его пальцев сорвалась кроваво-алая дуга, полыхающая нестерпимым жаром. Целое море огня понеслось в нашу сторону, вот только я закончил уплотнять воздух.
– Кислородное торнадо, - выпустил я весь объем воздуха навстречу багровому цунами. Воздух вырвался наружу в виде закрученного тайфуна и просто смял заклятие Ригеллиона и снес весь огонь боевика в сторону, а его самого заставил пролететь на другой конец арены.
– О
С рук двенадцатого по силе колдуна Серой Земли посыпались иссиня-черные искры, каждая из которых прожигала песок не хуже серной кислоты. Когда искры собрались в чернильное облако, Ригеллион что-то пробурчав, кинул его в меня.
– Ураган, - рявкнул я, направляя целое море маны в простейшее действие. Воздух заклубился вокруг меня и полетел навстречу облаку искр. Завязалась противостояние моей маны и маны Ригеллиона. Черное облако взбурлило и принялось лететь ко мне навстречу, слегка пересиливая ураган. Я вложил в него еще маны и передавил Ригеллиона, а облако тьмы влетело прямо в него. Но тот небрежным движением руки рассеял его.
– Смотри ученица. Вот что значит могущественный волшебник, - донесся до меня одобрительный хмык Креола и писк ужаса от Ванессы.
Взгляд со стороны Ванесса Ли.
Взрывы, всполохи огня, изрытая заклинаниями земля. Я в немом ужасе наблюдала за творящейся феерией. Это было красиво….и страшно. Силы, которые призывали себе на службу Хубаксис и Ригеллион поражали воображение. Креол и Алкеалол удовлетворительно хмыкали на особо понравившиеся удары.
Вот Хубаксис завертелся юлой и от него во все стороны полетели толстые грозовые разряды, пробивающие камни как бумагу. Ригеллион постоянно бормотал что-то себе под нос отвечал не менее масштабными атаками. Некоторые Хубаксис принимал на грудь, некоторые избегал перемещаясь по полю боя мгновенными порталами. Ригеллион тоже не стоял столбом и на каждый всплеск магии джинна, реагировал соответственно.
– Ты силен. Ты знаешь мое имя, но я не знаю твое. Назовись, - спустя пару минут боя, разнесся по арене голос Ригеллиона Одноглазого. Хубаксис стоял как нерушимая скала, и лишь небольшие сгустки кровавого огня, парящие около его рук давали понять, что он серьезен и проигрывать не намерен. Вернее он намерен убивать.
– Я Хубаксис ибн Касаритес аль-Кефар, колдун. А теперь умри.
После этого сгустки огня приняли форму птицы феникса. Я очень сочувствовала Хубаксису. Когда он потерял Кощея, то неделю ничего не делал, только пил и бормотал имя феникса. Даже Креол не тревожил джинна в эти несколько дней. Еще по ночам я слышала зловещий шепот говорящий, что он убьет их всех, а Носящего Желтую Маску посадит в поглотитель и будет пытать. При всей моей фантазии, я не могла даже приблизительно представить уровень ненависти джинна к этому типу в старой сутане.
Заклинание джинна наливалось силой. Багровый феникс принял форму Кощея, только живой феникс, был окутан светлым огнем, а нынешний
Феникс повинуясь мысли воздушного джинна расправил багровые крылья от которых полыхал жар. Креол был вынужден накинуть на себя и меня морозную ауру, ибо температура на арене явно превысила сотню градусов. Ригеллион Одноглазый к этому времени израсходовал кучу магии, о чем говорила его напряженная поза и глубокое дыхание. Он явно устал от противоборства с Хубаксисом, в то время, как джинн даже не запыхался. Находясь постоянно рядом с этой атомной электростанцией, работающей на мане, я научилась чувствовать её силу и поток. Уровень маны Хубаксиса почти не упал, в то время, как у Ригеллиона она явно подходила к концу.
Ало-красный от пламени клюв феникса зажегся ослепительно-белым светом и молча понесся к колдуну. Серый колдун резко выпрямился и…
– Грозовой Тайфун, - вытянул вперед руку Ригеллион. В ней шустро формировалась длинная дубина, искрящаяся от электрических разрядов. Спиралеобразные энергетические разряды, разрубили феникса пополам и принялись бить по Хубаксису. Тот даже сдвинулся с места, а я почувствовала, как с него падают Личные защиты. Одна, вторая, раз еще две. Почему он стоит и не дергается?
– Ученица, смотри внимательно. Сейчас этот колдунишка подохнет, - удовлетворительно сказал Креол, наблюдая за Хубаксисом духовным зрением и видящим, судя по всему, гораздо больше чем я.
Я выпучила глаза, стремясь не пропустить ничего. Хубаксис резко выдернул руку вперед и с неё сорвались два белесых сгустка. С быстротой молнии они вырвались из ауры Хубаксиса и понеслись в сторону Ригеллиона Одноглазого. Я почувствовала, что бы ни выпустил Хубаксис, от этого нет защиты. Ну почти нет. Абсолютная защита. Черный кокон, скрывающий хозяина от любого вреда. Креол рассказывал, что подобная броня может выдержать что угодно. Даже удары богов и архидемонов.
Секунда, две. Вытянутые словно копья сгустки почти добрались до Ригеллиона. И тут я удивилась, да и Креол тоже. Алкеалол так вовсе с открытым ртом сидел на трибуне вместе с Амгаем Пустыней. Перед Ригеллионом возникло странное зеркало, в которое ударили эти сгустки силы. И резко развернувшись полетели обратно. У Хубаксиса забавно вытянулось лицо, но спустя столь долгую секунду, он просто исчез в облаке серого дыма.
Наступила тишина.
– ХА-ХА-ХА, - рассмеялся Ригеллион, впрочем ненадолго. Сзади него неожиданно возник Хубаксис и тупо обезглавил серого плаща, скупым и резким движением посоха. Отточенное лезвие прошило шею серого колдуна, как острый нож мягкий сыр. На лице было выражение неописуемого удивления.