Чтение онлайн

— Да. Нет, не потрясение, но что-то в этом роде. Просто мой старик каждое воскресенье отправлялся на рыбалку. И брал меня с собой. Любой другой ребенок пришел бы в восторг, но я ненавидел эти рыбалки. Я ненавидел их потому, что отец заставлял меня насаживать на крючок червей, этих отвратительных личинок мясных мух. Он держал их в оловянной коробке из-под табака. Бывало, откроет коробку, поднесет ее ко мне и скажет: «Возьми червячка, Дэвид, и насади на крючок. Сегодня, мальчик, будет хороший улов, вот увидишь», а в нескольких сантиметрах от моего лица кишела эта отвратительная масса. Скажу

тебе, Дэнни, я тогда в штаны наложил, но не осмелился ничего сказать отцу, иначе он, наверно, отлупил бы меня. Он говорил, что привычка подавляет боязнь и если я буду совать руку в коробку с паразитами и держать ее там, то перестану их бояться.

Дэнни слушал так напряженно, что Дейв даже испугался.

— Что такое? — спросил он.

— Мы влипли, — ответил напарник. — У тебя страх к червям, а я до смерти боюсь собак.

— И что?

— А то, что ночью я включил свет, а у Риты была собачья голова. Я обезумел от страха, завопил и напугал ее. В конце концов все свалил на усталость, сказал, что переработал. Но вот сегодня ты явился со своими червями. Это похоже на мой случай.

Они уставились в ветровое стекло.

— Жофиэль, — произнес Дейв.

— Почему? Каким образом?

— Все понятно. Он пытается нас запугать. Жофиэль закодировал нас, когда мы сидели и смотрели в его детские голубые глаза. Своего рода предупреждение. Отвяжитесь. Он ввел программу, и она сработала, когда мы были с нашими женщинами.

— А что, если бы с нами не было женщин?

— Я не во всем разобрался, — ответил Дейв. — Похоже, Жофиэль все про нас знает, помнишь, как он назвал меня по имени? Этот парень пытается нас запугать, чтобы мы отстали. Но он ошибается, если думает, что от нас можно так просто отделаться. Я поймаю ублюдка, чего бы это мне ни стоило.

— Не говори так, — отозвался Дэнни. — Значит, ты считаешь, что превращения людей — Риты и Ванессы — происходили лишь в нашем воображении. Он закодировал нас на будущее, когда его не будет рядом и когда мы будем меньше всего ожидать подвоха.

— Да, именно так.

— Слушай, мы ведь оба сомневаемся в сверхъестественном, верно? Ты даже больше, чем я. Мы полицейские, не так ли? И нам хочется, чтобы мир был простым и понятным. Но внутренний голос говорит нам, что на самом деле здесь не все просто и понятно.

— Да, — согласился Дейв, — бывает, я начинаю верить во всяких чертей, но потом убеждаю себя, что все это — чепуха. Я постоянно меняю свои суждения. Я снова и снова рассуждаю об этих событиях, и теперь в моей голове сплошная неразбериха.

— Верно, у меня тоже. Итак, мы должны что-то предпринять. У меня есть идея. Возможно, нам удастся заманить эту сволочь.

— Как же?

— Ангела надо искать там, где есть демоны. Получилось так, что я тебя опередил, Дейв, встретившись с двумя-тремя черными магами.

— С кем?

— С черными магами. Они попадают к нам время от времени по обвинению в развращении малолетних или за нарушение общественного порядка. Они служат свои черные мессы в заброшенных церквях. Представляю, что ты подумал, но мы должны их использовать. Они знают, где нужно искать демонов.

— А зачем нам нужны демоны?

— Они дадут нам информацию. Дейв, мы должны узнать об

ангеле все что можно, и именно демоны нам о нем расскажут. Если мы сможем поймать хотя бы одного демона, то узнаем, что за чертовщина здесь творится, — прошу прощения за каламбур. Если мы его не найдем, значит, будем блуждать в потемках.

— Так что же нам делать? Сидеть и ждать, когда один из твоих друзей, черных магов, организует деловую встречу?

— Точно, — ответил Дэнни.

Дейв уставился на напарника, пытаясь понять, насколько серьезно он относится к своему безумному плану. По глазам было видно: совершенно серьезно.

— А если у тебя ничего не получится, ты вымажешь лицо сажей и пропоешь «Оле май ривер», стоя на одной ноге перед штаб-квартирой Национальной армии арийцев?

— Этих сукиных сынов?

— Да, это уговор. Ты должен быть вполне уверен в своем плане, ведь если мы его примем, то в случае провала мне придется разделить с тобой ответственность. А что касается тебя, то если наши национал-патриоты что-нибудь с тобой сделают, например линчуют, мы по крайней мере сможем закрыть их лавочку. Лучшего предлога у нас не будет.

— Ты надо мной издеваешься.

— Да, я над тобой издеваюсь.

— Верь мне, Дейв, я найду выход.

— А что мы скажем Рису?

Дэнни испуганно взглянул на напарника.

— Ты серьезно?

— Капитан по воскресеньям вместе с семьей ходит в церковь, я сам видел. Как верующий человек, он заинтересуется, чем ты собираешься заниматься.

— Не смейся надо мной, Дейв, тебе это не идет. Рис ходит в церковь, чтобы произвести хорошее впечатление на начальство. Он добивается повышения.

— Мы это знаем, но знают ли демоны?

— Иди ты к черту, — хлопнув напарника по голове записной книжкой, сказал Дэнни как раз в тот момент, когда Рита выходила из подъезда. Она с удивлением посмотрела на сидевших в машине полицейских и покачала головой.

— Я всегда подозревала, что легавые — большие бездельники. Так и будете целый день здесь сидеть?

— Нет, мы сейчас едем завтракать, — ответил Дэнни и взглянул на часы. — Через час будем у Марио.

— Я так и думала.

— Рита, мы уже работаем, — запротестовал Дейв, — здесь, в машине. Это единственное спокойное место. В участке все только и держат ручки наготове, ожидая нашего прибытия. Входим, а все кричат: «Вот здорово! Это же знаменитая пара, команда „Д и Д“, вот бы заполучить у них автограф!»

Рита улыбнулась и на шаг отступила от машины.

— На самом деле они скажут: «Вот идут эти сопляки, Брат Тук и Мать Тереза. Интересно, что они натворят сегодня?»

Она повернулась и быстро пошла, помахивая сумочкой. Полицейским ничего не оставалось, как стиснуть зубы; искать остроумный ответ было уже поздно.

Дейв раздвинул занавески. Наступил новый день. На улице моросил холодный дождь. Капли дождя липли к оконному стеклу, как капли масла с дорожного покрытия к ветровому стеклу автомобиля. Грязные капли из пропитанных смогом облаков цеплялись за грязное стекло. Жителю деревни картина за окном показалась бы унылой, но Дейв к ней привык и удивился бы, окажись она иной.