Чтение онлайн

В дверь позвонили. Ее наручные часы показывали одиннадцать двадцать. Это может быть друг Гарри – мастер, который должен был приехать и посмотреть, что можно будет сделать с крышей: наверху, на потолке одной из спален для гостей, образовалось мокрое пятно, и Джон сказал, что это из-за того, что в кровле не хватает нескольких черепиц. Теперь наконец они могут позволить себе ремонт крыши, как им было рекомендовано при покупке дома.

Она открыла дверь и увидела щуплого мужчину, похожего на стареющего хиппи. У него были соломенного цвета волосы, собранные в хвост, узкие плечи и широкая теплая улыбка

на небритом худом лице, отражавшаяся в его глазах. Еще до того, как он открыл рот, она заразилась его хорошим настроением и тоже заулыбалась.

– Проспал, – сказал он и виновато пожал плечами. – Вы уж простите.

– Джо? Вы Джо, верно?

– Точно, это я. А вы миссис Картер?

– Да. Я уже начала беспокоиться. Мне скоро нужно будет уехать. – Она взглянула на часы. – В полвторого я должна быть на Харлей-стрит. Проходите, пожалуйста.

– Вам крышу надо починить, верно?

– Да.

– Гарри сказал, что вы посчитали стоимость ремонта и поняли, что при покупке дома вас ободрали как липку.

– Да.

– Сначала я все проверю снаружи – лестницы я привез. – Он показал большим пальцем за спину, где на улице стоял большой ветхий фургон, выглядящий так, будто его не припарковали, а бросили.

– Хотите чаю?

– Убил бы за чашку. – Он потер лоб. – Ух, как болит голова. Похмелье не слишком приятная штука, верно?

Она улыбнулась:

– Может быть, дать вам пару таблеток парацетамола?

– Спасибо, но у меня их уже полное брюхо. – Он помотал головой и пошел к своему фургону – маленький человек в спецовке, мешковатых штанах и дырявых кедах – и поднял его заднюю дверь.

Джон приехал в девятом часу. Заводя свой БМВ задом на место стоянки, он сделал быстрый подсчет. Сегодня среда, 20 марта. Осталось всего пять недель. Пять недель, Сьюзан родит этого ребенка, и они забудут все это и получат назад свои жизни.

Он хотел вернуть себе свою жизнь больше всего на свете. «Диджитрак» процветал, и теперь у них были деньги и на капитальный ремонт дома, и на развлечения в выходные. Они могли обедать и ужинать в ресторанах, не задумываясь о том, сколько стоит то или иное блюдо. У них было достаточно денег, чтобы на всю катушку наслаждаться той свободой, какая была у них раньше, – и даже большей, потому что Сьюзан не работала теперь от зари до зари, – но они ничего такого не делали.

Они жили будто в капсуле, где время застыло и сдвинется с места только после рождения ребенка. Джон уже толком и не знал Сьюзан. Она всегда тепло встречала его, когда он возвращался домой, готовила великолепные ужины – разве что в них было слишком много оладий, – но ее жизнь и мысли вращались теперь исключительно вокруг ребенка, а не вокруг него.

Ее приступы пугали его, но покойный Харви Эддисон сказал, что беспокоиться не о чем. Майлз Ванроу утверждает, что киста уменьшается и что большая часть болей, которые она сейчас испытывает, имеют естественное происхождение. По правде говоря, Джона не удовлетворяло такое объяснение. Он специально затронул эту тему в разговоре с несколькими рожавшими женщинами, и – да, у них были боли, но и близко не такие сильные, как у Сьюзан. Сьюзан говорила с Лиз Гаррисон и Кейт Фокс, и у них тоже не было ничего похожего. Ванроу сказал Сьюзан, что

здесь нельзя сравнивать, что ни одна беременность не похожа на другую. Может, это и правда. Но у Джона сердце все равно было не на месте.

Его также беспокоила привязанность Сьюзан к ребенку. Он не замечал ничего глобального, но даже мелочи были достаточно тревожным знаком. Та коляска, которую купили ее родители: он обнаружил, что она все еще лежит в багажнике ее машины – спустя две недели после того, как он ее туда положил. Сьюзан сказала, что она забыла про нее, но он ей не поверил. Затем в субботу, когда он рылся в мусорном ведре – ему нужно было найти одну статью в случайно выброшенной газете, – он обнаружил смятый листок бумаги с написанными рукой Сьюзан мужскими и женскими именами. Там были подчеркнуты имена Джулиан, Оливер и Макс.

Он ничего ей не сказал – в последнее время ее было очень легко вывести из равновесия, и он старался избегать споров и конфликтов. Но что-то у нее в мозгу происходило, и он боялся, что она не может смириться с мыслью, что ей придется расстаться с ребенком.

Джон решил поговорить с Майлзом Ванроу с глазу на глаз – может быть, он скажет что-нибудь дельное о том, как помочь Сьюзан пережить разлуку с ребенком. Они ведь никогда это не обсуждали – что она будет чувствовать в первые месяцы после рождения ребенка.

В последнее время о суррогатном материнстве много писали в газетах. Джон видел несколько упоминаний о консультировании по этим вопросам. Может, стоит поискать в Интернете? Наверняка есть психологи, которые дадут ему необходимые рекомендации.

Он зашел в дом. Сьюзан не вышла его встречать. Он позвал:

– Привет, Сьюзан! – но ему никто не ответил. Он поставил «дипломат» на пол, повесил пальто и снова позвал: – Сьюзан, ты где?

А если у нее снова приступ? Она была в норме несколько часов назад, когда он звонил ей на мобильный, – она только что вернулась домой с приема у Ванроу. Сьюзан сказала ему, что он всем доволен. Машина стоит, поэтому она должна быть дома. Затем он с облегчением услышал донесшийся сверху голос:

– Я уже заканчиваю!

Он поднялся по лестнице и снова крикнул:

– Ты где?

– Я здесь!

На площадке лестницы сильно пахло клеем. Дверь маленькой спальни для гостей была приоткрыта, в ней горел свет. Он подошел к двери:

– Сьюзан?

– Зайди и посмотри!

Он зашел. И замер как вкопанный. О, черт!

Все стены комнаты были заклеены обоями со сценами из детских стихов. Сьюзан, в комбинезоне поверх домашних штанов, стояла на доске, положенной на две стремянки, и разглаживала только что приклеенную полосу обоев.

– Как тебе? – спросила она, лучась от счастья.

– Сьюзан, что это?

– Комната Малыша. Я подумала, что надо уже начать ее подготавливать, на случай, ну… – она смущенно улыбнулась, – преждевременных родов. Я читала, такое бывает, и лучше быть к этому готовым.

Джон поглядел на Джека и Джил, Крошку Бо-Пип на ярком желтом фоне и подумал, не сошла ли Сьюзан с ума.

С трудом сохранив самообладание, он подошел к ней.

– Сьюзан, – тихо сказал он. – Сьюзан, слушай…

Она отвернулась от него и продолжила разглаживать обои, стараясь выровнять стык.