Arena
Шрифт:
— Нет, я не могу тебе объяснить сейчас. Ты поймешь когда-нибудь, позже поймешь, Джей.
Джей протер рукой влажные глаза.
— Ладно. Мне нельзя. А ты? Где ты теперь?
— Мы встретимся с тобой еще. У нас впереди целая вечность. Я буду ждать тебя, Джей.
Тут он почувствовал, что картина стала меняться, краски вокруг потускнели, а образ его Электры начал медленно таять. Он вспомнил, что так и не сказал ей главного:
— Электра, я люблю тебя.
— Я знаю. — она улыбнулась, и все пропало.
Пробуждение
Джей встал, размялся, ноги немного затекли, он умудрился заснуть сидя. Вспомнил, что на берег пришел пешком, тогда чей это глайдер?
Аппарат стоял поодаль, вокруг никого не было. Сначала Джей решил пройти мимо, потом все же подошел ближе и увидел, что водитель спал, укрывшись курткой, на заднем сидении. Это была Елена.
Когда Джей подошел, она проснулась.
— Что ты здесь делаешь? — Спросил он ее.
— Спала, — ответила девушка.
Джей улыбнулся.
— Это у тебя хобби такое, спать в машинах? Или следить за людьми?
Вопрос поставил в тупик девушку, но Джей сразу же успокоил ее, мол, не держит на нее зла за это.
— Так, что ты здесь делаешь? — Повторил он вопрос.
Елена проснулась окончательно, заняла сидячее положение и сказала:
— Ты вчера был в таком состоянии. Я просто боялась за тебя.
Джей улыбнулся, за него боялись.
— И ты решила охранять меня тут? Спасибо за заботу.
— Всегда, пожалуйста, — улыбнулась в ответ Елена, — Сегодня ты выглядишь гораздо лучше. Это хорошо.
— Садись за руль. Поехали в город. — Сказал Джей, и Елена с энтузиазмом пересела за управление. Джей расположился рядом, глайдер слегка воспарил над землей и понесся вдоль прибрежной полосы в город.
В холле его уже ждали. Он коротко жестом пояснил Елене, что все нормально, и она проследовала дальше без него.
Знакомый агент федерального бюро медленно подошел ближе. Он снял очки и засунул их в карман пиджака.
— Вас есть, с чем поздравить, мистер Райбак. Не хотите прогуляться?
— Почему бы нет? — Согласился Джей.
Улицы Вивариус-сити днем заполнены народом. Если нужно поговорить о чем-то серьезном, то это как раз то самое место в городе, где никто никогда не подслушает разговор. Люди спешат по своим делам и им, по большому счету, не до чужих разговоров.
— Мы потеряли нашего агента, это плохо, очень плохо. — Сказал федерал.
— Вам и впрямь так жалко Йоргенсон? Вы же знали, что так может случиться. — Ответил Джей.
— Да, вы, пожалуй, правы. Мне не может быть ее жаль. Такая у меня работа. Но, вы то живы. Итак, я хотел бы поговорить о Хамелеоне.
— Вы его больше никогда не найдете, —
— Вы знаете, Райбак, вы говорите загадками. Скажу вам откровенно, мне это не очень нравится.
Сегодня агент был раздражен чем-то. Может, что-то случилось по службе, а может, ему действительно не нравилось, когда говорят загадками.
— Ладно, договорились, — примирительно сказал Джей, — он мертв.
— Откуда вам это известно?
— Дело в том, что этим человеком был Уэйн Смитт, гладиатор по прозвищу Молот. Я лично сам видел, как он превратился в меня, потом обратно в Смитта. Не знаю, как он это сделал. Сказал только, что это у меня в голове. В последнем сражении он получил сильное ранение и по прибытии в лагерь, скончался. Вот и все, что я знаю.
Федерал о чем-то задумался, потом загадочно произнес:
— Преступник не наказан.
— Он собирался сдаваться вам, после поединка.
Тут федерал презрительно фыркнул и ответил:
— А вы наивны, Райбак. Это он вам сказал? Знаете, почему его назвали Хамелеон? Потому что он менял свое мнение, подстраивая его под того, кто ему был выгоднее. Он самый настоящий преступник, Райбак, и такие, как он, не меняются. Вы думаете, он только вам доверял? Чета с два. Он держал связь со мной, каждый раз с разных номеров звонил. Это он мне рассказал, где искать вашего бывшего коллегу по команде — лейтенанта Деррека. Рассказал еще про некоторых людей, намекнул, что мне с ними есть, о чем поговорить. И все. Он не очень то собирался раскрывать себя, потому что если бы он это сделал, то его бы посадили. А свобода, Райбак, куда лучше, чем сидеть за решеткой.
— Знаете, вы судите его как законник. А я знал его как партнера по команде. Поверьте, я отдал бы в его руки свою жизнь, если бы понадобилось. Там, в поединке трудно найти людей, на которых действительно можно положиться. Смитт был таким.
— Очень зря, Райбак, очень зря, что вы так думаете.
— Но вы за это меня не арестуете. У нас свобода мысли как никак.
— Верно, да дело не в этом.
— А в чем тогда дело?
— Преступник должен сидеть за решеткой.
Джей устал от этих проповедей.
— Да ладно вам, вы еще скажите, что вы святой, — съязвил Джей, но, похоже, федерала это нисколько не задело, а даже наоборот, он рассмеялся.
— Нет, не святой я. Впрочем, ладно, вижу, что вы устали от моих нравоучений. У меня к вам еще одно дело. Кажется, у вас с Линдоном Вивариусом какие-то счеты? Это так?
— Скажем так, могли бы быть. Но, теперь все изменилось. Больше мне от этого человека ничего не нужно.
— Пусть так, мы собираемся пресечь его деятельность.
— Закрыть Арену? Вы с ума сошли? — Джея рассмешили эти слова, большей глупости он в жизни никогда не слышал.