Альвхейд
Шрифт:
Мы прошли первое кольцо города, пришли почти в самый центр. Здесь обстановка резко менялась: высокие трех-этажные каменные особняки, разбитые красочные сады перед ними, мощеная желтоватой плиткой дорога. Туда-сюда сновали кареты с шикарно разодетыми возницами, дамы с зонтиками в руках и в забавных шляпках на тонких атласных ленточках. Их платья стоили бешеных денег, а, продав с них украшения, можно было бы целый год кормить семью из пяти человек.
На нас смотрели с неприязнью. Мы с Роком представляли собой жалкое зрелище, не слишком далекое от
Проходящие мимо знойные красотки горячо улыбались мужчине, кокетливо хихикали, прижимаясь к плечам подруг. Одна даже послала воздушный поцелуй и помахала изящной ручкой, которая никогда в жизни не сделала никакой работы.
Я опустила глаза и посмотрела на свои руки: сухая обветренная кожа с глубокими трещинами, ногти обломаны, а под ними грязь. Мда… и как только меня умудрялись путать с дочерью герцога?
Проходящая мимо фурия, как бы, между прочим, провела рукой по плечу Штэйна, зазывно подмигнула и показала маленькие белоснежные клычки. Вампир кивнул в знак приветствия и продолжил путь.
— Я смотрю, тебя тут хорошо знают. Местные дамочки-вампирши, — прищурилась я.
— Раньше часто пересекались, — пожал плечами мужчина и я додумала сама где они пересекались.
— Такая резкая смена обстановки: вроде только были нищие и тут же везде роскошь и богатство!
— Первый круг — для самых бедных слоев населения, второй для богатых, а середина… там сам замок Арриэт, принадлежавший раньше бургомистру и городу, — пояснил вампир.
— А местная власть не против, что клан занимает такое здание? — заинтересованно спросила я.
— Власть в Рагнейде — это вампиры, Алиэн. Они здесь самые богатые и почитаемые, а все нищие — это люди или полукровки. Как ты, — он посмотрел на меня. Я нахмурилась. — Именно поэтому ты и должна будешь выполнить одно мое требование, если хочешь попасть в замок. Без меня, тебя туда не пустят.
— И что мне надо будет сделать? Ты объяснишь, наконец? — я сложила руки на поясе и преградила дорогу мужчине.
— Не сейчас. Надо сперва снять комнату попрестижнее в одной гостинице, а там уже я тебе все и объясню.
Гостиница "Вишневый сок" была в этом квартале самой дорогой, после "Томной ночи". В первой, Штэйну были всегда рады, во второй — его ненавидели и каждую ночь, которую он проводил там, пытались убить. Девять покушений и все без результата. Хотя нет, результат был — четырнадцать трупов, оставленных после вампира.
На мой вопрос "Кто же тебя так ненавидит?", мужчина сделал вид, что не расслышал меня.
"Вишневый сок" был двух-этажным зданием из красного камня. По стенам гостиницы до самой крыши вились, причудливо изгибаясь, зеленые и оранжевые лианы, распускаясь багровыми и желтыми цветами. Запах стоял неописуемый! Так и хотелось прижать цветок к носу и вдохнуть во все легкие. Штэйн остановил меня за руку, предупредив, что цветы ядовитые, убить-не убьют, но обоняние я потеряю часа
Молодой конюх подбежал к нам и торопливо повел Мрака и Весну в конюшню, клятвенно пообещав постоянному гостю заботливый уход и лучший овес для его лошадей.
Широкая дверь из красного кернийского дерева сразу же распахнулась перед нашими носами услужливым охранником, едва мы подошли к ней. Для такого верзилы как он, благодушная улыбка во все лицо, выглядела слегка подозрительно. Будто гадость какую-нибудь хочет сделать!
Я бросила взгляд на Штэйна. Мужчина без проблем вошел внутрь, не соизволив даже посмотреть в сторону зазывалы. Я тревожно шагнула следом. Не нравится мне это место, видит Каллиэстра, как не нравится! Причем весь город.
В огромном холле было неуютно, несмотря на лежащие повсюду ковры. На стенах висели рогатые оленьи головы, потрескивали фитильки свеч в массивных канделябрах, картин на стенах было столько, что впору устраивать бы выставку. Но гостиница хранила какую-то странную тишину. Хотя чем глубже мы проходили внутрь коридора, тем сильнее доносилось откуда то раскатистое жужжание, похожее на пчелиный рой.
Не дойдя до винтовой лестницы впереди, слуга остановился у высоких дверей сбоку. Жужжание настойчиво доносилось оттуда.
Перед нами распахнулись двери, и в нос хлынул запах дорогого табака, вперемешку с не менее дорогими женскими духами. Вся эта круговерть ароматов дала в голову опьяняющим состоянием и головокружением.
Повсюду были ковры с узором в виде горсти вишневых ягод. По коврам вальяжно расхаживали богато разряженные мужчины и женщины. Все вампиры, вероятно. То тут, то там, то и дело мелькала полностью белая одежда слуг. Причем женщины обслуживали только клиентов мужского пола, а мужчины наоборот.
Справа находился обеденный зал, слева — игорный. Здесь играли в карты, кости, рулетку.
— Играть здесь не стоит — среди вампиров шулеров ничуть не меньше, чем среди людей, — предупредил Штэйн больше Рока, чем меня. У меня на лице было написано отвращение ко всему происходящему, в то время как мальчик, наоборот, с открытым ртом глазел вокруг.
— У меня все равно нет денег, — пробормотал Рок, опустив глаза.
— Для первой ставки "заботливый" клуб предложит сыграть за его счет: ты будешь без конца выигрывать, разбогатеешь на глазах, азарт польется по твоей крови, как яд, а потом ты резко все проиграешь и останешься ни с чем. А с нас будут трясти деньги за твой проигрыш.
— Откуда вы все знаете? — нахмурился мальчик.
— Этот клуб создал я, потом продал его другому вампиру, а сам уехал подальше отсюда.
Мы ничего ему не сказали. Просто промолчали.
— Ну, посмотрели, а теперь пойдемте, снимем комнаты.
— Это, наверное, очень дорого? — задумчиво поинтересовалась я.
— Для меня здесь комната всегда бесплатная, а за вас я договорюсь.
Вампиры в Рагнейде шиковали на полную катушку даже в гостиницах.