Чтение онлайн

Не знаю почему, но мне показалось, что я понимаю, что у него на душе. И, конечно, я просто не мог не высказать ему своего беспристрастного мнения.

– И все же, полицейский-сан, вряд ли вам стоит в это вмешиваться. Если здесь будет полиция, от этого никому легче не станет. А если вы будете вести себя беспечно, то и сами можете оказаться в опасности.

– Кое-кто мне уже дал похожее предостережение, – улыбка на круглом лице следователя опять превратилась в горькую усмешку. – Видимо, вы правы. Знаете – это, конечно, маловероятно,

но все-таки…

Он замолчал и принялся копаться в кармане. Наконец достал потрепанную визитку и протянул мне.

– От полицейского вроде меня, может, и нет никакой пользы, но если вы когда-нибудь сочтете, что я могу чем-то помочь, не стесняйтесь обращаться. Я буду признателен, если вы позвоните мне на сотовый телефон. Номер на обороте карточки.

– …Хорошо.

– Честно говоря, у меня дочка в четвертом классе начальной школы, – напоследок сказал он. – Если она пойдет в муниципальную среднюю школу – что, скорее всего, и будет, – вполне возможно, что именно в Северный Ёми. И вот с учетом этого… в общем, я начинаю беспокоиться. Я спрашиваю себя: что если она когда-нибудь угодит в класс три-три?

– Ага… – кивнул я, но тут же добавил нечто совершенно безответственное: – С ней все будет хорошо. Уверен, к тому времени проклятие уже будет снято. Я уверен…

5

В тот же день после уроков мы с Мей отправились в дополнительную библиотеку. Естественно, мы хотели поговорить с Тибики-саном. Тэсигавара и появившийся наконец в школе Кадзами вроде бы хотели пойти с нами, но, к счастью, решили в итоге воздержаться. Мне не хотелось, чтобы в нашем разговоре было слишком много участников.

– О, здравствуйте. Как ваши дела?

Голос и улыбка Тибики-сана показались мне совершенно ненатуральными. В голове у меня тут же родился ответ «да не особо», но Мей меня опередила, сдержанно сказав:

– Нормально, спасибо. Обходимся без нелепых аварий и внезапных болезней.

– И раз появилась «жертва июля», игра в «несуществование» тоже закончилась.

– Да. Хотя у меня ощущение, что теперь все равновесие летит кувырком.

– Хммм. Я бы, пожалуй, сказал не «равновесие», а вообще «положение дел». Но, полагаю, ты права. Сейчас все в полной растерянности и не знают, что делать дальше.

Лицо Тибики-сана посерьезнело, и своим обычным безэмоциональным тоном он добавил:

– Сегодня ко мне приходила Миками-сэнсэй.

– Миками-сэнсэй? – тут же переспросил я.

– Тебя это удивляет?

– А, ээ, нет…

– Она тоже знает мою историю и хотела серьезно обсудить сложившуюся ситуацию.

– Обсудить что? Что ей делать как временному классному?

– Примерно так, – туманно ответил Тибики-сан. И тут же сам у нас спросил: – А вы двое? Тоже что-то хотите со мной обсудить?

– Ээ, ну да, – я серьезно кивнул. – Я хотел бы кое-что уточнить и кое-что спросить.

– Ого.

– По правде сказать…

И я

изложил Тибики-сану то, что знал.

О «годе, когда "катастрофы" начались, но на полпути прекратились». О том, что это было в 1983, когда Рейко-сан училась в классе 3-3. О том, что, по всей видимости, что-то произошло во время летнего лагеря на каникулах. Мей я все это уже рассказал.

– 83… Да, полагаю, это был тот самый год, – Тибики-сан прижал дужку очков к переносице, медленно закрыл глаза, потом снова открыл. – Единственный год из двадцати пяти, когда это остановилось на полпути.

Он вытащил из ящика стойки черную папку – ту самую, со списками всех классов 3-3.

– Для начала давайте взглянем вот на это.

Он протянул нам папку, уже открытую на 1983 годе.

Как и в других случаях, красные косые кресты стояли против нескольких имен на странице. Это были умершие ученики. Справа от имен были заметки о том, когда и как они умерли. Я заметил пару случаев, когда умирали не сами ученики, а кто-то из их семей. Но упоминания о смерти Рицко, старшей сестры Рейко-сан, там не было.

– В том году было семь жертв, не считая Рицко-кун, о которой я не знал, – пояснил Тибики-сан, глядя на список через стойку. – Две в апреле, одна в мае, одна в июне, одна в июле, две в августе. Ты, кажется, говорил, что Рицко-кун умерла в июле? Значит, в июле было две жертвы, а всего восемь. Как видите, начиная с сентября смертей больше не было. А значит…

– Это прекратилось в августе.

– Именно. Взгляните на даты смерти «жертв августа».

Я сделал, что было велено. И обнаружил…

Оба умерших в августе были учениками класса 3-3. Более того, они умерли в один и тот же день – 9 августа. И причина смерти тоже была указана одна: «несчастный случай».

– Двое умерли в один день от несчастного случая…

Углядеть некую связь было легко.

– Это произошло во время летнего лагеря?

Тибики-сан молча кивнул, и я продолжил:

– Там, в лагере, случилось что-то, и двое умерли. Но случилось и еще что-то, из-за чего «катастрофы» в том году прекратились…

– Если вы посмотрите вниз страницы, то обнаружите, что имя «мертвого» отсутствует, – обратил наше внимание Тибики-сан. Я взглянул и увидел, что да, там было пусто. – Мне не удалось определить, кто именно в том году был «лишним», то есть «мертвым». Поскольку «катастрофы» прекратились на полпути, возможно, «лишний» исчез, не дожидаясь выпуска. И, возможно, следы его или ее присутствия тоже исчезли раньше. Ситуация совершенно беспрецедентная, и я не знал, что происходило. К тому времени, когда я заподозрил, что дела могут обстоять именно так, и занялся расследованием, воспоминания всех вовлеченных уже потускнели и имя «лишнего» не помнил никто.