Чтение онлайн

А вот тут глаза разбегались. Разовые боевые заклинания, щиты от магии, серьги, повышающие женскую привлекательность, амулеты для отвода глаз, усилители, отражатели, магические зеркала, коммуникаторы и прочее, прочее, прочее. Я бы вообще все купил, только одна проблема была. Самым дешевым, что я на этом сайте нашел, стало колечко, которое позволяло держать завивку и макияж, пока его не снимешь. И стоило это совершенно необходимое мне изделие десять тысяч. А вот цены на вещи действительно полезные начинались от тридцати и уходили хорошо за миллион. Кстати, артефактов, позволяющих несколько тысяч человек превратить в пускающих слюни идиотов я там не нашел совсем. Подозреваю, что у нас они запрещены. Династия государей

Грозных сами могущественные менталисты. Не думаю, что им нужны конкуренты.

Я разглядывал окна в Зоотерике, выкрутив бинокль на максимум. За занавесками четвертого этажа мелькают кошечки, изгибающиеся гибкими телами. Их, видимо, селят недалеко от люксов, где и пользуют. Выше я вижу совсем странные фигуры. Люди и орки со звериными и птичьими головами, с необычайно длинными конечностями. Или, наоборот, со странным набором конечностей. В одном окне задернул штору парень, который ползает, как паук. И вот на хрена они это делают? Непонятно.

А это кто? А это точно она, Лилит. Или ее двойник. Хотя навряд ли. У этой рука на косынке. Точно, она. Она села в черный микроавтобус, дверь в котором осталась открытой. Кого-то ждет. Я схватил кошелек, пояс с оружием и вылетел из квартиры. Лифт пришел быстро, и уже через минуту я тормознул таксующего мужика из человеков, которому сказал.

— Надо за одной машиной покататься. По деньгам не обижу.

— Пятьдесят денег минималка, каждый последующий час еще тридцать, — лениво бросил тот. — И деньги вперед. За телкой следишь?

— Как ты догадался? — округлил я глаза, суя ему монету.

— Пф-ф, — гордо выдохнул таксист, который, как и все таксисты на свете, знал абсолютно всё и разбирался во всём, особенно в мировой политике, в футболе и в бабах.

Из ворот Зоотерики выехал черный микроавтобус, и я молча показал: за ним, мол. Таксист понимающе покрутил у виска, посмотрел на меня, как на умалишенного, и нажал на педаль. Электрический мотор нежно зашелестел, и машина пошла за целью, умело прячась в общем потоке. Видимо, мужик не в первый раз этим занимается.

— Здесь, — сказал я, увидев, что микроавтобус остановился, а Лилит вышла из него одна.

— Это кабак Шерхана, парень, — сказал таксист. — Дорогое заведение. Если хочешь совет…

— Не хочу, — отрезал я, вылезая из машины. — Бывай.

Официант, парень с двумя парами рук, преградил мне путь, но я сделал морду кирпичом и сказал.

— Меня ждут.

— Кто? — уставился он на меня неподвижным взглядом.

— Лилит, — ответил я, и он отошел в сторону.

— А это я пока возьму, — показал он на пояс с оружием. — Получишь на выходе. У нас все ровно. Это серьезное заведение.

Непритязательное снаружи здание изнутри слепило пошлой роскошью. Так ее обычно понимают люди, продавшие очень много арбузов и решившие, что теперь им нужен свой ресторан. Пенопластовая лепнина в неимоверном количестве, хрусталь и бархат. Бесшумные официанты обносили немногочисленных клиентов пивом, держа в четырех руках по две кружки сразу. Лилит скучала в уголке, изучая меню. Увидев меня, она даже рот в растерянности приоткрыла. Только хвост застучал по полу, словно по барабану. Прелестное личико ее при этом оставалось совершенно бесстрастным.

— Наглая моссська-а! — удивилась она. — И ссмелая… Чего хотел? Прощения проссить? Не выйдет.

— Замри на секунду, — сказал вдруг я, ощутив покалывание в предплечье. — Мне нужно кое-что посмотреть.

— Ш-ш-ш-ш… — оскалилась Лилит. — Тут нельзя убивать. Плоххо для-я бизнесса. Ухходи-и добром. Если хочешшь узнать, что тебя-у ждет, сходи на ссвалку. Там сскупщика твоего бродячие снаги с гоблинами доели уже.

— Они тебе гипофиз магией изменили, — уверенно сказал я, пристально разглядывая сияющий узел за переносицей, размером с желудь. — Поэтому у тебя совершенно иной набор гормонов.

— Ты-ы

маг? — удивилась она. — Сснага не бывают магами.

— Не маг, но кое-что могу, — ответил я. — У меня к тебе предложение. Мы заключаем мир, а я снимаю тебя с крючка. Тебя ведь, как и всех, держат на какой-то химии из Хтони. Постарайся узнать, из чего именно они ее делают. Я фармацевт, я разберусь с этим.

— У меня-у всстречное предложение, — прошипела она. — Я-у приезжаю к тебе с парнями, а ты становишься на колени и облизываешшь мне туфли. Тогда ты останешся в живыхх.

— Значит, не договорились, — вздохнул я ей и положил бумажку на стол. — Дома я больше не живу. Лазать по решеткам совершенно необязательно. Мой адрес не знает никто, можешь не приставать к моим соседям. Если подойдешь ко мне ближе, чем на пятьдесят метров, буду валить наглухо. Ты мне выбора не оставила. Прощай, несчастная девочка, которая хочет кого-то любить, и которую никто и никогда не любил. Ты пытаешься заглушить жестокостью душевную боль. Только вот это не я сделал тебе больно, а совсем другие люди. Если все-таки захочешь стать свободной, позвони по этому номеру. Я найду выход.

Я встал и пошел не оборачиваясь. Ее слезы я увидеть успел.

Глава 10

Следующие два дня тянулись бесконечно, как царствование государя нашего Иоанна Иоанновича, да продлятся годы его. Я в этом сервитуте чужой, а родня моя осталась в крошечном земском городке, где нет мобильной связи. Да и не близки мы. Я получил от родителей могучего пинка под зад и дал обещание никогда там не появляться. Им самим жрать нечего. У народа снага-хай родительский инстинкт не очень сильно выражен, уж слишком большая смертность у детей. Из каждого помета до взрослой жизни едва ли один доживает, иначе мы бы уже давно заполонили собой галактику. И здесь я не смог сильно сблизиться ни с кем. Сородичи считали меня заумным выскочкой, а все остальные думали, что если я снага, то такой же отброс, как и те, кто охотится на собак у городской свалки. Впрочем, отбросов у нас тоже хватает. Так вот я и остался один, и никто не мешал мне погрузиться в учебу с головой.

Пособия для начинающих магов покорились мне не сразу. Новая книга была написана языком запутанным и тяжелым, а вот та, что старинная, напротив, читалась, как приключенческий роман. Видимо, лет сто назад было принято начинать главу научной монографии со слов вроде: «Я вышел из дому, когда луна уже взглянула на грешную Твердь своим полным ликом. Накрапывал дождь, а я, как назло, позабыл дома калоши…». Несмотря на горы словесного мусора, книга оказалась неожиданно полезной, и я делал одну закладку за другой, помечая нужные места. «Введение в хтонофармакопею» после нее читалось куда легче, потому что по принятой у всех составителей учебников манере, авторы передирали текст друг у друга, а чтобы никто не догадался, переставляли слова и использовали идиотские синонимы. Это, видимо, во всех мирах одинаково.

Номенклатура ингредиентов, описанная в книгах, оказалась чудовищно большой. У нас и двадцатой части указанного в них зверья не водилось. Видимо, каждая Хтонь генерировала свой набор мутаций, нужных Хозяину.

— А вот этого я не знал, — шептал я.

Оказывается, в каждой Хтони есть какое-то разумное существо, которое ей правит. Оно всегда выглядит по-разному. Где-то огромный селезень, где-то чудовищная жаба. Встреча с ним для обычного человека или даже для не слишком могущественного мага — это неминуемая смерть. Только вот если Хозяин не захочет, то его ни за что не увидеть. В Хтони ему подчиняется абсолютно все, каждая травинка и каждый зверь. Есть гипотеза, что они — его часть, его руки, уши и глаза. Хозяин живет в каждом существе своей Хтони. Но это опять же гипотеза, не подкрепленная ничем, кроме догадок. Эти сущности не спешат раздавать интервью.