АНТИНАПОЛЕОН
Шрифт:
Триумфальное шествие Самбро-Маасской армии продолжилось, но тут произошло нечто невероятное: находясь в самом зените своей славы, этот молодой (29 лет!) и пышущий здоровьем генерал вдруг неожиданно умер 19 сентября 1797 года в прусском городе Вецларе.
Гош заболел и умер настолько быстро, что окружавшие его генералы просто впали в шок и стали выдвигать различные гипотезы о причинах произошедшего. Так, например, начальник артиллерии в армии Гоша генерал Дебелль 16 сентября писал Директории:
«Пишу вам весь в слезах:, граждане Директоры, находясь посреди плачущих друзей, и я не могу дать никаких разъяснений
Примерно месяц назад он начал мучиться насморком и стеснением в груди. Это началось у него еще в Бресте, но тогда он не обращал на это внимания. На его спасение были брошены все силы; семь или восемь дней он испытывал сильные приступы удушья. <…>
Наконец, вчера вечером, после относительно спокойного дня, когда он даже мог заниматься делами, его страдания усилились, ужасное удушье привело к потере сознания, и через несколько часов неописуемых мучений он умер у меня на руках».
Начальник штаба армии Гоша генерал Ренье писал 17 сентября генералу Моро:
«Я присутствовал при последних минутах жизни генерала Гоша. Его астма мешала ему говорить и ночью вызвала удушье. Он письменно передал мне ряд вопросов о положении в армии, говорить он уже не мог».
В своих «Мемуарах» маршал Груши, служивший в 1796–1797 годах под началом Гоша, констатировал:
«15 сентября 1797 года юный герой, соперник Бонапарта и не менее великий военачальник, умер в Вецларе. Вообще-то, полагают, что он был отравлен».
О том, что эта внезапная смерть не была следствием обычной болезни, поговаривали многие современники Гоша. Затем эти слухи материализовались в работах целого ряда авторов. В частности, французский историк Абель Гюго излагает следующую версию событий:
«Однако Гоша уже поразила болезнь, которая сведет его в могилу. Этой болезнью сначала был объявлен обычный насморк, который он не желал лечить и от которого поначалу легко можно было бы избавиться, дав себе несколько дней отдыха… Болезнь быстро развивалась: Гош стал очень раздражительным, но, несмотря на советы врачей, он не прекращал заниматься делами Республики».
Далее Абель Гюго делает вывод:
«Было много версий смерти генерала Гоша; многие из них сводятся к тому, что действительной ее причиной был яд».
А какой, собственно, вывод можно сделать, если умер не просто 29-летний молодой человек, что само по себе неестественно, а популярнейший и талантливейший генерал того неспокойного времени. Франция, Париж, армия не хотели верить, что этот герой умер естественной смертью.
Тело генерала Гоша было перевезено в Кобленц, и 20 сентября там было произведено вскрытие. Относительно результатов этого вскрытия существует множество так называемых свидетельств, но все они удивительным образом противоречат друг другу. Тот же генерал Дебелль, например, писал: «Завтра будет произведено вскрытие, чтобы развеять слухи о его отравлении, которые уже начали распространяться».
Эдуар
С другой стороны, множились мнения, приписывавшие смерть генерала Гоша действию яда. Якобы вскрытие трупа показало наличие следов насильственной смерти.
Александр-Шарль Русселен, граф Корбо де Сент-Аль-бен, автор одной из первых биографий Гоша, описывает вскрытие следующим образом:
«Желудок и кишечник были вскрыты по всей длине. первый показал наличие широких черных следов в центре и менее четких следов по окружности, а также множественных точек, которые местами почти сливались».
В этом Русселен видит результат химического воздействия на организм генерала Гоша, хотя проводивший вскрытие врач Пуссельг якобы не нашел признаков насильственной смерти. Кому же верить?
Еще один биограф Гоша Эдуар Бергунью в «Эссе о жизни Лазара Гоша», опубликованном в 1852 году. пишет:
«Одинаково трудно принять и отвергнуть обвинения в отравлении. В нескольких строках доклада о болезни Гоша Пуссельг положительно утверждает, что генерал не был отравлен; с другой стороны, характер повреждения кишечника, отмеченный им в отчете о вскрытии, похоже, противоречит его же выводу и свидетельствует о наличии яда. Понятно, что друзья генерала в этом противоречии нашли доказательство преступления».
Альфонс де Бошам в своем исследовании «История войны в Вандее» называет не только тип использованного яда, но и имя убийцы. В этой связи наиболее часто называется следующее имя исполнителя отравления – Гийомо. Это был простой кузнец, и он не имел никаких личных мотивов для убийства генерала. Очевидно, что он мог быть лишь инструментом в чьих-то руках. Но в чьих? Многие обвиняют в убийстве генерала Гоша англичан, но в чем только не обвиняли этих извечных врагов Франции? Обвиняют Директорию, обвиняют роялистов, обвиняют шуанов, в частности одного из их офицеров Шарля Марсьяля. Кто-то, следуя известной французской поговорке, ищет в этом деле следы женщины.
Александр-Шарль Русселен в своей книге «Жизнь Гоша» предполагает, что виновником смерти Гоша мог быть и его враг генерал Пишегрю. Его он называет «зловещим человеком», добившимся удаления Гоша из армии, а затем и его ареста. Но доказательств этой версии он не приводит, да и какие могут этому быть доказательства?
Наиболее приемлемым выглядит гипотеза, что главным убийцей генерала Гоша была политика. причем очень большая политика. Наиболее четко эту мысль формулирует и обосновывает американский историк Вильям Миллиган Слоон в своей книге «Новое жизнеописание Наполеона». Он отмечает, что весной 1797 года в Париже стали поднимать голову роялисты: их сторонник. новый член Директории маркиз Франсуа деБартелеми. тесно сошелся с тогдашним военным министром Лазаром Карно, в парижском квартале Клиши открыто собирался роялистский клуб, который посещали многие члены законодательных органов Франции, Совета старейшин и Совета пятисот, в частности состоявший председателем последнего популярный в армии генерал Шарль Пишегрю. Положение Директории стало весьма опасным.