Чтение онлайн

— Кто там?

— Отряд шесть, мы принесли лидеру еще одного заложника, — ответил лучник.

Двери тут же открылись. Кира не могла разглядеть, кто там стоит, как ни поворачивала голову. Однако после того, как ее затащили внутрь, тут же опустили, так что она наконец смогла видеть мир не перевернутым с ног на голову.

— Так-так-так. Интересно… — со странным акцентом произнес встречающий. — Ничего так, красивая. Спасибо, парни! Хорошая работа. Так вот, это вам, — он положил что-то в руку каждого из отряда.

Те в свою очередь обрадовались, однако лучнику похоже этого было мало.

— Слушай, зам, нам бы развлечься как-нибудь… — он странно посмотрел на Киру, которая наблюдала за разговором.

— Сегодня, так-то, вы развлекаетесь

в таверне, потому что очередь других. Так?

— Ну, блин, у нас же трофей такой отличный, может, без очереди?

— Так, еще раз повторять не буду. У нас так-то своя дисциплина и законы, так что, парни, только завтра, — похоже, этот «зам» очень любил «такать» — это слово он произнес уже около десяти раз за три небольших предложения.

— Ладно, пойдем, — вздохнул лучник, махнул рукой, и все трое вышли, закрыв за собой дверь.

Дневной свет из-за дождевых туч был приглушен, однако его хватало, чтобы разглядеть «зама» и комнату вокруг. Судя по всему, это был большой холл, по бокам от которого находились двери в другие помещения, а у задней стены узкая лестница вела наверх. Пол был сделан из дерева. Сразу бросалась в глаза, что в комнате почти нет мебели: только два стула и стол у левой стены. Незнакомец повернулся к ней. Лицо тоже было закрыто куском ткани, но он так же носил и странный темный плащ с капюшоном, застегивающийся, как пальто, на талии. Подойдя к ней, незнакомец присел и начал придирчиво осматривать, в первую очередь заглянув в глаза.

— Твое здоровье уже в красной зоне, надо подлечить, — сухо отметил он, протянул к ней руки и что-то прошептал про себя.

В этот миг в его глазах появилось что-то фиолетовое, и Кира почувствовала, как напряжение в мышцах исчезает.

— Эй! Служанки, или как вас там. Займитесь ею.

Хоть он и не кричал, однако из боковой комнаты тут же появились две женщины в форме горничных, на вид около тридцати пяти лет. Левый глаз у них не светился голубым светом, следовательно, это были не игроки. Однако вели себя вполне адекватно, так что и не скажешь на первый взгляд, что действуют по какому-то коду. Пока они развязывали ее и снимали кляп, мужчина ушел по лестнице наверх, не оглядываясь. Оттуда сразу же донеслись приглушенные голоса.

«Ну, все, вот мой шанс сбежать!» — промелькнуло в голове, когда последнюю веревку развязали, однако Кира вдруг резко поняла, что не может пошевелить ни руками, ни ногами, даже рот открыть не может. Как будто все тело отказало, не хотело слушаться ни в какую.

Тем временем служанки подняли ее за плечи и потащили в левую дверь. Кира отчаянно пыталась сделать хоть что-то, но тело не хотело двигаться. За дверью обнаружился коридор с несколькими комнатами, одна из которых оказалось ванной без окон, освещаемой большим светильником на стене. Пришлось молча и отчаянно краснея смотреть, как служанки стягивают с нее костюм, словно с ребенка, и кладут в уже будто по заказу подготовленную белую ванну с горячей водой. Сердце отчаянно билось от страха и предчувствия чего-то плохого, пока ее, совершенно беспомощную, взяв за плечи и лодыжки, клали в воду. Жидкость залилась в нос и рот и начала обжигать легкие. Кира задохнулась.

«Вот и все, я умираю… Зато смогу разлогиниться. Почему я так боюсь умереть? Ведь это всего лишь игра, в ВР-очках уже сотни раз приходилось погибать в виртуальном теле, так почему?!»

Несмотря на эту мысль хотелось брыкаться изо всех сил. Но их не осталось. Перед глазами потемнело…

Когда на востоке появились первые отблески света, а пение птиц все громче и громче разносилось по округе, на озеро выплыл утренний туман. Четверо все также сидели около костра и вели тихую беседу. Ночь пролетела почти незаметно. Хоть Костя и провел в Альтурионе почти сутки, усталость к нему так и не наведалась. Зато новые знакомые по очереди выходили из игры, чтобы вздремнуть пару часов, пока остальные караулят их и занимаются своими

делами. В данный момент была очередь Игоря, вокруг игрового тела которого мерцала золотая полупрозрачная тонкая пленка, которая не позволяла навредить спящему. Борис и блондин успели отдохнуть и выглядели бодрячком, обсуждая своих жен и их отношение к увлечению мужей.

— Мне вообще жена сказала, чтобы не возвращался домой, — хохотнул лучник, подкрепив это жестом, похожим на пинок под зад.

— Чего, прямо так и сказала? — удивился Борис.

— Так и сказала. Она всегда так, — махнул он рукой. — Ты что, баб не знаешь? В бар не ходи, футбол не смотри, в игре не зависай, на семью болт положил, и прочее… Зато-о, когда зарплату приносишь, так первые по магазинам. Сумку надо! Сапоги надо! На море хочу!

— Так всегда было и всегда будет, — подтвердил Борис. — Ты, главное, не парься. Вернешься с бета-теста, подари сережки, и растает сразу.

— На какие шиши? Отпуск-то мне не оплатили. Начальник, видимо, смекнул, что я в Альтурион собрался, и говорит: «Хрен тебе, а не деньги, бери больничный и на собственном обеспечении».

— Вот жук, — поддержал Борис, потирая гладко выбритый подбородок. — У меня с этим проще. Жена знает, что на играх иногда зарабатываю, вот и не переживает. А работаю вообще, как вольный наемный, время есть — съезжу, сутки пробатрачу и свободен.

— Везет тебе, — выдохнул блондин и подбросил еще веток в костер. — А у тебя как дела с этим? — обратился к Косте.

— Жены нет. Подрабатываю на разных халтурках. Иногда также из игр деньги вывожу, да родители подбрасывают периодически. На жизнь хватает, — отмахнулся он, глядя в огонь.

— Типичный задрот, короче? — хохотнул Борис. — Хотя все мы такие, просто имеем больше забот и обязанностей…

— И они нас имеют, — усмехнулся блондин.

Костя тоже улыбнулся, но вернулся обратно в свои мысли. Перед глазами мелькали разные картинки из детства и юношества. Он вспомнил свой первый поход, когда ночевать в лесу было страшно, а все тени, отбрасываемые деревьями и кустами, казались слишком мрачными и пугающими. Нить мыслей зацепилась за отца и вывела к первой езде на велосипеде. Затем первый звонок в школе, первый поцелуй с девочкой, которая тогда ему очень нравилась. Но сейчас даже ее лицо осталось лишь призрачной тенью, в прочем, как и лица всех других девушек, с которыми довелось встречаться. Начиналось все обычно с мимолетной влюбленности, постепенно перерастало в «конфетно-букетный» период, а далее обрывалось либо продвигалось максимум до поцелуев. Первая интимная близость была лет в шестнадцать у знакомого на тусовке, с девушкой, внешность которой Костя так же позабыл, оставив себе только ощущения того момента.

Однако самое яркое послевкусие сохранилось от последних отношений с девушкой по имени Виктория. Это были самые долгие и насыщенные отношения, но вся соль заключалась не в этом. Она была достаточно необычной, чтобы влюбится в нее с первого взгляда. Манера речи, поведение и мысли, которые она не стеснялась озвучивать, всегда веяли какой-то несуразностью. Их было трудно предугадать. Вот идете вы вместе по людному парку, держась за руки. Ни с того ни с сего она срывается с места, на бегу сбрасывает туфли, голыми ногами вскакивает на спинку лавки и пытается ухватить зубами листик с дерева, не известно каким чудом балансируя. Или, сидя в очередном кафе, она разрывала пакетики от сахара на мелкие кусочки и запускала их над столом как конфетти. В те самые моменты Костя сгорал от стыда, но ему это даже нравилось. Вика делала то, к чему лежала ее душа, или к чему побуждали мимолетные порывы, оттого она всегда казалась свободной и раскрепощенной. И конечно же внешность соответствовала манерам: волосы перекрашены в какой-нибудь яркий цвет, зеленые ясные глаза искрились любовью ко всему живому. Миниатюрный носик слегка вздернут. Пухленькие, но изящные губы почти всегда сложены в ненавязчивую улыбку. А макияж легкий и скромный. Но по ряду причин, в том числе и из-за игр, отношения привели к разрыву.