Чтение онлайн

Старик должен выжить! — Дор мысленно отдал приказ, и мы атаковали.

Лучи лазеров больно полосовали кожу, проникая сквозь защитную пленку скафандров, но мы, не замечая боли уничтожали тварей одного за одним. Старик прятался за спинами своих воинов, уверенный в том, что мы сдадимся, но наши силы не иссякали, а тела регенерировали быстрее обычного. Наша дэя была неподалеку, и поэтому, мы были сильны как никогда. Половина нападавших уже отправилась на тот свет, отравляя вонью воздух вокруг нас, часть хоров трусливо бежала в лес, и оставалось

примерно с десяток хоров, защищавших главного, как небо почернело, и рядом с огнями каяльцев зажглись сигнальные лампы кораблей Империи Хоров, образуя кольцо, именуемое «мировым».

Наши противники сникли, попятившись назад, и, если бы не раздвоенный световой меч старика, которым он потрясал перед их головами, точно удрали бы в лес, как шакалы.

Ты что-нибудь понимаешь?

Тот же вопрос.

Каяльцы и Хоры никогда прежде не выстраивались в мирный круг. Но сейчас, выстроившись в форме цветка, корабли заявляли о своем намерении дружить.

— Я уничтожу вас, Дор и Шанго! Ясно, почему вы защищали эту женщину, призвав армию. Это ваша дэя! Вы слишком быстро восстанавливались, иначе не смогли бы противостоять моим солдатам! Но вам придется постараться сохранить ей жизнь. И, если она действительно так ценна, вы оба на коленях приползете ко мне за противоядием. Удачи, герои!

С каждым словом Зейтун уходил глубже в джунгли, все так же прячась за телами своих солдат.

— Поторопитесь! — затрещал динамик коммуникатора.

— Мы что, не поймаем их? — я схватил Дора за руку, не понимая, как он может уйти, не добив оставшихся тварей.

— Эсми может стать хуже. А Зейтуна мы найдем позже. Уверен, он не станет прятаться от нас, пока ему нужна Эсми. Да и охоту на него объявили не только мы с тобой. Видимо, он чем-то насолил своему правителю, что тот даже рискнул пойти на мировую с моим отцом.

Кропы как никогда тяжело поднимались в воздух, покидая планету, что подарила нам встречу с нашей истинной. А может, это страх за ее жизнь так давил на меня, и это сказывалось на работе техники. Обычно, каждый раз, нажимая на «пуск», устремляясь в космос, я чувствовал прилив сил, надежду на нечто светлое, что ждет меня в скором времени, предвкушал встречу с мечтой, а теперь…вот она моя мечта. Лежит и дышит с трудом…

Стыковка с имперским кораблем, длилась бесконечно долго, и, наконец, по запутанным лабиринтам отсеков я добрался до кропа Дора.

Войдя внутрь, я увидел своего друга, стоящего над Эсми. За те минуты, что я не видел девушку, она стала еще бледнее. И ремни, удерживающие ее тело, выглядели как усмешка. Эсми не нужны оковы. Яд в ее крови лишил ее возможности двигаться.

Мой атмос упал духом. Его голова была опущена, плечи поникли, и будто Дора стало меньше на треть. От него веяло холодом, и только ходящие желваки делали его живым.

Я положил ладонь на его твердое плечо, чувствуя, как мне самому нужна поддержка, и сжал пальцы.

— Нам следовало улететь раньше…

Эти слова сорвались с языка, и только после я подумал, что

ляпнул лишнего. Но было поздно. В Доре уже вскипела ярость. Он хотел как лучше, пытался мягко воздействовать на Эсми, не хотел пугать девушку, стремился к тому, чтобы она сама захотела улететь с нами. И его дипломатичность впервые в жизни сыграла такую злую шутку. А я мог бы настоять, мог бы! Но не стал.

— Принц Дореус!

Убийственный взгляд Дора заставил заткнуться посланного его отцом солдата. Дор ненавидел все эти имперские звания. Особенно люто зверел, когда его называли принцем.

— Император ждет вас, — боясь напороться на колкий взгляд, парень передал сообщение мне и, отдав честь Богине Каяле, поторопился исчезнуть.

Мы шагали вдоль рядов солдат, признающих Дора своим адмиралом, даже после того, как он отрекся от всех званий. Парни держали знаки Каялы в знак уважения ему, а Дор шел мимо с каменным лицом, ритмично чеканил шаг, держа в руках наше сокровище. Лифт за считанные секунды поднял нас на самый верх корабля в имперский приемный зал.

Я чувствовал, как мучается душа моего атмоса. Слишком давило на него то, что без помощи отца он обречен. Мы обречены. И это мучение отражалось в стенах замкнутой кабины. Зеркальные двери разъехались в стороны, исчезая в стенах, и Дор решительно шагнул.

Император, облаченный в военный камзол, стоял у экрана, изучая сводки, но стоило нам войти, он тут же направил свое внимание на нас. Мариус выглядел величественным и сильным, даже не смотря на свой почтенный возраст, только проседь на волосах, забранных в плетение, выдавала в нем старца.

— Так и знал. Дело в женщине!

— Мне нужен лучший врач. Сейчас же. С Зейтуном я разберусь сам. Обещаю, что больше проблем он не доставит, можешь не беспокоиться.

Пропуская приветствия, Дор прошел в центр зала. Я же такой фамильярности позволить себе не мог, и поприветствовал Императора как подобает его воину, хоть и в отставке. Я вообще чувствовал себя между молотом и наковальней. Последняя встреча этих двоих пять лет назад закончилась скандалом, но я не мог позволить себе занять чью-либо сторону.

Мариус, одним взглядом приказал выполнить просьбу его наследника, и за несколько шагов пересек пространство, останавливаясь перед сыном. Два исполина теперь стояли друг напротив друга, готовые наступить на горло своей гордости. Старший – ради любви к сыну, младший – ради любви к женщине.

Император рассматривал лицо Эсми, и ждал объяснений. Дор ждал доктора и ничего объяснять не собирался.

— Шанго, может быть хотя бы ты объяснишь мне, в чем дело? Кто эта женщина? Зачем она вам?

— Великий Император, это наша дэя.

Глаза его вспыхнули и стали больше. Он уменьшил расстояние между собой и сыном, становясь почти вплотную к Эсми, и осторожно взял ее вялую кисть в ладони и поднес к своим губам, чтобы поцеловать.

— Девочка…— на несколько секунд император замер, а затем его взгляд заскользил по полу, будто к нему пришло понимание некой ужасной тайны. И Дор уловил это, так же, как и я.

— Зейтун, старший лекарь Хореуса…он собрал войско и планирует восстание.