Чтение онлайн

– Это ты был тогда ночью в церкви после бури?

Он не стал этого отрицать.

Телега загрохотала на повороте. Виктория ничего не могла сделать, чтобы помешать ему уехать, ибо если его поймают, это не спасет ее сына от опасности и кто-то другой будет искать ее с той же целью, что и ее отец. Она пошла рядом с медленно движущейся телегой.

– Ты стрелял в меня?

– Конечно, нет, – небрежно бросил он, как будто разговор шел о погоде.

Значит, был кто-то еще.

Человек Дэвида вышел из конюшни и, сдвинув шляпу

на затылок, наблюдал за ними. Она понизила голос:

– Неллис заодно с тобой?

– Неллис – самодовольная мразь, он злоупотребил моим терпением, сунул нос, куда не следует. – Натянув шляпу на лоб, он улыбнулся Виктории. – Донелли решил эту проблему за меня.

Она схватилась за сердце.

– Что это значит?

Его глаза смеялись.

– Он очень любит тебя, дочка. Всегда любил. Увы, он готов на измену, лишь бы спасти тебя. (

Она остановилась. Все поплыло перед глазами. Она тщетно пыталась собраться с мыслями. Прижав руку к раненому боку, Виктория чувствовала, что, если сделает еще хоть шаг, у нее подогнутся колени.

Она подождала, пока телега не скрылась из виду, и посмотрела на деревья и крыши окружавших ее строений. Нигде никакого движения. Ни блеска окуляров бинокля, наведенного на нее. Ни признаков снайпера, готового прострелить ей сердце.

Виктория окликнула человека, стоявшего у конюшни:

– Где мистер Рокуэлл?

– Не знаю, мэм, – ответил тот, когда она подошла к нему.

– Позовите Бетани и идите в дом. Если оставите моего сына одного, помоги мне Бог, пожалеете об этом в ваш судный день. Вы поняли?

Она бросилась к конюшне. Она не хотела, чтобы отец успел отъехать слишком далеко, но драгоценные минуты ушли на спор с мистером Шелби, пока он седлал лошадь.

На грязной от недавнего дождя дороге было нетрудно найти следы тяжелой телеги. Спустя четверть часа она въехала во двор церкви, где кипела работа. Не задумываясь над тем, что она сделает, она искала глазами телегу и увидела, как человек с вожжами в руках останавливает ее.

Виктория, не веря своим глазам, уставилась на мистера Гибсона, слезавшего с козел. Она подогнала к нему лошадь.

– Миледи. – Он с удивлением посмотрел на нее.

– Что случилось с человеком, который ехал на этой телеге?

– Я встретил его, когда возвращался. Он сказал, что вы попросили его снова съездить в город и привезти еще провизии. Он взял мою лошадь и уехал по старой пастушьей тропе.

Виктория повернулась в седле и посмотрела на лес. Заброшенная тропа вилась по склону холма и вела к мосту через реку. Она тоже выбрала эту тропу, когда Дэвид нашел ее на кладбище. Вспышка энергии почти тотчас же угасла. Она не найдет отца, пока он сам этого не захочет.

Она снова оглядела церковный двор в поисках мистера Рокуэлла. Но больше всего ей хотелось увидеть Дэвида, хотя бы для того, чтобы убедиться, что он жив. То, что предстало ее глазам, остановило ее.

– Мистер Рокуэлл нашел подземный

ход, мэм, – сообщил мистер Гибсон.

Во дворе тридцать или сорок сильных мужчин, выстроившись в линию, по цепочке передавали друг другу ведра с землей.

– Они пришли помочь, миледи.

Это были те самые люди и их сыновья, которые бросили свои фермы, опасаясь репрессий, а теперь вернулись. Причем вернулось больше, чем ушло.

– Но чем Дэвид привлек их сюда? – сказала она, не сознавая, что говорит это вслух.

– Не знаю. Но они пришли, мэм. Пришли ради лорда Чедвика.

Виктория вошла в дом через черный ход, которым пользовались слуги, и поднялась по лестнице. Подхватив полол юбки, она торопливо прошла по коридору, ведущему в ее апартаменты, и захлопнула дверь. Заперла ее на ключ и через гостиную прошла в спальню.

Виктория бросила на кровать накидку, опустилась на колени перед ночным столиком и почувствовала, как слабеют руки. Ей хотелось закрыть глаза и исчезнуть. От слез першило в горле. Но она не позволила себе заплакать.

Спустя минуту Виктория взяла себя в руки и выдвинула ящики ночного столика. Не обнаружив медальона, вытряхнула содержимое ящиков на кровать.

Медальон исчез.

Виктория вернулась в гостиную и проверила еще один ящик. В отчаянии осмотрела шкафы, перетряхнув всю одежду. Когда все уже было перевернуто, Виктория отступила назад, увидела этот разгром и ужаснулась тому, что наделала. Мокрые волосы выскользнули из-под шпилек и рассыпались по плечам. Дрожащими руками она откинула их с лица и приготовилась двигать мебель и поднимать ковры. Но не успела.

В дверях, разделявших ее гостиную и спальню, стоял Дэвид. Виктория не понимала, как он вошел в ее комнаты.

Однако ей стало легче. Он был здесь, цел и невредим. Она подбежала к нему. Он обнял ее и прижал к себе.

– Ты дрожишь, Мэг.

Не замечая его мокрой одежды и колючей щетины, царапавшей щеку, Виктория прильнула к нему.

– Он здесь, Дэвид. Он жил прямо у нас под носом. Он уехал по старой пастушьей дороге.

– Кто, Мэг? Твой отец?

– Он привез в коттедж уголь вместо мистера Гибсона и стоял так близко к Натаниелу, что мог дотронуться до него. Он знает, что это наш сын. Он все знает. Он знает...

– Тс-с! – Он еще крепче обнял ее. – Где сейчас Натаниел?

– В коттедже. Я велела Блейкли не отходить от него, – сказала она, пытаясь вернуть самообладание. Она чувствовала себя маленькой девочкой, какой была до того, как исчезла ее мать.

– Дэвид, ему нужен медальон. – Она отстранилась от него, чувствуя его руки на своих плечах. – Наверное, он завалился куда-нибудь за мебель. Он сказал, что, если я отдам ему медальон, он навсегда уедет отсюда.

– Зачем ему медальон? – Дэвид пристально посмотрел на Викторию. – Откуда он узнал, что медальон у тебя?