Апполион
Шрифт:
Ромви наклонил голову на бок.
–
Мы с вами по одну сторону, мисс Андрос.
То самое взвинченное, чересчур-много-кофеина чувство вернулось ко мне, связывая мой живот в узлы. Руны на моем теле по-настоящему начали теперь сходить с ума.
–
И какая же это сторона, Ромви?
–
Есть только одна сторона, которой стоит придерживаться, - ответил он.
– На войне есть только одна сторона,которой действительно стоит придерживаться, и это та сторона, которая выигрывает. И не следует заблуждаться, мисс
–
Ты никогда не производил впечатления филосовской личности, - произнес Айден.
Ромви не перестал улыбаться.
–
Я уверен, что не казался кем-то важным для тебя, Св. Дельфи.
Айден ответил, но я не слушала. Я вновь испытала жуткое чувство, такое же, как и тогда, огда я стояла в Зале Войны во дворце Аида. Это было странное, изводящее меня чувство, будто было что-то, что я должна была вспомнить, что я должна была увидеть. Сейчас оно стало гораздо сильнее.
–
В такие времена мы должны отпустить обоюдную неприязнь, - Ромви до сих пор не подходил близко, но ячувствовала... удушье от его присутствия.
– Мы должны работать сообща.
–
Мы всегда на войне, - пробормотала я, испытывая очень, очень странное чувство.
Ромви изогнул дерзкую бровь.
–
Ты помнишь мои наставления. Это очень меня радует.
А затем я задумалась об необъяснимом событии. Однажды, когда мы с Ромви вели тренировочный бой, что же он тогда мне сказал? Я должна подстричь волосы. Что-то сделать с тщеславием, но я вспомнила этот Зал войны слишком быстро и то, что сказала Персефона.
Он любит срезать волосы с тех, кого завоевал, и затем выставлять их на показ, чтобы все видели.
Я медленно опустила руки. Моё сердце ускорило свой ритм. Ромви наблюдал за мной с любопытством, как будто он чего-то ожидал. Воспоминания о том, что сказала Персефона, быстро собрались все вместе воедино. Для него, всё вращается вокруг войны и её трофеев... Что она тогда про него сказала? Без войны ничего бы не было.
–
Никто не должен поворачивать ся спиной к войне, - сказала я, заведя свои руки за спину.
– Я также припоминаюты сказал и это.
И я также помнила, что Персефона говорила это о ...
Ромви опустил взгляд.
–
Нет. Никто не должен поворачивать свою спину к войне. Я полагаю, именно поэтому мы сегодня находимся в этой ситуации. Дураки повернули свои спины к войне, несмотря на то, что война существует всегда.
Внезапно, ужасное, нервное чувство и знаки - всё приобрело смысл. Это не была нервозность или
гиперактивность. Нет, вовсе нет. И автоматы. Был еще один бог, кто мог бы установить контроль над ними - они были созданиями, сотворенными для сражений. Были армии смертных, которые поддерживали Люциана. Теперь всё это обрело смысл.
Сын изъеденного язвами осла.
Двигаясь молниеносно-быстро, я выхватила кинжал Ковенанта из своего заднего кармана. Со скоростью и прекрасной точностью,
Острый конец кинжала проник глубоко в грудь Ромви еще до того, как он успел сделать свой следующий вдох.
–
Какого хрена?
– бурно отреагировал Маркус, резко повернувшись ко мне.
– Что случилось - ?
Айден обратил на меня свои широко распахнутые глаза.
–
Алекс...? Чёрт возьми ...
Декан Университета направился в сторону Ромви, но затем резко остановился. А Маркус с Айденом утихли, так как Ромви всё ещё стоял на ногах.
И он смеялся.
Маркус отступил на шаг назад.
–
Какого ...?
Охранники и Доминик обменялись взглядами, и затем переместились к Декану, окружив его и направляя в сторону двери.
Смех Ромви затих.
–
Я уже было начал думать, что вы не настолько умны, мисс Андрос.
Затем синяя мерцающая форма окружила тело Ромви, кружа вокруг него до тех пор, пока мы не смогли разглядеть мужчину на фоне потусторонне-жуткого, подобно божественному свечения. Затем оно пошло на убыль, являя взору то, что стояло за им.
Арес производил глубокое впечатление.
Значительно выше семи футов ростом, он практически был размером с Годзиллу с таким ростом и массой. У него было больше мускулатуры нежели у профессионального борца, он походил на Аполлона на стероидах.
На нем были надеты кожаные штаны и туника, которая получила прокол кинжалом Ковенанта, всё ещё находящимся в его груди. Змееподобные полосы покрывали его бицепсы, но когда он поднял руку, я поняла, что это были вовсе не полосы.
Это были бронзовые змеи, пульсирующие и соскальзывающие с его рук.
–
Вот фигня, - прошептала я.
Подняв руку, Арес мясистой кистью руки схватился за рукоять эфеса и вытащил кинжал из груди. В его руках кинжал превратился в пыль.
–
Это было не очень мило, мисс Андрос. Боги и Совет бояться Первого, но кто же бросает кинжалы в бога?
Сказать, что я не была напугана, было бы наглой ложью. Арес был богом войны и раздора. Армии трепетали у его ног, а нации погибали от его гнева. Его дети были богами страха и страданий. В нем не было ничего, что не посылала бы острый укол страха сквозь меня или любого другого живущего, дышащего существа.
Должно быть он был богом, который был частью кровной линии Сета, тем кто работал за кулисами с Люцианом.
Мы были в положении "хуже некуда".
Как минимум, я теперь могла понять, как Ромви мог надрать мне зад в любое время дня и ночи. И затем неожиданно в мою голову пришла мысль. Я участвовала в спаррингах с самим Аресом. Милостивые боги ...
Его холодный, равнодушный взгляд скользил по нам.
–
Безмолвие? Никто не собирается склониться передо мной? Молить о пощаде, как тысячи это делали до вас? Какое разочарование. Но на это у нас будет время в будущем.