Андер
Шрифт:
Когда два работника ресторации поднесли к нашему столу широкое металлическое блюдо с куполообразной крышкой, я и думать забыл, что он Фарен перед уходом заказал фирменное блюдо «Старого Города».
Блестящий, начищенный до зеркального блеска поднос водрузили на стол. Когда услужливый лакей торжественно поднял крышку, я секунду смотрел на открывшуюся картину, после чего мне невыносимо захотелось выругаться.
— Ты по прежнему считаешь, что он примет наши условия? — невесело усмехнулся Константин, поднимаясь. — Поедем, или будешь пробовать
Не знаю, чем именно будет на меня давить он Фарен, но недооценивать барона не стоило. Это — объявление холодной войны!
Мы уходили, даже не притронувшись к фирменному блюду «Старого Города», в одночасье превратившегося для меня в самое мерзкое заведение Тихомирска, где больше никогда ноги моей не будет.
Остекленевший взгляд отрезанной головы шимпанзе с аккуратно вскрытой черепной коробкой, в обрамлении неизвестных мне экзотических фруктов, и две серебряные ложечки с удлинёнными ручками на лакированной деревянной подставке…
Столь оригинальная подача самого дорогого блюда ресторации только подтвердила, что дальнейший этап переговоров обещает быть весьма сложным.
Глава 21
— Теперь куда? Домой? — повернулся ко мне Константин, когда мы оказались в машине.
Помимо нас, в «Зонале» находилось два бойца, которых Арнье взял для подстраховки. Прекрасно осознаю, что в случае магического столкновения парни могли, максимум, отвлечь, но так было почему-то спокойнее.
Умом я понимал, что в мире магии, где мне предстоит жить остаток жизни, совершенно другие критерии подбора бойцов, нежели в том мире, который остался за спиной, но к этому предстояло привыкнуть, максимально приспособившись к новым реалиям.
В глубине души я надеялся, что Ширан примет предложение, которое я специально попытался обставить, как требование капризного ребёнка, науськанного взрослым. Изначально было два варианта развития событий.
Первое: Ширан соглашается, а мои требования удовлетворяются. Второе: Ширан не соглашается, приходит в тихое бешенство и уезжает много думать, что и произошло, в конечном итоге. Меня устраивали оба варианта, так как в конечном итоге получится так, как нужно мне.
Если вы думаете, что я совершил ошибку, сознательно пойдя на конфронтацию с тем, кто сильнее — вы окажетесь неправы. Понятно, что следующая фаза холодной войны наступила бы при любом развитии событий, но противник, логика которого понятна, намного комфортнее врага, демонстрирующего её полное отсутствие.
Думаю, барон он Фарен — не тот человек, как и любой другой уважающий себя аристократ, который может позволить себе идти на честную сделку с заведомо слабым, роняя как свой, так и престиж своего Рода. В особенности, если этот «слабый» пытается прилюдно закрутить ему яйца.
И плевать, что в предмет нашего с ним разговора было вовлечено всего по одному человеку с каждой стороны: Арнье и Гилс, которые никому не проболтаются. Он Фарен просто
«С террористами переговоров не ведут!». Так было там, сомневаюсь, что здесь по-другому. Поэтому Ширан просто обязан отреагировать, как человек дворянского сословия, честь которого оказалась задета.
Ненавижу это понятие. «Задета честь!». На это можно натянуть практически всё, что угодно, каак сову на глобус, начиная от: «сир, вы на меня неправильно посмотрели, сир. Я, сир, требую вашей крови немедленно во-он в том лесочке», заканчивая лаконичным «я требую виру». И чем больше имеешь вес в местном гадюшнике, тем хрупче хрустальная честь, которую легко задеть даже вздохом.
Пока я не вошёл в возраст, львиная часть нападок, которые могли выкатить мне он Фарены, попросту не котировалась. И этим я был им крайне неудобен, как противник. Хотя, уверен, что противником они меня не считали. Ни достойным, ни слабым. Просто не считали, полагая, что это игра Арнье.
Сейчас, единственное на что можно надавить — мои сёстры: Аурита с Никой, но и здесь было не всё так просто. Прежде чем ехать сюда, я детально ознакомился данными по «Убежищу». Вернее, с той информацией, которую мне удалось нарыть в свободном доступе.
По официальным бумагам «Убежище» именовалось, как: «Дворянский лицей общих искусств №3». Не знаю откуда появилось второе название, но могу предположить, что возникло оно, явно не зря.
В основе своей это был обыкновенный интернат для дворян, оставшихся без родных, не имевших опекуна, но среди воспитанников учреждения были и простолюдины. «Убежище» курировалось ИСБ, являясь по сути, кузницей будущих кадров. Естественно, это не афишировалось, но некоторые вещи настолько понятны, что о них вовсе не нужно рассуждать вслух.
Заведение было примечательно тем, что имело даже корректирующие классы, вот только «корректировке» здесь подвергались не психически нездоровые, а дети, имеющие нестабильный либо деформированный магический дар. Да, такое, как оказалось, тоже, хоть и редко, но бывает.
Если бы я не попал в этот мир и не стал Главой Рода, Андера ждал бы точно такой корректирующий класс, в котором бы ему попытались помочь овладеть даром и привести психику в норму. Не знаю, что бы случилось, окажись коррекция бессильной, но, явно, ничего хорошего.
Хлам, который нигде нельзя использовать, как правило, оказывается в мусорном ведре.
Поэтому всё, что мог сделать он Фарен — натравить на меня их комиссию, решение которой я всё-таки попытаюсь оспорить, благо уже были определённые намётки. И на этом — всё. Больше рычагов воздействия на меня у него не было. Охрана родового завода скоро будет сменена, контракт с «Южным рубежом» разорван, а им самим будет выставлен такой судебный иск, что их юристы просто ахнут от сумм, там фигурирующих.