Another. Часть 1. Что?.. Почему?..
Шрифт:
…Рассказав в общих чертах, что произошло, я не дождался от Мей Мисаки ни сочувствия, ни смущения по поводу своих слов.
– Здесь тебе уже кто-нибудь об этом говорил? – спросила она.
– Ты первая, – ответил я с кривой улыбкой. Как ни странно, на душе у меня стало поспокойнее.
Сегодня с самого утра, когда кто-то называл меня по фамилии, я напрягался в ожидании как раз этого. Такая вот ерунда. Брр. Когда я это все оформил в виде слов и произнес, мне самому это показалось редкостным идиотизмом.
– Думаю, они все
– …Может быть.
– Но мне с трудом верится, что они беспокоятся о твоих чувствах.
– Что ты имеешь в виду?
– Потому что фамилия «Сакакибара» прочно ассоциируется со смертью. И не со всякой смертью – а с жестокой, бессмысленной смертью, которая вдобавок связана со школой.
– Ассоциируется со смертью…
– Да, – коротко кивнула Мей и прижала волосы руками, чтобы ветер их не трепал. – Это тревожит всех. И… может быть, они сами этого не замечают. Как будто рану не хотят лишний раз трогать.
– …Что это значит?
О чем она вообще?
Я, конечно, понимаю, что слово «смерть» и все, что с ней связано, – очень зловещее и всегда пугает людей. Это очевидно. Но…
– Знаешь, в этой школе… – голос Мей звучал так же холодно и отстраненно, как и раньше, – класс три-три ближе к смерти, чем остальные. Ближе, чем любой другой класс в любой школе. Намного ближе.
– Ближе к смерти? Что это?..
Абсолютно не понимая, что она имела в виду, я прижал ладонь ко лбу. Правый глаз Мей, сосредоточенно глядящий на меня, превратился в щелочку.
– …Ты ничего не знаешь, да, Сакакибара-кун?
Она снова развернулась лицом к спортплощадке. Прижалась грудью к бурому ограждению, слегка перегнулась через него, потом задрала голову. Стоя позади нее, я тоже посмотрел вверх, в небо. Облаков стало заметно больше.
Я вновь услышал далекие раскаты грома. Следом закаркали напуганные вороны, и я увидел несколько чернокрылых птиц, сорвавшихся с деревьев в школьном дворе.
– Ты ничего не знаешь, Сакакибара-кун, – повторила Мей Мисаки, по-прежнему глядя в небо. – Тебе никто не рассказал.
– …Не рассказал что?
– Скоро узнаешь.
– …
– И еще – тебе лучше не подходить ко мне.
Когда она это добавила, я стал понимать еще меньше.
– И разговаривать так вот со мной ты тоже не должен.
– Почему? Почему не должен?
– Я сказала уже, скоро узнаешь.
– Ну блин…
Не очень-то полезная информация. Я бы даже сказал, совсем бесполезная.
Пока я пытался найти что сказать, плохо понимая, как вообще реагировать, Мей Мисаки молча развернулась. Прижимая альбом к груди, она прошла мимо меня и направилась к двери.
– Пока, Са-ка-ки-ба-ра-кун.
Я тут же застыл на месте, будто она на меня какое-то заклятие наложила; правда, тут же я его стряхнул и двинулся за ней. В школьном дворе снова закаркали вороны.
В моей голове сам собой всплыл один из «принципов», которые сообщила
Если, уходя со школьной крыши, слышишь воронье карканье, нужно шагнуть на лестницу…
Правой, что ли, ногой? Или левой?
Которой из двух? Да, точно, левой… Пока я все это обдумывал, Мей решительно открыла дверь и вошла.
Она шагнула правой ногой.
11
После шестого урока дождь таки пошел. Хороший такой, мощный вечерний ливень вне сезона.
Я принялся собирать вещи, волнуясь, что надо идти домой, а у меня нет зонта, и тут в сумке завибрировал мобильник (я заранее отключил звуки). Звонила бабушка.
– Я выезжаю, чтобы тебя забрать. Подожди меня у дверей школы.
Слышать это было приятно, но я тут же ответил:
– Все нормально, ба. Когда ты сюда доедешь, думаю, будет уже просто капать.
– Что ты такое говоришь, ты же только поправляешься. А если ты промокнешь и схватишь простуду?
– Но…
– Никаких «но», Коити-тян. Ты ждешь, пока я за тобой не приеду, договорились?
И она отключилась. Я огляделся и вздохнул.
– Эй, Сакакибара! У тебя мобилка есть? – тут же обратился ко мне кто-то. Тэсигавара. Он покопался во внутренностях своей формы и вытащил белый телефон с яркой ленточкой.
– Будем перезваниваться. Какой твой номер?
В средних школах немногие имели собственные сотовые. Даже в Токио они вместе с телефонами PHS [16] встречались где-то у каждого третьего ученика, не больше.
16
PHS – стандарт мобильной связи, использовавшийся в основном в Японии, Китае и на Тайване. Сейчас почти не применяется.
Пока мы обменивались номерами, я кинул взгляд на парты у окон. Парта Мей Мисаки пустовала.
Я дождался, пока Тэсигавара убрал свой телефон в карман, и сказал:
– Можно я спрошу кое о чем?
– Мм?
– Насчет той девчонки, Мисаки, которая сидит вон за той партой.
– Хммм?
– Она странная какая-то. Что с ней вообще?
– Ты хорошо себя чувствуешь, Сакакибара? – он склонил голову набок, и лицо его стало серьезным как никогда. – Давай соберись!
Он крепко хлопнул меня по спине и тут же быстро ушел.
Я тоже вышел из класса и направился в сторону корпуса А и главных ворот. В холле я наткнулся на помощника классрука Миками-сэнсэй.
– Ну, как прошел день, Сакакибара-кун? Что ты думаешь о новой школе?
И она искренне улыбнулась. Я смущенно ответил:
– Ээ, думаю, я справлюсь.
Миками-сэнсэй энергично кивнула.
– У тебя есть зонт? На улице дождь.
– Это, бабушка – ну, в общем, мне бабушка сказала, что заедет за мной на машине. Она мне на мобильный позвонила минуту назад.