Амулет
Шрифт:
Сараккан откинул назад голову и злорадно рассмеялся.
– О боги! – сказал он. – Бедняжка Макоби!… Это и все, чем ты можешь защитить себя?
Офицер лениво поднял руку и направил ее в сторону монаха.
В это время из тени выплыл дух Дариана.
– Сараккан, – произнесло привидение. – Марден просил передать тебе кое-что перед смертью…
Несколько секунд Сараккан молча пялился на призрака, силясь понять, что бы это значило. Потом выругался и, направив на Гларта указательный палец, выкрикнул магическое заклинание.
На кончике пальца, шипя и рассыпаясь искрами,
Внезапно стало очень тихо. Первым нарушил тишину стук упавшего на пол амулета. За ним последовали глухие шлепки тысяч мелких ошметков плоти, окропивших мраморные плиты пола, ряды скамеек, алтарь и людей.
Макоби, не мигая, смотрела на то место, где только что находился Сараккан. Потом девушка перевела изумленный взгляд на Гларта.
Монах был бледен как полотно. Несчастный регистратор, не выдержав выпавших на его долю испытаний, лишился чувств. Опомнившись, девушка подбежала к Гларту и бросилась к нему на грудь.
– Так это ты?… – всхлипнула она. – Это ты сделал?…
Гларт задумчиво кивнул и вытер брызги крови Сараккана, попавшие на лицо.
– Помнишь, я брал у тебя амулет в спальне Угмана? – От растерянности монах обратился к принцессе на «ты». – Тогда из предосторожности я зарядил его заклинанием Шаровой Молнии, в соответствии с которым каждый, кто вздумал бы обратить колдовство против другого человека, должен пострадать от него сам. Дело было рискованное, потому что Сараккан мог обнаружить ловушку. Но я тогда не знал, что ты убежишь и отдашь ему амулет…
Макоби, смутившись, уткнулась монаху в плечо. Но любопытство взяло верх, и она, заглянув юноше в глаза, спросила:
– Ты знал, что это был он?…
Гларт устало кивнул. Взяв принцессу за руку, он подвел ее к алтарю.
– Знал.
– Откуда?…
– На основе некоторых фактов у меня зародилось подозрение, которое переросло в уверенность после разговора с орком Кала-азаром. Напоследок, когда ты ушла, я задал ему один вопрос: «Как выглядел Миал?» Орк ответил, что у мужчины были каштановые волосы и что он постоянно улыбался. К Миалу подобное описание не подходило, зато соответствовало внешности Сараккана. К тому же прошлой ночью дух Дариана окончательно вспомнил, что ему сказал Марден, вручая амулет.
– Но почему ты утаил это от меня?
– Ты бы все равно не поверила. Сараккан околдовал тебя, применив чары Обольщения. Поэтому ты в него и влюбилась…
Макоби на минуту задумалась. Теперь, когда колдовские чары потеряли свою силу, она вспомнила, что всегда считала Сараккана льстивым лгуном и старалась обходить его стороной. Но несколько месяцев назад все изменилось.
– Он был не таким уж плохим магом, – добавил Гларт.
– Но до тебя ему было далеко!…
Макоби обвила его шею руками и обняла, потом подошла к тому месту, где лежал амулет. Он снова принял первоначальную форму, и на нее смотрело страшное в своей уродливости ухмыляющееся лицо орка.
– Мы так и не решили, что с ним делать, – заметила она.
– Можешь до поры до времени оставить амулет у себя.
Макоби горестно улыбнулась, потом подобрала вещицу с пола, надела на шею и спрятала кулон в вырез платья, тотчас ощутив на груди прохладу металла.
– Эге! Снова дома!… – услышала она радостное восклицание наглеца. – Так-то лучше! У того мужика было не очень-то уютно на его волосатой груди.
– Заткнись! – прошипела Макоби и огляделась вокруг. – Нужно поблагодарить привидение, – добавила она. – Куда это пропал призрак?
Они обыскали часовню, но безуспешно. Дариана и след простыл. Вероятно, он покинул грешную землю
Так, в сущности, оно и было.
Как только шаровая молния поразила Сараккана, Дариан почувствовал, будто у него гора с плеч свалилась. Цепи, связывавшие его с амулетом, пропали.
Призрак ощутил необыкновенную легкость и взмыл вверх, подобно ракете. Материальный мир вдруг стал осколком призрачной мечты и вскоре исчез из виду. Дариан слышал зов.
Внезапно впереди он увидел ослепительное золотое сияние, наполнившее его восторгом. Внутренний голос подсказывал призраку, что это Валгалла. По мере приближения к цели Дариан все яснее различал высокие стены из плотных клубов тумана с массивными железными воротами. За ними он увидел своих павших товарищей по оружию. Они ждали его. Вот Торан Черный Щит, а рядом с ним – Анкас Отважный… Воины пили вино и веселились. Возле них вились высокие, стройные белокурые валькирии.
Когда Дариан подлетел еще ближе, ворота распахнулись, товарищи обратили к нему просветленные лица и приветственно замахали руками.
Душа Дариана, хоть и с опозданием, наконец прибыла в Рай.
Эпилог
Макоби ехала верхом на лошади среди ликующей толпы, радостно улыбалась и кивала в знак признательности.
Рядом на лошади восседал угрюмый Миал. За ними следовала целая когорта гвардейцев и знати. Миал возвращался в Минас Лантан. На его брачное предложение ответили вежливым, но твердым отказом, зато организовали пышные проводы.
Принц был разочарован, но Макоби, пытаясь его утешить, сказала, что, хотя его предложение является для нее большой честью, она считает, что выходить замуж ей пока рано. Ее отец, правитель Кумаса, сделал официальное заявление, в котором принес извинения по поводу неловкой ситуаций, в которую попал Миал во время последнего визита, и подтвердил, что узы дружбы между двумя городами остаются незыблемыми.
Чтобы Миал не чувствовал себя обиженным, в его честь закатили роскошный пир и устроили праздничную церемонию прощания. Тысячи людей высыпали на улицы, чтобы проводить героя.
Правда, торжественную процедуру омрачило одно небольшое происшествие, когда какой-то явно чокнутый констебль транспортной полиции выскочил из толпы и вцепился в ногу Миала. Назвавшись инспектором Трассой, безумец орал, что должен арестовать принца по обвинению в убийстве полковника Де Венчаса. Но дюжина рослых гвардейцев тут же повалила сумасшедшего наземь, а потом увела с глаз долой.