Чтение онлайн

– О, Боже.

 Микаэль наклонился вперед и выдохнул, зарываясь лицом в простыни.

– Я планирую заниматься этим до тех пор, пока не заставлю тебя кричать, когда кончаешь.

– От оргазма или от укусов?
– спросил Микаэль.

– От того и от другого.

Гриффин лег рядом с Ангелом и прижался грудью к его спине. В течение нескольких минут они просто лежали неподвижно, вжимаясь друг в друга; Гриффин лениво проводил рукой по телу Микаэля. Ритм его прикосновений увел Микаэля в почти гипнотический транс. Каждый

мускул в его теле начал расслабляться. Каждая капля беспокойства испарилась, скатившись с кожи и исчезнув в простынях.

Когда Гриффин открыл бутылочку со смазкой, Микаэль едва слышал его. Все, что он мог чувствовать - это прикосновения Гриффина, его близость.

– Сначала только пальцы, - сказал Гриффин.
– Уверен, что вы с Норой это делали.

– Да. Мне нравилось, - сказал Микаэль, подтягивая ногу к груди, когда холодная жидкость встретилась с его теплой кожей. Почти мучительно медленно пальцы Гриффина скользнули внутрь Ангела.
– Очень хорошо.

Гриффин рассмеялся, уткнувшись носом в затылок Микаэля и поцеловал.

– Рад, что тебе понравилось. Может что-то не так? Чувствуешь себя странно? Хочу, чтобы ты все мне рассказал.

– Чувствую себя удивительно.

– Удивительно – то, что нам надо. А еще лучше будет, когда ты залечишь свои раны, и я как следует тебя отхожу. Секс после садо-мазо – это совершенно отдельный разговор. Хотя думаю, ты и сам это знаешь после того времени, что провел с Норой.

– Да, - сказал Микаэль.
– Но я не знаю, как это с тобой. И не могу дождаться.

– Как и я. Ладно, три пальца? Хорошо? Плохо?

– Хорошо. Лучше, чем просто хорошо.

Микаэль чувствовал себя открытым и расслабленным. Оргазм немного помог с напряжением, хотя на самом деле это все Гриффин, именно Гриффин, который мог заставить исчезнуть любое напряжение. Микаэль любил Нору и обожал ее. Но ее дикая сторона, непредсказуемая, та, что очаровывала, также и пугала. А вот с Гриффином... с Гриффином он чувствовал себя в безопасности.

– Лучше, чем просто хорошо, - повторил Гриффин.
– Ну и заявление. Боже, Мик. Не могу поверить, что тебе так хорошо. Я должен быть внутри тебя. Не думаю, что смогу выдержать еще.

Микаэль натянул веревки на запястьях, когда Гриффин протолкнул пальцы еще глубже.

– Тогда не жди.

Пальцы Гриффина выскользнули, и Мик снова услышал звук открываемой бутылочки со смазкой. Больше холодной жидкости пролилось на кожу, Микаэль открыл глаза и уставился на связанные руки. Всякий раз, когда он мечтал об этом моменте с Гриффином, то всегда представлял себе страх и как придется с ним бороться, чтобы преодолеть. Но теперь он совсем не чувствовал страха. Ничего, кроме голода, страсти, потребности.

И любви.

– Есть маленькая хитрость, - сказал Гриффин, отставляя бутылку в сторону и придвигаясь еще ближе к Микаэлю.
– Если ты сначала напряжешься…

– Знаю. Сначала напрячься. Затем расслабиться.

Так все будет проще, - сказал Микаэль, цитируя Нору, когда она однажды бросила это в лицо тем старым сумасшедшим ханжам в церкви.

– Нора. Ага.
– Засмеялся Гриффин на ухо Микаэля.
– Я рад, что у тебя был такой хороший учитель.

– Кажется, мне еще многое предстоит узнать, - сказал Микаэль Гриффину, получив поцелуй в шею.

– Я научу тебя всему, что ты должен знать. Урок первый. Я вхожу, ты выдыхаешь. Идет?

Микаэль сделал один пробный вдох-выдох.

– Идет.

Он снова уставился в пустоту в углу спальни Гриффина и попытался не думать о том, что с ним происходит. Он не хотел быть испуганным и зажатым. Это он подчерпнул от Норы.

Поэтому, когда Гриффин начал проникать внутрь, Микаэль делал только то, что ему приказали. Он выдыхал, сильно и медленно, и только после второго долгого выдоха разрешил себе сосредоточиться на том, что чувствует.

Микаэль прижался лбом к локтевому сгибу.

– Черт.

Гриффин вцепился пальцами в бедра Микаэля.

– Хорошо?
– спросил он тихим от напряжения голосом.

Микаэль кивнул.

– Хорошо. Очень хорошо.

В течение нескольких минут Гриффин едва шевелился, только позволяя себе пробежаться руками вверх вниз по рукам и спине Микаэля. Ангел не мог даже представить, какой самоконтроль был необходим, чтобы находиться внутри него неподвижно. Но это работало. Постепенно Микаэль расслабился настолько, что Гриффин смог войти в него еще глубже. И еще. Микаэль повернул голову назад для поцелуя, когда Гриффин начал медленно входить и выходить из него.

– Что-то не так с твоей спиной, - Гриффин вдохнул в губы Микаэля.

– Да?

Гриффин улыбнулся.

– На ней нет полос от моей плетки.

Микаэль рассмеялся, но смех стих, когда Гриффин вошел в него и нашел чувствительную точку, заставляя каждый нерв в его теле петь. Ангел и мечтать не смел, что это будет так хорошо. Выгибая спину, Мик еще глубже вобрал в себя Гриффина и забросил свою ногу назад на бедро мужчины. Руки сжались в кулаки, а от боли в запястьях удовольствие стало еще более мощным.

Он позволил всему исчезнуть, позволил уйти его эго, его страхам... С Гриффином внутри него стало абсолютно все равно, что думает его отец или кто-то еще. Это не было неправильным. И никто никогда не смог бы переубедить его в обратном.

Гриффин положил руку на живот Микаэля, толкаясь все быстрее и сильнее.

– Боже, Мик..., - Гриффин прохрипел ему на ухо.
– Никогда раньше я не чувствовал ничего подобного. И это не...

Не из-за презерватива, вот что имел в виду Гриффин. Но ему не нужно было это говорить. Тело Гриффина говорило само за себя, его руки, обнимавшие парня так, будто мир готов был рухнуть, губы, не перестающие целовать его шею и плечи, отчаянные вдохи в унисон Микаэлю.