Арбин. Зов прошлого
Шрифт:
– Ближе к делу, Арбин, - подбирается Эмин.
И тогда муж говорит то, от чего кровь стынет даже в моих жилах.
А ведь Диана – дочь человека, о котором сейчас пойдет речь.
– Мне птичка нашептала, что на Булата планируется покушение. Не мешай, и тогда ты спокойно займешь его место.
Что?
Покушение?
Боже, во что мы опять угодили?
Когда мы будем жить спокойно?..
Или это наш удел? Удел женщин жестоких мужчин…
– Когда? – хмурится
Я бросаю взгляд на мужа. Испуганный, резкий.
Но ответить Артем не успевает. В зале гаснет свет. Начинается речь Булата Шаха, и я следую за мужем. Он уводит меня прочь – торопливо, напряженно.
– Артем, что происходит? – хрипло спрашиваю, едва поспевая за мужем, - пожалуйста, скажи мне… Куда мы идем?
– Тихо, Влада, - бросает он рвано.
И заводит меня в маленькое помещение. В темное и прохладное.
Сердце делает несколько ударов, а затем несется вскачь.
Когда-то меня также завели в темное помещение. И вся моя жизнь тогда с ног на голову перевернулась.
А что будет сейчас?!
Глава 3
Владислава
– Артем, мне не нравится, когда тебя зовут Арбином… - признаюсь я честно в темном помещении.
– Девочка моя, мне тоже тошно это слышать. Но я не могу сказать, что это не мое прозвище…
Его грудь напряженно вздымается. Слышу по дыханию неровному. Ему не нравится все это. Ему тошно и тяжело. Артем давно из этого вышел… но, как оказалось, бывших бандитов не бывает.
В этом деле по гроб жизни будешь кому-то обязан. Ведь в свое время многие люди помогли Арбину взобраться туда, куда другие не смогли.
– Давай сделаем вид, что мы заняты… - выдыхает муж.
И впивается губами в мои.
От неожиданности я хватаюсь за мужские плечи. Артем придерживает, ласкает… с каждой секундой его поцелуи становятся настойчивыми.
И я пытаюсь сделать, как он велит. Пытаюсь расслабиться. Это необходимо для дела, в котором мы повязли. На этот раз – оба.
Как там говорят? Муж и жена – одна сатана…
Наша жизнь изменилась. Мы сами изменились. Одно осталось неизменным – страсть. Резкая, дикая, обжигающая.
Все происходит незамедлительно, здесь и сейчас. Нежно, но без прелюдий.
– Хочу тебя… - выдыхает тяжело, - скажи мне, Влада. Сколько лет можно быть влюбленным безумцем?
Я тихо смеюсь.
Он каждый раз задает этот вопрос. И я каждый раз целую его в ответ. Так же безумно. И тоже – нежно.
– Вечно… вечно быть безумцем, - шепчу ему в ответ.
– Помнишь секс с незнакомцем? – смеется хрипло.
– Боже… не напоминай.
– Ты ведь поверила, что я лишился
– Я заставила тебя так думать, - отмахиваюсь я.
– Нет, поверила… да к черту. Неважно. Я пытаюсь забыть, моя лиса.
Мужское тело прижимает меня к стене.
Почти вжимает.
Я сдавленно охаю, а он погружается в меня. Медленно, осторожно, спрашивая разрешения…
И в эту же секунду раздается выстрел. Где-то далеко, но в то же время близко.
Я сжимаюсь непроизвольно, а муж успокаивающе поглаживает. И сдвинуть ноги не позволяет. Берет меня прямо здесь – под звуки стрельбы и начинающейся суматохи. Врывается под пальбу.
– Артем… Артем, что это?! – тяжело дышу, пытаясь справиться с эмоциями.
– Так задумано. Так нужно, лиса… Просто доверься мне, - дышит тяжело.
И в шею целует тут же.
В слабое место кусает, воли бесстыдно лишая.
Звуки в голове стихают, остаются лишь толчки и наше тяжелое дыхание. А еще руки мужа – требовательные, напористые.
– Артем…
– Тише, тише… кричи, кричи.
Кусаю губы, но из них все равно вырывается стон.
– Да, кричи… - хрипит муж, толкаясь в меня глубже, резче.
Я подстраиваюсь под его ритм, под его руки. Послушно развожу ноги, принимая его в себе до конца, до основания, до начала…
А где-то крики, где-то пули… рядом страх и бесконечное удовольствие. Но вырваться нет ни сил, ни желания. И с каждым толчком шансов закончить это безумие становится все меньше и меньше.
Шансов почти нет.
– Да… еще, еще… пожалуйста, не останавливайся, - прикрываю глаза, сжимаясь от каждого движения.
– И не думаю… Моя лиса, моя!
Я послушно обхватываю мужские бедра. Он их сжимает, оставляя отметины там, где никто не увидит. Я разрешаю. Мне не больно.
Мне хорошо. Его поцелуи сводят с ума. Ниже и ниже…
Груди касается холодок, муж стянул платье прочь. Я повисла на его бедрах, сзади – холодная стена.
– Пожалуйста… еще, еще!
Мы взорвем этот вечер. Не знаю, было ли так задумано, но опасность немало сводит с ума. И кричать заставляет громче. И стонать.
И просить…
– Не останавливайся…
– Если только ты готова к третьему ребенку… - усмехается муж хрипло, с каждым движением становясь резче.
Я принимаю его поцелуи в грудь. Обжигающие поцелуи, болючие. Страстные.
И головой бьюсь об стену, пока широкая рука мужа не обхватывает макушку. Заботливо и грубо одновременно. Он так любит. Я так люблю. Я так привыкла.
– Я готова… если пообещаешь, что живыми отсюда выйдем, - нахожу его губы.
– Выйдем. Обещаю, что выйдем, лиса моя…