Чтение онлайн

— Я так понимаю, — я вскинула бровь, — вы мой фанат?

— Определенно, Сафи! — закивал мужчина, с восторгом глядя на меня. — Определенно! Я плакал, когда убили Альмандину, а я ведь даже не проронил слезинки на похоронах своей бабушки, а она была замечательным человеком. Представляете? Вот почему люди играют в Апорию. Ради таких моментов.

— А теперь давайте ближе к делу, — я нахмурилась. Я устала от словесного поноса Грегори. Его восхваление мертвой Алечки меня злило. История суккубы могла быть куда интереснее и без принудительной смерти. — Что там с деньгами?

Грегори с одобрительной

улыбкой погрозил мне пальцем:

— Не зря вы дочь Демона Жадности.

— Я дочь автомеханика, — я, не мигая, уставилась на Грегори.

Мужчина печально вздохнул и раскрыл папку с бумагами и завалил меня расчетами. Часть моего оклада ушла на содержание капсулы, другая — на ежедневный медицинский осмотр, третья на питательные смеси, которые стоят как мешок каши из золота. Четвертая — на медицинскую страховку, что, к моей великой радости, будет действовать еще целый год, несмотря на разрыв контракта. Вы же помните, что Корпорация заботится о сотрудниках, да? У меня теперь даже есть возможность обратиться к психотерапевту, если возникнет такая необходимость. Это здорово, потому что мозгоправ точно не помешает аниматорам, которые безвылазно сидели в игре. Пятая — на внушительный взнос на пенсионный вклад.

— И к оплате вам причитается…

За неделю и пару дней я заработала не так уж и мало. Двухмесячная зарплата филолога в каком-нибудь не самом плохом университете и плюс 1251 бакса, которые конвертировались из заработанного в борделе золота. Во мне взыграла жадность. Я начала подсчитывать в уме, сколько бы я могла получить, просиди я в Апории год, и меня затрясло от злости — моя смерть все испоганила.

— Поставьте подпись, Сафи, — Грегори протянул бумаги и ручку.

Я внимательно прочитала каждую строчку в соглашении о расторжении контракта. Меня немного напряг пункт о неразглашении конфиденциальной информации посторонним людям, неработающим в Корпорации, сроком на два года, но я и так не собиралась рассказывать, что работала в игре проституткой. Это не совсем то, чем можно похвастаться перед родственниками и друзьями. А в остальном я больше ничем не обязана Корпорации. Даже немного грустно, что моя карьера закончилась так быстро и ярко. Покойся с миром, Альмандина.

— Сафи, если у вас возникнут какие-то сложности, — Грегори вытащил из нагрудного кармана пиджака визитку и протянул мне, — звоните. Я постараюсь помочь, даже если вас похитят рептилоиды.

— А вы, — я аккуратно взяла картонку из пальцев мужчины и внимательно заглянула в его глаза, — играете?

— Увы, — Грегори покачал головой. — Мне запрещено. Таковы условия контракта, но я слежу, как и остальные сотрудники, за игрой других. Это тоже увлекательно, будто смотришь любимый сериал.

— Или порно, да? — хмыкнула я.

Мужчина кашлянул, и его щеки стали пунцовыми, как наливное яблочко. Вот же подлец! Но я не могла его осуждать. Будь у меня возможность, я бы тоже подсматривала за забавами игроков.

— Идите, Сафи, вас ждет машина.

Желание засудить корпорацию и устроить скандал так во мне и не проснулись. Я либо уставшая, либо простила все грешки за хорошую семейную страховку, которая покроет все возможные и невозможные проблемы со здоровьем. На моей памяти ни одна компания не предлагала мне подобного.

Впервые я почувствовала, что меня оценили как хорошего и полезного сотрудника, жаль, что только на короткий срок.

Мама ворковала, подливая в чашку кофе и подкладывая в блюдечко новый кусочек тортика. Она поделилась всеми сплетнями, подробностями из жизни соседок, подружек и родственников. И замолчала. Я неловко отхлебнула кофе, не зная, что ответить на новость, что троюродная тетка развелась с мужем после двадцати лет брака.

— Нового найдет, — я отправила в рот кусок бисквита.

— Ох, если бы! — мама округлила глаза. — Она купила какую-то игровую капсулу и теперь днями и ночами пропадает в игре! А ведь нормальная женщина была! Приличная! А теперь, теперь! — мамуля задохнулась от возмущений. — Шашни виртуальные крутит! В долги влезла!

Я поперхнулась и схватила салфетку. Прикрыв рот, я вылупилась на мать, которая возмущенно сказала:

— Вот! И я о том же! Куда мир катиться? Заведи ты себе настоящего живого человека! Зачем тебе этот орк?! Это же обман, а вдруг по другую сторону скрывается подросток?! А? А если и того хуже, женщина?

— Сексуальные связи до восемнадцати лет в игре запрещены, — просипела я.

Мама подозрительно взглянула на меня и поинтересовалась:

— А ты откуда знаешь?

— Прочитала.

— Написать они могут всякое, — цокнула мамуля и взяла кофейник, строго проговорив. — Все равно этого не понимаю. Чем ее не устраивает реальный мир?

— Тут нет орков? — я справилась с паникой и мило улыбнулась. — Магии и посохов?

Минутное бурчание о том, что подобные технологии поджаривают мозги, ухудшают здоровье и развивают ранний Альцгеймер, и мама успокоилась. Или просто решила не портить завтрак плохими новостями. Я же считала, что тетка имеет право распоряжаться своей жизнью, как она того пожелает. Хочет влезть в долги ради зеленого орочьего члена во рту — пусть. Мы достойны счастья хотя бы в другой жизни, а в реинкарнацию я не верила.

— Ну, намекни мне, — мама положила подбородок на ладони и лукаво улыбнулась, — что ты делала на своей секретной службе?

— Работала языком, — выпалила я и торопливо поправилась, — переводами занималась.

— Как интересно!

Мама уехала. Я поболтала с кактусом, который за период моего отсутствия похорошел и даже подрос, пошарилась по идеально прибранной квартире и залезла в холодильник в поисках того, что могло бы заткнуть дыру унылой скуки. Ничего не помогало. Впереди меня ждал еще один пустой день за просмотром сериалов, ситкомов, отупляющих сознание вытуженным юмором, и мелодрам, рассказывающих о великой и светлой.

Требовательный звонок в дверь вырвал меня из дремоты, навеянной бубнежом актеров, и я с ворчанием открыла дверь.

Передо мной стоял полуголый парень в ковбойской шляпе, кожаных штанах и в пастушьих сапогах с высоким скошенным каблуком и широким голенищем. Его звериный и алчный оскал ввел в меня в ступор.

— Коровы не пробегали?

В хитрых карих глазах я увидела тень Сердолика из моего демонического прошлого и я рывком закрыла дверь, но незваный гость успел выставить ногу в сапоге из жесткой кожи в проем: