Чтение онлайн

При этом в дело ещё не вступали «живые» ресурсы тонхов, славящиеся своей кровожадностью и холодной жестокостью. В чём Питер успел уже убедиться из опыта общения с тонхами, и ныне — на собственной «тонкокорой» сущности.

Находясь в заточении, на грани полузабытья и сознания в своей «каморке», и борясь с причиняющими страдания повреждениями организма, Гарпер однажды почувствовал вдруг возникшие перегрузки и сделал вывод, что «матка» поднялась в атмосферу. А потом он слышал, как неровно, время от времени, тонко и протяжно гудел корпус корабля, и сделал выводы, что эти звуки вызваны работой неведомых силовых

установок. А по лёгким вибрирующим содроганиям пола и стен внезапно понял, что это производятся «выстрелы». Чем и каким образом, он не знал, но по тому, как потрескивал вокруг него разряжённый воздух и как пахло незнакомым газом, он понимал, что задействованы основные резервы этих энергоустановок. Несравненно более мощные, чем любой имеющийся на планете механизм. Куда мощнее атомного реактора.

Пришельцы старательно и деловито уродовали его планету. Превращали её в пепел. От осознания этого факта ему стало тогда дурно. Волосы зашевелились на его голове и на теле. Ему хотелось зарыдать и завыть. В голове не укладывалось, что всё это происходит здесь, с ним и на самом деле. И он всё ждал, ждал и надеялся, что вот-вот он проснётся и обнаружит, что всё это лишь кошмарный сон после весёлой пирушки, во время которой он спьяну вёл с кем-то жаркие беседы на фантастическую тему «звёздных войн»…

…Насколько он мог судить по состоянию царившего на корабле редкого движения, пришельцев было всё ещё лишь несколько сотен. Как и в самом начале их «знакомства». И лишь пару дней назад он узнал о том, что этих тварей много. Чертовски много. О том, что планете нанесён ряд сокрушительных ударов, и что готовится их массовое «пробуждение», мимоходом сообщил ему всё тот же Доленгран, воодушевлённый лёгкостью первых побед над ничего не подозревающими людьми.

Точнее, лёгкостью первого коварства.

В этот момент Питер был готов удавиться в своей «камере». Ведь именно его стараниями это отродье с враждебных звёзд обрело здесь новую родину и получило возможность укрепиться, «встать на ноги» после тысячелетий гонений.

Господи, уж лучше бы ваше «Оно» вас нашло тогда и настигло. И растёрло в порошок, предварительно разорвав в клочья! Тогда бы всё, всё осталось бы даже неизвестным расслабленно живущей Земле…

Какое тогда было бы дело её жителем до того, что где-то в пугающе далёких глубинах Вселенной гибнет раса, чья пята может ступить на их безмятежный островок спокойствия?! Убеждённая в своей затерянности и неуязвимости Земля так и плыла бы в океане бесконечности, наивно и безнадёжно мечтая о «хороших», «правильных» контактах с чужим «разумом»…

— Хорошо, «господин» Гарпер. Я думаю, в этом Вы правы. Насколько известно нашему Роду, вы — наиболее отсталое племя, когда-либо встречавшееся нам среди хаоса и блеска Звёздных Островов. — Насмешливый голос Правителя вырвал Питера из объятий собственных грустных рассуждений.

— Поэтому будем считать, что ты либо не знаешь, примат, о собственном Доме столько, сколько бахвалился, либо у вас действительно так же плохо с обороной, как и с разумом. — Как-то разом перейдя на «ты», Владетель словно окончательно отмёл последние признаки игры в вежливость.

Наклонившись вперёд, Наагрэр изучал реакцию человека. Однако на лице того не дрогнул и мускул. Хотя о какой «игре мышц» можно говорить, когда лицо представляет

собой оплывший кусок расплавленного в микроволновой печи сыра? «Лунный пирог» физиономии выражал лишь одно «чувство» — горестного подслеповатого прищура.

— Да, Наагрэр, так оно, видимо, и есть… — Гарпер впервые назвал тонха его титулом. Голос его прозвучал совсем уж хрипло. Слова давались с трудом.

Куда с большей готовностью и ретивостью «гений проделок» воспользовался бы топором или бензопилой… Эх, кабы сейчас сюда того неизвестного «добродетеля», что с такой лёгкостью измочалил «подданых» этой макаки! Вот уж повеселились бы все тогда от души…

Однако на деле пленный отвесил некое подобие потешного поклона головой. При этом потихоньку заскрежетав зубами…

Тонх издал звук, похожий на недоверчивое хмыканье, и продолжил допрос:

— Тогда напряги тот несовершенный материал, который вы зовёте мозгом, и вспомни, не известно ли тебе чего-нибудь о том, что касается смерти моих Воинов, над решением проблемы которой вы так долго и старательно бились? С вашими «врачами»…

Фогель и Роек, так, как я понимаю, их зовут? Вы хотя бы приблизительно смогли узнать это? Хотя чего мне ждать от столь глупой и мелкой «науки», как ваша… — Доленгран презрительно фыркнул. Получилось очень даже похоже на выражение этого вида эмоций человеком.

И тут Питер решил рискнуть. Скорее всего, им двигало острое желание отомстить тонхам, ошеломив их, увидеть выражение растерянности на их самоуверенных, непробиваемых в своей уверенности, мордах.

Отомстить за всё, что пережил сам, за то, что переживало человечество в эти страшные для себя дни…

В нём проснулось агрессивное упрямство. Упрямство человеческой расы, сумевшей выжить и пронести свет крохотного разума сквозь тёмные эпохи Прошлого, сквозь гибельные влияния Судьбы и Времени. И любимой Богом настолько, чтобы самому в собственном гневе не стереть человека с лица Мира…

…Его уверенность питала именно эта надежда, что сам Бог не допустит убиения его чад. Откуда взялась эта уверенность, Питер не знал. И как Он это сделает, землянин не ведал. Но подсознательно верил в Справедливость, исходящую из Возмездия.

Поэтому он медленно и угрожающе поднял на Правителя совершенно спокойные и полные открытой, нескрываемой ненависти глаза:

— Знаешь…, чмо…, ты мне так же противен, «царёк обезьян», как и моя, оказавшаяся столь позорно беззащитной раса вам, разряженным павлинам из неведомой нам выгребной ямы Вселенной…

Волею Неба вы, словно железные чурбаны, сделаны крепче башкой, чем мы. Это — факт, не спорю. Вас трудно удавить на поганой осине, хотя вы этого более чем заслуживаете. Ты волен убить меня, бронированная жаба, у меня не достанет сил постоять за себя, это верно. Ты превосходишь меня в силе, чудовище, кикимора из межгалактических болот.

И ты кичишься этим своим превосходством, которое есть не более, чем превосходство рождённого под «тяжёлой» звездой тела. Однако знай, гнида межзвёздная, что в этот мир, куда вы так трусливо удрали от собственного Ужаса, вслед за вами уже пришло Нечто, что способно раздавить и вас, как вонючего клопа! Насколько я успел узнать, вы не настолько могучи и неуязвимы, сильны и бессмертны, мудры и прозорливы, умны и всемогущи, как из себя изображаете…