Чтение онлайн

на главную - закладки

Жанры

Шрифт:

– Сейчас пришлю главстаршину, - сказал он, - разберитесь скорее, кто из вас врет, и приведите в меридиан. Пусть Костровцев это сделает, раз он на корабле.

– Есть, - сказал Снигирь, скосив глаза на компас, и с беспокойствием поглядел на рабочий журнал, лежавший у самого компаса на табуретке.

Журнал лениво потягивался правой страницей и вдруг перелистнул ее без посторонней помощи. Снигирь прыгнул к компасу, присел на корточки и, облизав палец, подставил его к кожуху гироскопа. Палец свеже захолодел. Все стало ясно: врал компас его, Снигиря.

У кожуха была сильная

струя сквозняка. Он тянул в открытую дверь штурманского поста к вытяжному вентилятору. Ток воздуха давил на чувствительную систему, прибавляя к рассчитанной конструктором борьбе механических сил внутри гирокомпаса еще одну - непредвиденную.

– Вот же болван, жарко ему!
– ругнулся Снигирь в адрес Таратыгина, быстро выключая вентилятор и захлопывая дверь. Однако по справедливости он понимал, что Таратыгин был ни при чем: сквозняк создал он сам, Снигирь, открыв дверь в штурманский пост.

Компас врал по его недосмотру. Это был факт. Но фактом было и то, что англичанин идет сюда с Костровцевым. Сейчас они переглянутся с улыбкой, и Костровцев позвонит штурману, что носовой компас врет и править надо по кормовому. Это значило: профессиональный позор, нарушение договора, насмешки рулевых и подначка штурманских электриков, а над всем этим - презрительная улыбка англичанина.

Потом Костровцев сдвинет брови и осторожно начнет приводить компас в меридиан. Для этого нужно было только подавить пальцем его чувствительную систему - подавить с нужной стороны, с нужной силой и в нужное время. Однажды Костровцев это делал, и Снигирь помнил напряженное выражение его лица: компас мог "вывернуться". Он мог запрокинуться в "следящем кольце" и начать биться в нем, как сильный свирепый молодой зверь, жужжа высоким воем раненного насмерть животного... Мог заскочить нижний направляющий штифт, и тогда уровни и ртутные баллистические сосуды будут сломаны яростной силой взбесившегося прибора...

Снигирь стоял над компасом, быстро соображая. Ошибка была сделана, и скрыть ее было нельзя. Но можно было исправить последствия этой ошибки. По крайней мере, тогда на презрительный взгляд англичанина можно будет ответить таким же взглядом.

Снигирь вытянул над компасом руки, сощурив глаза и делая пальцами странные движения, будто гипнотизер, усыпляющий больного. Это было репетицией: "правило штопора" вспоминалось не умом, а пальцами.

– Пузырек восточного уровня бежит к пальцу... Так... я давлю сюда, картушка пойдет сюда... Значит - наоборот: я сюда, она сюда...

Все казалось возможным и легким, кроме одного, преодолеть сантиметр воздуха между пальцем и блестящей трубкой уровня. Казалось, стоит его коснуться - и компас мгновенно "вывернется".

Палец застыл у уровня. Он дрожал, как нож в руке молодого хирурга, первый раз делающего разрез живого человеческого тела. Палец не мог преодолеть сантиметр воздуха, пропастью легший между теорией и практикой.

Секунды летели. Гирокомпас угрожающе гудел и лгал: штурману, кораблю и Красному флоту. Англичанин шел к нижнему центральному посту.

Снигирь глубоко вздохнул и, задержав выдох, вдруг приложил палец к уровню.

Уровень

был как живой. Он упруго воспротивился и не двинулся с места. Зато картушка побежала вправо - туда, куда она и должна была пойти по правилу штопора. Снигирь тотчас отнял палец.

Это было совершенно замечательно.

Снигирь улыбнулся и стал дышать свободнее. Он пригляделся к курсу и вновь коснулся уровня. Картушка на этот раз чуть перевалила цифру 63. Снигирь коснулся уровня с другой стороны. Победа сделала его наглым. Теперь он добивался точности.

Снигирь выпрямился и тут только заметил, что пот непрерывной струей льет по ребрам, а сердце колотится, как звонковое реле. Сам Костровцев не мог бы выполнить этот смелый и опасный маневр быстрее и аккуратнее. Гирокомпас был побежден Снигирем окончательно.

– Что, Взял?.. На-кось выкуси!
– сказал он вслух и показал гирокомпасу кукиш. Кукиш, конечно же, относился к англичанину.

– Дурак, - сказал сзади голос Костровцева.

Снигирь обернулся. Костровцев стоял у трапа, а за ним тянулась длинная фигура англичанина.

– Дурак! И вредный притом, - повторил Костровцев. Он был серьезен и не на шутку зол.
– Геройствуешь? Чудеса показываешь, да? Грех скрываешь, а о корабле не думаешь? А если б ты компас вывернул?

– Не вывернул бы, - сказал Снигирь, тоже рассердившись.
– Я же сообразил сперва, а потом тронул. Не с маху. Мозги тоже есть.

– Не в мозгах дело, а в компасе!.. Ты компас мог разгробить, понимаешь ты, чучело!.. Я десяток лет с компасами вожусь - и то бы задумался.

– А я третий год. Только теперь три года за десять лет идут, товарищ милый. Темпы!
– отрезал Снигирь победоносно и взял телефонную трубку. Мостик дай, - сказал он с торжеством, косясь на Костровцева.
– Старшего штурмана попросите, носовая матка... Товарищ командир, носовой компас врал на семь градусов из-за сквозняка... Приведен в меридиан, работает исправно... Нет, я тут один был... Сам и привел...

Потом он замолчал и долго слушал трубку. Лицо его вытягивалось.

– Есть, товарищ командир, - сказал он упавшим голосом и повесил трубку.

Костровцев хитро на него посмотрел.

– Дымится? Кажется, ничего фитилек вставили... смотри, штаны прожжет!

– Да ну, какого там черта...
– сказал Снигирь, краснея до слез.

Самолюбие его было уязвлено. Он понял, что геройство его оказалось в уничтожающих кавычках. Ни штурман, ни Красный флот в этом геройстве не нуждались. Оно было вызвано ложным самолюбием, а причиной этого был англичанин.

Он посмотрел на него с открытой ненавистью.

Англичанин, показав длинные зубы, что-то стал говорить Костровцеву, кивнув головой на Снигиря.

– Он говорит, что хороший специалист никогда не будет рисковать без толку, - сказал Костровцев.
– Он говорит, что ты должен был подождать нас. Он говорит, что ты молод и немного горяч, а специалист должен быть всегда спокоен.

– Пусть у себя учит, - сказал Снигирь зло.
– Здесь не Англия.

– А еще он говорит, - опять стал переводить Костровцев, - что однажды у них на "Корнуэлле"...

Поделиться:
Популярные книги

Буревестник

Иггульден Конн
1. Война роз
Приключения:
исторические приключения
7.33
рейтинг книги
Буревестник

Кости волхвов

Роллинс Джеймс
2. Отряд «Сигма»
Детективы:
триллеры
9.10
рейтинг книги
Кости волхвов

Гайдзин

Клавелл Джеймс
Азиатская сага
Приключения:
исторические приключения
7.56
рейтинг книги
Гайдзин

Летний детектив

Полякова Татьяна Викторовна
Детективы:
прочие детективы
7.79
рейтинг книги
Летний детектив

Я не царь. Книга XXIV

Дрейк Сириус
24. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
аниме
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Я не царь. Книга XXIV

Газлайтер. Том 15

Володин Григорий Григорьевич
15. История Телепата
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
5.75
рейтинг книги
Газлайтер. Том 15

Фантастика 1973-1974

Брюсов Валерий Яковлевич
Фантастика
Фантастика:
научная фантастика
5.00
рейтинг книги
Фантастика 1973-1974

Начальник милиции. Книга 3

Дамиров Рафаэль
3. Начальник милиции
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Начальник милиции. Книга 3

Белые и синие

Дюма-отец Александр
Приключения:
исторические приключения
6.80
рейтинг книги
Белые и синие

Два брата

Волков Александр Мелентьевич
5.00
рейтинг книги
Два брата

История как проблема логики. Часть первая. Материалы

Шпет Густав Густавович
Российские Пропилеи
Научно-образовательная:
история
философия
культурология
5.00
рейтинг книги
История как проблема логики. Часть первая. Материалы

Илион

Симмонс Дэн
1. Троя
Фантастика:
эпическая фантастика
научная фантастика
7.75
рейтинг книги
Илион

Царь Гильгамеш (сборник)

Силверберг Роберт
ELITE SERIES
Фантастика:
научная фантастика
альтернативная история
7.00
рейтинг книги
Царь Гильгамеш (сборник)

Том 3. Советский и дореволюционный театр

Луначарский Анатолий Васильевич
3. Собрание сочинений в восьми томах
Документальная литература:
критика
5.00
рейтинг книги
Том 3. Советский и дореволюционный театр