Чтение онлайн

Внезапно палатка открывается, показывается взволнованное лицо Ангавы.

– Бара-сагиб, идут другие сагибы! Затем, после паузы:

– Бара-сагиб, слушай!

Действительно, до нас доносятся какие-то крики.

Так как снег валит непрерывно, я быстро надеваю гетры, штормовку и выхожу. В десяти метрах ничего не видно. Время от времени отчетливо слышу какие-то крики. Это, несомненно, сагиб, так как шерпы понимают друг друга на очень большом расстоянии. Голос доносится не со стороны лагеря III, а откуда-то гораздо ближе к гребню "Цветной капусты". Две возможности: или кто-то

из лагеря III уклонился при спуске влево и попал в зону трещин, или это кто-нибудь из лагеря I, поднявшийся слишком высоко. Во всяком случае, очевидно, что опасность ему не угрожает, так как в горах можно всегда отличить сигнал бедствия. В свою очередь начинаю кричать. Несмотря на расстояние, неизвестный меня услышал, он как будто понял и уходит влево. Крики приближаются, я могу уже давать объяснения:

– Влево, все время влево, вдоль большой трещины… Я повторяю это, пока не доносится ответ:

– Понятно!

Через четверть часа к нам приближается белое, шатающееся привидение, в котором я с трудом узнаю Шаца.

– Где Ребюффа?

– Я спустился один!

– Как! Ты что, спятил? В плохую погоду и в такой обстановке! Это уж черт знает что!

Я чувствую, что мое лицо краснеет от гнева.

– Но послушай, старина, – оправдывается Шац, – я не мог поступить иначе, я чуть не сдох в лагере III и не только бы не смог помочь завтра Лионелю, но просто был бы там лишним ртом. Поэтому я и решился спуститься!

Я разозлен не на шутку. Кажется, впервые с момента отъезда экспедиции я выхожу из себя:

– Черт возьми! Находясь в весьма неважной форме, ты лезешь на рожон, причем абсолютно без всякой пользы! Представь себе, что Ангава не услышал бы твоих криков… Ты бы там и остался!

Ну ладно, что было, то прошло. Сейчас нужно, чтобы наш товарищ пришел в себя после пережитых треволнений. Горячий чай и сытная пища вызывают краску на его лице. В свою очередь он проникается царящим в лагере оптимизмом и видит будущее уже в более розовых тонах.

– Лионель добрался до лагеря III? – спрашиваю я.

– Он сильно задержался из-за глубокого снега. Спускаясь в тумане, мы с Гастоном наткнулись на него. Он был в таком приподнятом настроении, что мы вернулись с ним обратно.

– Как это получилось, что Гастон не пошел с тобой?

– Сейчас я тебе объясню. Мы устроили небольшой военный совет. Лионель сказал, что лагерь IV должны установить те, кто ночевал в лагере III, то есть Кузи, Ляшеналь, Гастон и я. Хотя двое спустились, задание все равно необходимо выполнить.

– Значит, вы решили подниматься вместе с ним?

– Совершенно верно.

Как всегда, для Террая – дело прежде всего. Он считал, что именно так он выполнит свой долг!.. Но Шац продолжает:

– Я страшно устал и сказал Лионелю, что будет глупо, если я завтра загнусь на склоне. Лучше всего мне спуститься для отдыха. Позже мы с Кузи снова составим связку.

– Значит, завтра Лионель и Гастон идут вверх?

– Да, если будет приличная погода.

Смогут ли они продолжать, кто знает? Может быть, именно им улыбнется счастье?

Снаружи доносится какой-то шум, шерпы оживленно переговариваются. Еще что-то новое? Высовываю голову из палатки

и вижу Аджибу, поднявшегося из лагеря I, в сопровождении нескольких шерпов. Сзади него стоит молодой носильщик по имени Панди. Несмотря на технические трудности, он прекрасно дошел до лагеря II. Теперь он уже почти шерп. Чтобы отметить это повышение в звании, мы дарим ему великолепный нейлоновый жилет, который он тут же с гордостью надевает. Аджиба протягивает мне два листочка, читаю вслух:

"Лагерь I, 29 мая 1950 г.

Марсель Ишак Морису Эрцогу

Анг-Таркэ прибыл в 12 часов 10 минут. В базовом лагере находится груз для 22 носильщиков.

Для челноков между базовым лагерем и лагерем I можно использовать молодого парня, которого привел сюда Анг-Таркэ. Сам Анг-Таркэ спускается сейчас в базовый лагерь, чтобы встретить Нуаеля и его 15 носильщиков. Он постарается отобрать некоторых из них для челноков.

Отошлите Аджибу как можно скорее со списком необходимых вещей (высотные палатки?).

Нужно ли, чтобы мы сопровождали шерпов между лагерями II и III и когда именно?

Марсель Ишак".

Какая хорошая новость!

Итак, Нуаель подходит! Теперь мы получим все запасы продовольствия и уверены, что недостатка ни в чем не будет. В лагере царит радостное оживление.

Вторая записка – от Нуаеля. В ней он пишет, что получил мой приказ, и сообщает о своем скором прибытии. Это послание отправлено из Тукучи 25-го числа, на другой день после прибытия Саркэ. Вот молодец! За 36 часов он прошел путь, обычно требующий 4—5 дней, он хорошо поработал для экспедиции, и ее начальник сумеет отблагодарить его при удобном случае.

Чтобы отпраздновать эти счастливые события, мы открываем бутылку рома… Но нельзя терять время. Аджиба должен немедленно спускаться, чтобы продолжать свои челночные рейсы. Поэтому я тут же пишу сагибам нижних лагерей следующую записку:

"Лагерь II, 29 мая 1950 г.

Эрцог Нуаелю, Марселю и всем сагибам

Благодарю Нуаеля за быструю переброску тыла. Это вселяет в нас большие надежды. Вчера установил лагерь IV в верхней части ручки «Серпа». В настоящее время в лагере III (6600 метров) находятся Террай, Ребюффа и два шерпа.

Ближайшая цель: установить лагерь V перед завершающим штурмом, который будет производиться последовательными связками.

Марселю – очень срочно: пусть Саркэ, Аджиба, Путаркэ и Панди поднимутся сюда завтра как можно раньше с двумя большими палатками, двумя спальными комплектами (мешки и матрасы) плюс 1 большой примус (кольман) и 2 литра бензина плюс кассеты к киноаппарату (отсылаю заснятые) плюс аптека (снотворные пилюли, 10 тюбиков аспирина, 8 банок мази против обморожения, пять тюбиков глетчерной мази) плюс 4 пары гетр плюс дополнительный высотный комплект.