Альсара
Шрифт:
– Мы оторвались. Шторм позади, – и будто в подтверждение его слов над облаками показалось солнце.
+++
Освежающий лёгкий ветерок забирался под одеяло, не давая досмотреть последний сон. Азии снился дворик, заросший инжиром, и дядя в соломенной шляпе.
Она проснулась. Хватило и доли секунды, чтобы в деталях вспомнить прошедшую ночь. Её глаза наполнились слезами, а на грудь опустилась чугунная гиря воспоминаний.
«Эвэдэ больше нет».
Азия подняла голову и осмотрелась. Кругом было тихо, большая часть коек давно
– На, выпей, – прямо сказала она. Азия залпом осушила контейнер и ощутила жуткий приступ тошноты. – Сплюнь, – подсказала женщина, а после запечатала банку. – Твоя ДНК. Вот бланк и карандаш, заполни.
Азия взяла со стола бумажку.
– И куда мне теперь?
– Можешь сходить в столовую, она ещё работает. А можешь на сразу лайнер.
– Спасибо, – кивнула Азия, скомкала бланк и бросила в урну при входе. Впервые в жизни она не знала, как ей быть. Хорошо хоть на каждом углу стояли новенькие указатели.
За первым же холмом показался лайнер, похожий на айсберг на фоне выжженного зноем кустарника.
Вход на трап охраняли двое ребят с металлодетектором.
– Талончик, – остановил Азию один из них.
– Сейчас, – она улыбнулась, шаря по карманам. – Не знаю, куда его положила.
– Возвращайся в лагерь, тебе дадут новый.
– Но мне о-очень нужно лететь. Пожалуйста. Не хочу здесь больше оставаться.
– Ничем не могу помочь, – сухо ответил он, отодвигая её от прохода. Азия стояла в сторонке и смотрела, как люди поднимаются по трапу.
– В чём дело? – мужчина в военной форме и чёрных очках подошёл к охране.
– Талон, говорит, потеряла.
– Это же формальность, пускай проходит. – Он снял очки и посмотрел ей в глаза.
– Спасибо, – прошептала Азия.
– Не теряй больше ничего.
От его улыбки у неё замерло сердце.
– Постараюсь, – только сейчас она заметила, как нервно крутит непослушный локон.
– Давай провожу тебя? – он галантно подал ей руку.
Пока они поднимались по трапу, у Азии дрожали коленки, а слова будто застряли в горле. От этого она чувствовала себя полной дурой.
– Ну, всё мне пора. Служба, – попрощался офицер и скрылся в кабине пилота. Азия лишь грустно посмотрела ему в след.
– Вы так и будете стоять, проход загораживать? – сзади напирала женщина средних лет.
– Простите, – Азия вошла в пассажирский салон и села у окна. Её снова одолевала хандра.
«Наверняка у него есть девушка. У таких как он всегда кто-то есть. Только у меня никого. Почему всё так несправедливо? Одним всё, другим ничего». От жалости к себе Азия готова была разрыдаться, но её колена коснулась девушка с соседнего кресла:
– Эй, ты всегда такая?
– Какая? – Азия отвернулась к иллюминатору, пытаясь спрятать слёзы.
– Сидишь тут одна, распустила нюни. У тебя что-то случилось?
– Погиб мой посёлок и все близкие…
– Можно подумать, у тебя одной несчастье, и тебе одной сейчас больно, а остальные так, на пикник выбрались. – Соседка окинула взглядом салон. – У кого-то здесь погибли родители, у кого-то дети, и никто не ноет.
Азии стало неловко.
– И что ты предлагаешь? Радоваться?!
– Возьми себя в руки. Теперь ты сама по себе, никто тебя не пожалеет. Всем друг на друга плевать, мир так устроен. Понимаешь?
– Умеешь поднять настроение.
– Ага, – соседка на секунду задумалась, не зная, как продолжить разговор. – Кстати, меня зовут Эшли. Хотя можешь не запоминать, завтра придумаю себе новое имя и начну жизнь с нуля.
– А я Азия.
– Идём, покажу тебе кое-что. – Эшли взяла её за руку, и потащила за собой. Они обошли ряд сидений и уткнулись в винтовую лестницу ведущую наверх. – Там первый класс! Обычно туда никого не пускают, но сейчас охраны нет. Идём, тебе понравится.
Они добрались до светлого коридора, и Эшли нырнула в одну из кают, увлекая Азию за собой. Здесь возле широких кресел стояли раздвижные столики. Эшли плюхнулась на место у окна и закинула ноги на стол.
– Ну и как тебе?
– Ничего так. – Азия села напротив и пристегнулась.
– Ты думаешь, если самолёт упадёт, тебя какой-то ремень спасёт? – улыбнулась Эшли.
– Действительно, какая глупость, – Азия расстегнула ремень и нижнюю пуговицу на блузке.
– Кстати, это идея, – Эшли подвинулась ближе. – Знаешь, какое самое сильное лекарство от боли? – и она нежно поцеловала Азию.
От неожиданности та вжалась в кресло.
– Может не надо, – прошептала она. Но Эшли не слушала, а опускалась всё ниже и ниже, губами расстёгивая пуговицы на блузке. Азия откинулась в кресле и томно вздохнула. Происходящее казалось безумным и оттого возбуждало ещё сильнее.
Эшли нажала рычаг, и Азия откинулась назад вместе со спинкой кресла, которое теперь больше напоминало кровать. Эшли стянула с неё джинсы.
– Спорим, никто из парней для тебя такого не делал, – она прикоснулась губами к Азии, и волна наслаждения растеклась по всему её телу.
Азия потеряла счёт времени, она не могла поверить, что это не сон, слишком неестественным казалось происходящее. Вскоре они поменялись ролями. И теперь уже Азия стояла перед Эшли на коленях, желая доставлять ей удовольствие. А после они ещё долго лежали в обнимку, закутавшись в кусачее одеяло.
– Такое со мной впервые, – призналась Азия, не открывая глаз.
Лайнер пошёл на снижение, от чего заложило уши. Эшли глянула в окно и стала одеваться.
– Давай быстрей, это техническая остановка, самолёт здесь долго стоять не будет, – она швырнула Азии одежду. Та успела натянуть джинсы, прежде чем Эшли вытянула её на свежий воздух. Они спустились по трапу и очутились на одинокой платформе посреди пустыни.