Арабелла
Шрифт:
— Я очень благодарна вам, сэр, но никто не может мне помочь! — трагически сказала Арабелла. — Если бы вы только были так добры и не предали меня!
— Конечно, мы тебя не предадим! — провозгласил Бертрам. — Но о чем в конце концов ты говоришь, Белла?
— Бертрам, все думают, что я — богатая наследница! — ответила Арабелла убитым голосом.
Минуту он смотрел на нее, не отрываясь, а потом разразился хохотом.
— Ты глупая! Этого не может быть! Ведь леди Бридлингтон знает, что ты не богата! Не хочешь ли ты сказать, что это она пустила этот слух?
Она
— Это сделала я! — призналась она.
— Ты? Какого черта ты это сделала? Ну все равно, думаю, тебе никто не поверил!
— Поверили. Лорд Бридлингтон говорит, что все официально признанные охотники за наследством волочатся за мной, и, Бертрам, это правда! Я уже отказала пятерым!
Мысль о том, что нашлись пятеро джентльменов, готовых жениться на его сестре, показалась Бертраму невероятно смешной, и он опять разразился хохотом. Арабелле пришлось признаться во всем, так как он все еще не мог поверить. Ее рассказ был довольно несвязным, потому что брат постоянно прерывал ее вопросами; а в одном месте пришлось сильно отклониться в сторону из-за мистера Сканторпа, который, до этого довольно долго не сводивший с нее глаз, вдруг разговорился и спросил:
— Простите, мэм, но вы сказала — мистер Бьюмарис?
— Да, он и лорд Флитвуд.
— Несравненный?
— Да.
Мистер Сканторп шумно вздохнул и повернулся к своему другу:
— Ты слышал, Бертрам?
— Да, конечно!
— Я думал, может, ты не слышал. Видишь мое пальто?
И брат, и сестра Тэлленты в некотором смятении уставились на его пальто.
— Сказал своему портному, чтобы он сделал такие же отвороты, как у того, которое Уэстон сшил для Несравненного, — сказал мистер Сканторп со скромным достоинством.
— Боже мой, но какое же это имеет отношение?.. — недоумевающе спросил Бертрам.
— Подумал, вам, может быть, интересно, — извиняющимся тоном объяснил мистер Сканторп.
— Не обращай на него внимания! — сказал Бертрам своей сестре. — Это так на тебя похоже, Белла, впасть в раздражительность и вот так завестись! Но не думай, что я тебя обвиняю! Он разнес это по всему Лондону?
— Думаю, это сделал лорд Флитвуд. Мистер Бьюмарис сказал мне однажды, что он ни с кем не обсуждал этот вопрос, кроме лорда Флитвуда. Иногда я думаю, догадался ли он, как обстоят дела на самом деле. Но он, считаю, страшно запрезирал бы меня, если бы узнал, как отвратительно я себя вела, и, конечно, не стал бы танцевать со мной на всех балах или катать меня в своем парном экипаже.
Мистер Сканторп был поражен.
— Он это делает?
— О да!
Мистер Сканторп важно кивнул Бертраму.
— Знаешь что, мой дорогой? Она знаменитость, твоя сестра! Без сомнения. Знает лучших людей. Выезжает с Несравненным. Хорошо, что она сказала, что она богатая наследница.
— О нет, нет, лучше бы я этого не делала, это так все усложнило!
— Ну, Белла, это чепуха! Я тебя знаю! И не старайся убедить меня, что тебе такая жизнь не нравится, все равно не поверю, —
Арабелла задумалась, потом нехотя улыбнулась.
— Пожалуй, ты прав, мне это нравится, но когда я вспоминаю причину своего успеха, я на самом деле жалею о том, что пустила этот нелепый слух! Только подумай, в каком я сложном положении теперь! Если они узнают правду, моя репутация будет загублена. Никто мне даже не будет кланяться, я уверена, и самое худшее, что леди Бридлингтон отошлет меня домой в немилости! А потом узнает папа — Бертрам, я скорее утоплюсь в реке, чем позволю ему узнать об этом!
— Н-да-а, — согласился он с содроганием. — Но до этого не дойдет! Если кто-нибудь спросит меня о тебе, я скажу, что хорошо тебя знаю, и Феликс тоже скажет!
— Да, но и это еще не все! — добавила Арабелла. — Я никогда, никогда не смогу принять ни одного предложения, а что подумает мама о моем эгоизме, мне даже страшно представить! Ведь она так надеялась, что я выйду замуж за порядочного джентльмена, и леди Бридлингтон обязательно расскажет ей, что немало вполне порядочных джентльменов оказывали мне особенное внимание!
Бертрам нахмурил брови.
— Если только… Нет, Белла, ты права: чертовски трудная переделка! Тебе придется рассказать правду, если ты примешь предложение, и ставлю десять против одного, что он тут же пойдет на попятный. Ну и задала же ты задачку! Разрази меня гром, если я знаю выход! А ты, Феликс?
— Очень трудное положение, — ответил мистер Сканторп, покачав головой. — Можно сделать только одно.
— Что?
Мистер Сканторп скромно кашлянул.
— Мне в голову пришла одна мысль. Может быть, вы не захотите; не могу сказать, что я сам этого хочу, но я не могу оставаться в стороне, когда леди нуждается в помощи.
— Но в чем дело?
— Имейте в виду, это только мое соображение! — предупредил мистер Сканторп. — Если оно вам не понравится — скажите! Мне оно не нравится, но я должен его высказать.
Он понял, что Тэлленты совершенно заинтригованы, залился краской и пробормотал задушенным голосом:
— Жениться!
Арабелла уставилась на него, а затем звонко расхохоталась. Бертрам сказал презрительно:
— Самое дурацкое предложение!.. Не хочешь ли ты жениться на Белле?
— Нет, — признал мистер Сканторп. — Я обещал ей помочь выпутаться из этой переделки.
— Более того, — сурово продолжал Бертрам, — твои опекуны тебе ни за что не позволят! Ты же несовершеннолетний!
— Можно их уговорить, — с надеждой сказал Сканторп.
Но Арабелла, поблагодарив его за столь великодушное предложение, сказала, что они, по ее мнению, вряд ли подойдут друг другу. Казалось, он был рад этому, и опять впал в молчание, очевидно, естественное для него.
— Вряд ли я могу что-нибудь придумать, — сказал Бертрам. — Во всяком случае, я обдумаю это. Нужно ли мне остаться, чтобы засвидетельствовать мое почтение твоей крестной, как ты думаешь?