Альсара
Шрифт:
– Я любила Александра, – прошептала принцесса.
– Азия, девочка моя, ты же мне как дочь, неужели я так плохо тебя обучил? Ты даже не пытаешься врать! Ну же, подыграй старику.
– Я действительно его любила, – из её глаз катились слёзы.
– И что прикажешь с тобой делать? Арестовать? Да-а, похоже, тебе основательно мозги промыли. Всё равно ты скажешь то, о чём я попрошу. Актриса ты хорошая, справишься.
– Ну почему каждый хочет посадить меня на поводок? Всем от меня что-то нужно.
– Такова жизнь…
– Я наследница Александра Астрайдера. Мне по праву принадлежит престол Империи. Помоги мне вернуться. Ты же знаешь, я умею быть благодарной.
– Предлагаешь дать тебе власть? Думаешь, после всего, что случилось, я могу тебе доверять? Присоединяйся ко мне, и всё будет как раньше!
– Как будто у меня есть выбор.
– Вот и умница, – Яков приподнял полог, и в палатку вошёл доктор.
– Идти сможет? – спросил у него вождь.
– Думаю, да, – врач помог Азии подняться. Осмотрел глаза и аккуратно надел на неё очки. В ту же секунду принцессу ослепил яркий свет.
– Нет, нет, не снимайте. Сейчас коррекцию сделаю. Очки направляют сигнал прямо в мозг, а с вашими имплантами вы будете видеть почти идеально, – врач держал её за руку, помогая переступить высокий порог.
Стоял поздний вечер, в небе горели огни гигантского дирижабля, рядом гудел аэрогоспиталь, готовый к полёту. Перед самым шлюзом Азия вновь посмотрела на Якова.
– Может, передумаешь? – прошептала она.
– И не надейся, твои чары не меня не подействуют… – не успел он договорить, как шлюз отворился, и яркий разряд разбросал его телохранителей в разные стороны. На пороге лайнера стоял старик в балахоне с дымящимся генератором молний в руках.
– А ты не торопился меня спасать, – нахмурилась принцесса.
– Это вместо спасибо? – Рон схватил Дориана за шиворот и пинком спустил его с трапа.
Самолёт взмыл в вечернее небо, а перепуганный вождь молча глядел ему вслед.
+++
Лайнер завис между облаков. Бледная, закутанная в халат принцесса сидела в кресле. Доктор поместил её руку в герметичную капсулу и включил режим обеззараживания. Он достал шприц и набрал прозрачную жидкость.
– Что это? – спросила Азия.
– Наркоз.
– Никаких уколов.
– Сделать местную анестезию? Вы всё будете чувствовать, а это крайне неприятно…
– Я сказала не надо, – громче повторила она.
В операционную вошёл старик:
– А ты упрямая, никому не доверяешь. Узнаю себя в твои годы.
– Думала, ты покинул нас, – улыбнулась Азия. – Когда мы виделись в последний раз, ты поручил украсть какую-то папку. Кстати, а что в ней было?
– Какое это теперь имеет значение?
Доктор принёс металлические стержни и выложил на стол:
– Это спецсплав, он моделирует форму костей. Внутри сервоприводы.
– Значит, рука будет сильнее?
– Зависит от регулировки, –
Раскалённый добела стержень прикоснулся к её обнажённой кости, и тело пронзила боль.
– Ещё не всё, ещё чуть-чуть, – повторял доктор.
– Да когда же уже! – сжала зубы принцесса.
Он достал второй стержень и стал приваривать его.
– Дышите глубже, не переставайте дышать.
– Как я могу перестать дышать!? Боже, как больно!
– Всё, – наконец сообщил врач. – Кости мы нарастили.
Азия расслабилась и стала наблюдать, как виртуозно он отливает металлический скелет её руки. Она подняла железную кисть и смотрела на неё через стёкла очков.
– Теперь поместим руку в гель из стволовых клеток, они заменят живые ткани и восстановят плоть.
Он достал из криокамеры герметичную упаковку и пересыпал содержимое в капсулу. Порошкообразная субстанция быстро превращалась в вязкую жидкость и закипала, обволакивая железный скелет словно масло. Форма постепенно сжималась, обретая черты потерянной конечности.
– Отдыхайте, – доктор покинул кабинет.
Азия сняла очки и закрыла глаза.
– Расскажи, какой она была? – спросила она Рона.
– Ирулан? Не делай вид, что забыла это имя.
– Ты раскусил меня, – улыбнулась принцесса. – Никак не могу привыкнуть, что я лишь копия великого оригинала.
– Зря ты так. Когда ты исчезла – я понял, насколько дорожу тобой. Ирулан – это прошлое, яркое, незабываемое, но всё равно прошлое. А ты – настоящая. Она была любимой дочерью императора, росла в золотой клетке. Я служил в королевской гвардии, когда она родилась, держал её на руках. Помню её первые шаги. Помню, как клал ей на подушку цветы из утреннего сада. До сих пор не могу забыть их аромат. Казалось, так будет вечно… а потом я умер и вновь ожил. Это не банальное клонирование. Когда я вернулся – помнил всё в мельчайших подробностях. Я знал, что ты ещё жива, знал, что помнишь меня, но так и не вернулся… прошли тысячелетия, я прожил бесчисленное множество жизней, видел мириады миров, рассветы и закаты империй, преображение человечества, я умирал и возрождался сотни раз, но я никогда не забуду её, свою принцессу Ирулан.
Путь воина
Шарон бежал по пыльной тропе привычным маршрутом. Здесь, между холмами, под ветхим навесом он соорудил спортзал. Генерал подошёл к штанге, лёг на скамью, взял гриф и сделал жим. Затем накинул ещё по одному блину и повторил упражнение.
«Уже опасно, – понимал он, цепляя дополнительный вес, – если что-то случится, никто мне не сможет помочь». Первый жим, второй… мышцы налились железом. Третий, четвёртый – из последних сил.
«Ещё!» – Шарон напряг все мускулы, на висках вздулись вены, а из горла вырвался мучительный рык: