Аниматоры

– Приветствую тебя, дорогой друг!

– Здравствуй, Октавиан!

– Ко мне в руки попала одна любопытная вещица. Не знаю, как она работает, – собеседник помолчал, – надо проверить.

– Ты меня заинтриговал. Что для этого нужно?

– Ты меня знаешь, у меня нюх на тайны.

– О да! – Владлен усмехнулся.

– Ну так что, найдём на ком поэкспериментировать?

– Я подумаю, Октавиан.

– Подумай, подумай, – промурлыкал в трубку собеседник.

Владлен Петрович Карасёв отложил трубку и задумался.

В его жизни было две страсти – антиквариат и мистика: тайные общества, Либерия Ивана Грозного, средневековые рукописи (конечно, в наше время чаще всего приходилось иметь дело с мистификацией). Но ему как владельцу праздничного агентства идея сказочного вымысла была понятна и близка. Занимаясь очередным поиском таинственного предмета, он до последнего ждал и верил в чудо. Его компаньон Октавиан Чеблаков был человеком рациональным и приземлённым, и, если уж он позвонил, значит, вещица непростая. Да, не мешало бы проверить.

– Аниматоров зови, всех друзей ты собери! – прочитал он рекламный слоган. – Напишут же ерунду. – Скомкал и отбросил лист с текстом.

Принялся читать следующий. Завтра предстояло объявить победителя на лучший рекламный лозунг для праздничного агентства. Он отложил пачку листов, поднялся, прошёлся по комнате, обдумывая вопрос давнего партнёра Октавиана.

– Найду я тебе подопытного кролика, дорогой друг. Даже двух, – он улыбнулся. Азартно потирая руки, вернулся в кресло и продолжил читать предложенные варианты лозунгов.

– Он мне не понравился.

– Наше дело было забрать пакет. Остальное нас не касается.

– Интересно ты рассуждаешь! Надо было хоть посмотреть, что в нём.

– Я не привык совать нос в чужие дела и пакеты.

– Зануда ты, Стасик.

– Ты что-то сказала?

Анна фыркнула и отвернулась к окну. Продолжать с ним спор было бесполезно. Они работали вместе уже около года, но слаженной пары не получилось. Она давно просила владельца праздничного агентства дать ей другого партнёра, но все пары в их небольшом коллективе уже сложились и меняться с ней никто не хотел. Тем более характер Стаса всем был известен, и работать с заносчивым и самовлюблённым, хоть и талантливым аниматором было сомнительным удовольствием. А она пришла в их коллектив последней, хочешь не хочешь – терпи.

Проехав по навигатору до нужного адреса, Анна со Стасом, подхватив костюмы и оборудование, поспешили в здание. До начала праздника оставалось тридцать минут, нужно успеть переодеться и подготовить выступление, дети опозданий не любят, а их родители – тем более.

В работе к Стасу претензий никогда не возникало. Переодевшись в костюм, он как будто становился другим человеком, много улыбался и шутил, дети его любили. Отыграв праздник, он вместе с костюмом снимал с себя добродушие, превращаясь вновь в эгоиста Станислава Яркова, высокого брюнета, идеально сложенного, кареглазого, с чисто выбритым холёным лицом и короткими по бокам, но длинными на макушке, собранными узлом волосами.

Рядом с ним она чувствовала себя нескладной дурнушкой. Невысокого роста, с копной длинных рыжих волос а-ля мелкий бес, крупным носом, серыми, широко расставленными глазами и маленьким ртом, она явно проигрывала в звании прекрасной гейши для этого самурая. Впрочем, Стасу с ней тоже приходилось несладко. Анна Углова наотрез отказывалась принимать его звёздный авторитет, постоянно язвила, отпускала колкие замечания

и всячески не поддавалась дрессировке. К этому он не привык, так что неприязнь в их паре была взаимной. В агентстве ходили легенды и анекдоты о перепалках между Ярковым и Угловой. Но свои роли на праздниках они отыгрывали идеально, дети были в восторге, на этом и держался дуэт. Их объединяла работа и ничего больше.

– Такая жара сегодня… Может, заедем в кафе до отъезда, отдохнём, пообедаем? – Аня, покидав свои вещи в сумку, наблюдала, как Стас аккуратно укладывает каждую деталь костюма в чемодан.

– Я против. Хочу успеть сегодня вернуться в Краснодар. – Он даже не посмотрел в её сторону.

– Стас, ну пожалуйста, хоть по кофейку!

– Ты сегодня уже столько кофе выдула, что я сбился со счета. Купишь стакан в магазине на заправке и выпьешь в машине по дороге. – Он закончил собирать чемодан, закрыл крышку, щёлкнул застёжками, подхватил его за ручку и вышел из комнаты.

– Ты чудовище, Стасик, просто чудовище! – громко выкрикнула ему в спину Анна.

Он даже не оглянулся. Рассерженно тряхнув рыжими кудрями, она вздохнула и, подхватив сумку, поспешила следом. Мало того, что помощи от него не дождёшься, так ещё, чего доброго, бросит её в чужом городе. От него можно ожидать любой подлости.

По пробкам они медленно устремились к выезду из раскалённого солнцем города. Заехали на заправку. Аня прошлась по магазину, купила в автомате кофе, постояла у прилавка, выбирая пирожок. Заправив машину, Стас молча наблюдал за её передвижениями через большие окна магазина, потом, не выдержав, посигналил. Она расплатилась, подхватив покупки, и, улыбаясь своей самой очаровательной улыбкой, впорхнула в машину.

Автомобиль выехал из города и, набирая скорость, поспешил в сторону Краснодара.

– Будешь? – откусив пирожок, Аня протянула ему выпечку.

Не отрывая взгляд от дороги, он отрицательно помотал головой.

– Как хочешь. – Она беспечно пожала плечами, отхлебнула кофе и откинулась на пассажирском сиденье. В машине играла её любимая музыка, ветер приятно обдувал лицо. Хорошо, что им нравилась одинаковая музыка и оба не любили включать кондиционер в машине.

Расправившись с кофе и выставив в окно локоть, Аня наблюдала за Стасом. «Хорош. Красив, уверен в себе. Если бы не характер, я бы ух!..» Что она бы «ух!», Углова подумать не успела. Наткнувшись взглядом на большой палец его правой руки с изуродованным ногтем, поморщилась. Стас повернул к ней голову, встретился с её гримасой и тут же отвернулся. Машина вильнула и выровняла ход. Сдвинув руки по рулю вниз, он прикрыл покалеченный палец другими и нахмурился.

Аня вздохнула, убрала локоть и отвернулась к окну. «Всё, мира не будет, затюкает теперь». Стас жутко не любил, когда пялились на его палец.

Дорога пролегала вдоль берега моря. Был полный штиль, чайки кружили над берегом, заходящее солнце отсвечивало золотым и лиловым в зеркальной поверхности моря. Она задремала.

От громкого звука Аня вздрогнула и проснулась. Машина летела вперёд, в свете фар мелькали деревья, кусты, дорожное ограждение. Стас, напряжённо наклонился к рулю и вцепился в него обеими руками. На очередном повороте взвизгнули тормоза. Вечерняя прохлада врывалась в открытые окна и гуляла по салону. Тело в открытом топике покрылось мурашками, волоски встали дыбом.