Чтение онлайн

Вперед устремилось еще больше Испивающих Души, принимая на себя очереди болтерного огня. Некоторые из них пали и покатились по лестнице, но остальные смогли добежать до верха и схватиться в рукопашной с Багровыми Кулаками.

Крозиус арканум Иктиноса вспыхнул огнем, реагируя на град шрапнели, обрушившейся сверху. Еще один Испивающий Души пал, защищая капеллана, — в этот раз брат Торикел, чьим командиром некогда был ныне погибший сержант Гивриллиан.

Иктинос обрушился на Багровых Кулаков. Его крозиус крошил керамит и кости. Капеллан не испытывал ни воинственной ярости, ни холодного

отчаяния человека, сражающегося за свою жизнь, — он бился обдуманно и спокойно, зная, что обступившие его Испивающие Души закроют его от цепных мечей и болтерных зарядов. На Стратикс Люмина, где всему Ордену грозило уничтожение, капеллана и сопровождающих его воинов связали надежные узы. Они были готовы погибнуть, чтобы сохранить жизнь одного из своих предводителей. Они прыгали в зубы смерти, потому что он вел их.

Багровый Кулак вонзил цепной меч в плечо Испивающего Души, вставшего между ним и капелланом. Другой Кулак повалился на спину — в забрале его шлема зияло отверстие, оставленное болтерным зарядом.

Капитан штурмового отряда Кулаков оказался лицом к лицу с Иктиносом. Капеллан узнал его: штурм-капитан Арка, один из истинных ветеранов Второй роты. Они мельком виделись, когда капелланы Орденов, наследующих Легиону Имперских Кулаков, собрались на встречу в Мире Ринна. Это было еще до того, как крепость-монастырь Багровых Кулаков была разрушена, а Испивающие Души стали изгоями.

События давно минувших лет.

Должно быть, Арка тоже узнал Иктиноса, поскольку капитан на мгновение замешкался. В гуще сражения, идущего наверху лестницы, два десантника некоторое время разглядывали друг друга. Один из них думал о том, как может настолько отважный и благородный человек продолжать сражаться на стороне развращенного и чудовищного Империума. Второй — о том, как страж веры Ордена мог впасть в скверну и мятеж.

Но затем отпущенное им мгновение ушло. И ярость их схватки озаряла помещение точно как во время грозы.

— Три выстрела. Лазерная пушка. И уходим. — Найрюс с остекленевшими, как всегда в моменты концентрации, глазами, сидел, прижавшись спиной к полуразрушенной стене.

Остальные скауты залегли рядом с ним. Выкрики гвардейцев Форнукс Ликс и шипение лазерных выстрелов пробивались через рокот приближающихся танков и грохот обрушающихся руин.

Как по заказу, над головами скаутов пронеслись три мощных багровых лазерных заряда, оставляя после себя запах озона.

Найрюс пока не ошибался.

— Пошли! — прокричал Евмен, и скауты сорвались с места, пересекая открытое пространство, отделяющее их от укрытия.

Тидей на ходу выстрелил из гранатомета, чтобы создать завесу, и скауты без потерь добрались до следующих развалин. Осадные танки класса «Разрушитель» быстро превращали район в руины, обрушивая мощь тяжелых снарядов на окружающие здания в надежде замедлить продвижение Испивающих Души, чтобы Багровые Кулаки снова смогли вступить в ближний бой. Скауты, в свою очередь, как проклятые работали на то, чтобы задержать гвардейцев. Евмен уже практически не сомневался, что именно его небольшой отряд не дает Ящерам Форнукс Ликс полностью окружить Испивающих Души.

— Кулаки! —

прокричал Найрюс. — Они здесь…

Евмен уловил движение в нависающем над ними разрушенном здании, чье внутреннее убранство было отчетливо видно после выстрела «Разрушителя». Перекрытия проседали и разрушались под весом строительного мусора и мебели. Но на верхнем этаже кто-то был — Евмен увидел вспышки болтеров, чьи заряды со свистом рассекали воздух и с треском ударялись о кирпичные стены.

Мельком оглядевшись по сторонам, Евмен понял, что Ящеры захватили уже все, кроме их укрытия в руинах. Огневые зоны отрядов пересекались с такой расчетливостью, что командир скаутов был вынужден вспомнить: сейчас они сражаются против профессиональных солдат.

— И куда нам теперь?

— Уже никуда. — Найрюс поднял взгляд туда, где находился тот, с кем они сейчас отчаянно перестреливались.

Багровый Кулак проломил кирпичную кладку на высоте двух этажей над ними и в пламени, извергаемом прыжковым ранцем, приземлился точно в центре отряда скаутов. Это был штурмовой десантник, вооруженный цепным мечом и болтерным пистолетом, иссеченная броня дымилась от попадания, заставившего его свалиться вниз.

Терсит оказался ближе всего. Выпущенные им два заряда из болтера со звоном срикошетили от керамита, и Кулак даже не обратил на них внимания, нанеся нечеловечески стремительный удар цепным мечом. Терсит не понимал, что его зарубили, пока не упал на землю с широкой рваной раной в груди.

Селеп набросился на Кулака со спины, метя ножом в шейное сочленение брони. Кулак успел развернуться, схватил Селепа за горло и швырнул в почти повалившуюся колонну.

Найрюс подсек Кулаку ногу, заставляя того припасть на одно колено. Евмен выскочил из укрытия, нанося удар кулаком по лицевому щитку противника и заваливая его на спину. Резким рывком командир скаутов оседлал упавшего десантника и, прижав болтер к линзе его шлема, стал вгонять в упор один заряд за другим. Осколки зарядов и керамита посекли лицо Евмена, но забрало Кулака проломилось, и тот затрясся в агонии.

Звуки выстрелов в сознании скаута сменились тишиной. Потребовалось несколько мгновений, чтобы он снова обратил внимание на грохот сражения. Все, что он сейчас видел, — это единственный глаз поверженного десантника, слепо взирающий на него с изувеченного лица, превратившегося в сплошную кашу из осколков керамита и крови.

Странное тепло окутало Евмена. Гордость. Он только что убил своего первого десантника.

Наконец он оторвался от созерцания мертвого Багрового Кулака. Ему все еще надо было командовать отрядом.

— Селеп?

Тот с трудом поднялся с земли.

— Я цел.

— Терсит?

— Его мы потеряли, — ответил скаут-снайпер Раек, склонившийся над Терситом.

Умирающий скаут в последний раз судорожно вздохнул, и кровь залила его губы. В глубине красновато-черного отверстия в его груди были видны слабо трепещущие легкие.

— Все чисто, — произнес Найрюс, выбираясь из-под трупа Кулака.

— Хорошо. — Погибшего они могли оплакать и позже, когда по ним не будет стрелять столько людей. — Селеп, понесешь Терсита. Раек, пойдешь первым. Вперед!