Чтение онлайн

Молодая пара вышла из машины. Обнявшись за талию, они подбежали к кустам, за которыми и скрылись. При свете луны он заметил золотистые волосы женщины. Разумеется, они его не видели. Огни его машины были потушены, и они подумали, что она просто стоит на стоянке.

Кайо, учитывая его полноту, вылез из машины с гибкостью танцовщицы и, не закрывая дверцу, чтобы не шуметь, направился к парочке. Прячась за деревьями, он передвигался с осторожностью индейца племени сиу. Он хотел вдоволь насмотреться на них, прежде чем грубо прервать их любовные

Ночь была светлой. Не интересуясь мужчиной, он сосредоточил свое внимание на женщине. Однако, к его разочарованию, парочка ограничивалась лишь целомудренными и почти неподвижными объятиями, не заходя в своих ласках дальше.

Вдруг женщина встала, приподняла короткую юбку и сняла трусы. Кайо чуть не задохнулся от удивления. Он был уверен, что заметил странную выпуклость в том месте, где у женщин этого не должно быть.

– Эй, вы, чудики! – закричал он, обманутый в своих ожиданиях, что удвоило его гнев. – Идите-ка сюда, этакие...

Он не смог закончить фразы. Железная рука вдруг зажала ему рот, и тяжелый удар дубинки обрушился на его голову. Он покачнулся, пытаясь добраться до пистолета, но новый удар, еще более сильный, обрушился на него и он рухнул, потеряв сознание.

Молодой человек, похожий на Гордона, бежал по улице Норт Лоуренса. Это не было, собственно говоря, гетто, так как оно пересекалось с белыми кварталами, но оно было таким же убогим, как и настоящее, образованное соседними трущобами.

Улицы были немощеные. Молодой человек, который был босым, прыгал через булыжники, и острые камни, убегая от полицейских.

Молодой человек бежал по направлению к другому кварталу, Ист-Боттомс: Здесь родился Гордон. Он узнал его, когда подбежал поближе, по улице, спускающейся под уклон к Канзас Ривер, где он обычно купался и куда теперь хотел нырнуть, чтобы ускользнуть от полицейских.

Баржи медленно плыли по реке, увозя груды горящих отходов. Эти плавучие мусоросжигательные печи почти не оставляли места для плавания. Сама вода, стоячая и грязная, была похожа на известь. В ужасе он отступил назад. На поверхность реки всплывали трупы, изуродованные трупы женщин, которые все были похожи на Дженни.

Молодой человек, отвернувшись от руки, стал смотреть в сторону полицейских. Он первый бросился к ним навстречу.

Кунг тихо потряс Гордона. Тот вскрикнул, цепляясь за свой сон. Это был кошмар, но он не хотел забывать его, когда откроет глаза.

Он осторожно высунул голову из-под простыни, испытывая облегчение от того, что находится во Франции. В его стране, как говорил Болдуин, чернокожий мог только опускать глаза или поднимать их к небу. В Париже Гордон мог позволить себе крамольную роскошь улыбнуться вьетнамцу.

– Вас звонили, – сказал ему Кунг.

– Кто?

– Не знаю.

На Кунге была пижама, слишком широкая для его хрупкого тела. Ее, конечно, подарил ему Мэнни, как и он дарил своей консьержке те пижамы, которыми сам больше не пользовался.

– Который

– Тли чаца и ветвелть.

Жалюзи окна были закрыты.

– Дня?

Кунг улыбнулся, обнажив свои длинные зубы, затем тоненько рассмеялся.

– Увы, нет! Утра, мсье.

– Где Мэнни?

– Мсье нет дома... Я не знаю, куда он пойти. Он мне ничего не сказал.

Гордон схватил трубку, которую ему протягивал Кунг.

– Алло?..

– Господин Гордон Сандерс?

Это был грубый и хриплый голос, с акцентом, возможно, бельгийским или швейцарским:

– Я хочу сообщить вам что-то важное, что касается убийства вашей жены. Приезжайте ко мне сейчас же: 35, улица Грегуар-де-Тур, третий этаж, первая дверь направо от лифта. Стучать не надо, дверь открыта. Я жду вас, поспешите!

Мужчина еще раз повторил адрес. Гордон услышал щелчок в трубке, прежде чем успел задать какой-нибудь вопрос.

Дрожа, он бросился к окну, чтобы посмотреть сквозь жалюзи. Поблизости не было видно никаких полицейских. Он подумал, что на этот раз ему нечего было скрывать.

Он оделся на скорую руку и, даже не причесавшись, выскочил на улицу.

Едва он вышел, как телефон зазвонил вновь. Кунг поднял трубку.

Женский голос попросил Мэнни.

– Мсье нет дома, – ответил Кунг. На том конце провода тут же положили трубку, не потребовав других объяснений.

Гордон хорошо знал эту улицу. Он жил совсем рядом, в гостинице на улице Сены, когда только приехал в Париж.

Он влетел в подъезд дома тридцать пять на улице Грегуар-де-Тур, и, перепрыгивая через три ступеньки, взбежал по лестнице.

Оказавшись на третьем этаже, он остановился перевести дух, прежде чей войти в квартиру. Однако нетерпение не позволило ему ждать дольше и, еще запыхавшись, он толкнул дверь. Внутри было совершенно темно.

– Есть здесь кто-нибудь? – спросил он сдавленным голо – сом, предчувствуя, что попал в ловушку.

Никто не ответил.

Гордон зажег спичку и наощупь нашел выключатель. Внезапно совсем рядом он услышал чье-то дыхание. Он почувствовал тошнотворный запах дешевого одеколона, повернулся на каблуках и ринулся на тень, стоявшую за его спиной. Это был мужчина, более высокий, чем он, и массивный. Удивленный, он покачнулся и выругался. Гордон нашел его горло, обхватил его локтем и сдавил, чтобы тот упал.

Однако его противник был сильнее и приподнял его над полом. Гордон сильнее сжал его шею, но тому удалось отбросить его к стене. Затем он схватил его за пиджак, притянул к себе и снова отбросил.

Гордону показалось, что у него ломаются ребра. Он протянул руки, пытаясь попасть пальцами в глаза своего противника, но тот, будто угадав его намерения, наклонился и ударил Гордона головой в грудь.

Сильнейший удар заставил Гордона упасть на колени, и ребро ладони резко опустилось на его сонную артерию. Он растянулся на полу и потерял сознание.