Арена
Шрифт:
После короткого обсуждения все сошлись во мнении: преследованию подвергаются прежде всего члены Команды — и именно потому, что они в Команде. Очевидно, на Игната, Стаса, Наталью и Игоря-болыпого рассчитывать больше нельзя. Живы они или нет — сказать было сложно, но, учитывая массовость нападений, вероятность того, что друзья уцелели, сводилась к минимуму. Установить местонахождение Игоря-длинного не представлялось возможным. Остановившись на десять минуту какого-то захудалого Интернет-кафе, Женька бросил на все известные ему почтовые ящики коллег сообщение об опасности, назначив место и время
Они проехали еще несколько километров. Вокруг мелькали заснеженные деревья, казалось, все неприятности остались позади.
Именно казалось.
Последний пост милиции, которого, в принципе, следовало опасаться, миновали без приключений. За пределами Москвы люди с полосатыми палками уже не так свирепствовали, да и пасли в основном тех, кто ехал в столицу. Может быть, именно поэтому тот участок шоссе и был избран для нападения.
Женька вдруг дернулся и впился взглядом в заднее стекло:
— За нами хвост!
«Хвост» — еще очень слабо сказано. Два джипа — один темно-зеленый, другой синий — стремительно нагоняли не слишком торопливую, подозрительно звякающую на каждой колдобине «девятку».
Борис бросил взгляд в зеркало заднего вида:
— С чего ты взял?
— Чувствую, — коротко ответил Евгений, лихорадочно собирая свою винтовку.
К тому времени как последняя деталь встала на место, а обойма вошла в соответствующий паз, джипы были рядом. Спустя несколько секунд все сомнения в их намерениях рассеялись, причем самым убедительным образом: в двух стеклах — заднем и ветровом — образовались вдруг дырочки, красиво обрамленные трещинами.
— Блин! — ругнулся Борис, вдавливая до упора педаль газа. — Лика, пригнись! И натяни капюшон на голову.
Соревноваться в скорости с образчиками буржуйской техники было занятием совершенно бесперспективным. Мотор «Жигулей» надсадно выл, демонстрируя готовность к борьбе, но получалось примерно как у той старой лошади, что пришла к финишу последней, шамкая: «Ну не шмогла я, не шмогла»… Колымага явно не годилась для гонок. На брошенном Ликином «Ниссане» уйти бы, возможно, и удалось, но кто знает, что у преследователей имелось на такой случай? Вертолет? Или СУ-27? Ребята-то на самом деле серьезные!..
Женька, не ожидая команды, натянул капюшон так, что снаружи остались одни глаза, и принялся прикладом винтовки выбивать стекло, готовя себе амбразуру.
— Не дай себя обогнать! — крикнул он Борису.
Тот, мертво вцепившись в баранку, лишь сердито дернул плечом: как тут, к дьяволу, не дашь обогнать — на практически пустом шоссе. Тем более что редкие встречные машины, видя несущихся на полной скорости лихачей, предпочитали уступить полосу, в том числе и встречную. Поскольку правила — правилами, а осторожный дольше живет.
Позади хлопнула винтовка —
С обоих джипов велся интенсивный огонь. С каждого стреляли двое: один — высунувшись сбоку и второй торча по пояс в верхнем люке. Стреляли из пистолетов, что было по-прежнему глупо, нерационально и могло объясняться только какими-то внутренними, не доступными человеческому пониманию причинами.
— Твою мать!
— Ранен? — не оборачиваясь, поинтересовался Борис. Лика в это время натягивала ему на голову капюшон бронекостюма. Автоматная пуля, попав в голову, запросто сломала бы шею или размозжила бы кости черепа, но против пистолетных… Может, и пронесет.
— Нет, я в него, суку, попал…
— И?
— На нем, гаде, этот траханый костюмчик. Только дернулся, и все.
— По машинам бей!
— А то я не знаю!
Снова хлопнула винтовка… Еще, еще… Дымящиеся гильзы падали на дно машины, позвякивая при каждом рывке. Малой сменил обойму.
— Впереди менты. Женя, прекрати стрельбу.
Вообще, столичная дорожная милиция предпочитает в такие разборки не встревать. Себе дороже. Но тут — то ли на пост поставили молодых и полных энтузиазма парней, то ли профессиональная гордость взыграла — «уазик» с эмблемой ГИБДД на борту взвыл сиреной и рванулся вслед нарушителям спокойствия.
Часто поведение работников дорожной милиции вызывало у Бориса, как и у большинства владельцев личного транспорта, тихое бешенство. Но сейчас он прямо-таки восхитился их мужественным (и донельзя глупым) поступком. Результат сего действа предсказать было нетрудно — преследователи тут же перенесли огонь на видавший виды милицейский транспорт. Видимо, одна из пуль достигла цели, поскольку «уазик» вдруг вильнул, снес несколько черно-белых столбиков ограждения и улетел под откос. Хорошо, хоть машина не взорвалась — оставались шансы, что кто-то из ментов уцелел.
— Суки! Наших бить? — взвыл Женька, снова прицеливаясь. Борис хотел спросить, откуда вдруг такая любовь к «гиббонам», но передумал — все дело в отсутствии у Малого личного транспорта.
Иначе чем вмешательством судьбы или слепой удачи— а эта дама, как известно, весьма своевольна — никак не объяснить последовавшее далее. Сначала Женькина пуля попала именно туда, куда следовало. Переднее левое колесо джипа лопнуло — хлопок был слышен даже в салоне «девятки». Мгновенно потерявшую управление машину занесло. Второй джип пытался увернуться от удара, но он находился слишком близко…
Два столба черного дыма были видны еще долго. Борис сбросил скорость, поскольку многострадальные «Жигули», честно отработав критическую ситуацию, нуждались в передышке.
— Уф! — шумно выдохнул Малой, откидываясь на спинку сиденья. — Как я их?
— Силен! — оценил Борис. — Хотел бы я только знать, как они на нас вышли?
— Есть подозрение, — ответил Женька, — что они засекли Ликин мобильник. Знаешь, рыжая, я бы его отключил.
— А что, мобилу можно запеленговать? — удивленно спросила девушка.