Алгарил
Шрифт:
И тут меня привлекла одна статуэтка, она была выполнена из мерцающего стекла. Я протянула руку, но упёрлась в силовой барьер. Что ж, будем просто любоваться на расстоянии. После чего я облокотилась рукой о стену рядом с нишей, силовой барьер мигнул. От неожиданности я убрала руку, а центр тяжести сместить забыла, и поэтому рухнула прямо на статуэтку, с диким визгом. Быстро выскочив из под обломков некогда шикарной статуэтки я посмотрела на взбешённого Илнара, и поняла, что надо делать ноги. Метнулась вниз по лестнице, и замешкавшись на повороте чуть
— УБЬЮ!
И пришлось прибавить скорости. Я летела как на крыльях, такой прыти даже на тренировках у Станислава не наблюдалось, а ведь он гонял нас, будь здоров. Местность я не знала, поэтому рванула в столовую. А у него тут хорошие сенсоры на дверях, быстро реагируют, и двери хорошие, если б не их качество, вписалась бы я сейчас в одну из створок. Вот бегу я по столовой и понимаю, что она заполнена людьми, которые только начали рассаживаться, двоих сшибла, на бегу крикнула извинения, но это оказалось напрасным, так как их тут же сшиб Илнар. Я поняла, что нужно делать манёвр, иначе он меня догонит. Делаю прыжок через стол с сидящими там рабочими.
— Простите.
Бегу в другом ряду, ещё прыжок.
— Извините.
Все мои маневры повторяются в точности, только лучше и без извинений. Ой, а впереди стена, и дверей нет. Резко торможу и прыжком падаю под крайний стол, прокатываюсь на скользком полу на пузе и сразу перекатываюсь в сторону. Вовремя, о пол, где я лежала миг назад, разбивается стул. Подскакиваю как ужаленная и с криком «АААААААА» улепётываю в сторону лестницы. Ничего, дом большой, где спрятаться найду. При этом не забываю петлять. Ещё прыжок через стол.
— ПРстите.
И снова петлями, так как в меня полетел поднос. Несусь по лестнице, добегаю до пятого этажа, лёгкие жжёт огнём, забегаю в третью по счёту дверь и забиваюсь в уголок и только после этого осматриваюсь. Кажется это чья-то спальня, и я даже догадываюсь чья. Больно уж она похожа на каюту в корабле. Дверь снова открывается и в комнату входит наёмник. И если я дышу как раненная лошадь, то его дыхание не сбилось совершенно.
— Ты пришла точно по адресу. — Вот это и называется бешенство.
Двумя плавными движениями он подошёл ко мне и обхватив мою как оказалось тонюсенькую шейку, поставил на ноги.
— Прости. — Прохрипела я. — Я не хотела, это случайно получи. ээээ.
Фух, хватка чуть ослабла и я смогла вдохнуть.
— Да ты, тварь, хотя бы знаешь, сколько она стоила. Да даже если я продам тебя в бордель на Лакрилине, ты за всю жизнь не расплатишься.
По щекам катились слёзы. Я не знала, что ещё ему сказать.
— Я правда не специально.
И тут он как шарахнет левой рукой в стену рядом с моей головой. Думала конец мне, ан нет, только осколки пластика на волосах повисли. После этого, он за волосы швырнул меня на кровать, а сам вышел из комнаты. Я плакала, нет, рыдала, злилась на свою неуклюжесть, и жалела себя, ненавидела Илнара и Стикхаев, я ведь не хотела его злить, просто так получилось, и теперь
Илнар вернулся через час, потный и успокоившийся, относительно успокоившийся. Я взглянула на него лишь мельком и продолжила тихонечко всхлипывать, основная волна истерики уже прошла, и вслед за ней накатила апатия. Мне было уже всё равно, пусть хоть убивает. Но вместо этого он направился в санкомнату и вышел оттуда через пару минут. Подошёл вплотную и взяв на руки понёс в санкомнату, а она у него была шикарная. Только этот факт я отметила мельком, безразлично. Увидела, что здоровенная ванная наполнена на половину.
— Топить будешь?
— Буду.
— Тогда можно водичку потеплее?
— Размечталась, в холодной, тела лучше хранятся.
— А, понятно.
Два рывка и я осталась только в белье. Было противно и стыдно, меня затрясло снова. Не обращая внимания на этот факт, меня аккуратно водрузили в ванну с горячей, пощипывающей кожу, водой. Через секунду, в этот мини бассейн залез и сам наёмник, расположившись за моей спиной и начал меня мыть, аккуратно, поливал водой из губки и растирал кожу. Потом занялся волосами и я окончательно расслабилась. Безразличие было такой силы, что я не могла и не хотела сопротивляться. Потом он нажал на панели какой-то код и вода сменилась, став снова прозрачной и наполнилась уже знакомым ароматом трав.
— Прости.
Я даже оторвалась от своих мрачных мыслей. За что ему извиняться? Не будь я такой коровой неповоротливой, не угрохала бы жутко дорогую статуэтку.
— Просто постарайся больше не подходить к предметам, выставленным в нишах, ладно?
— Хорошо.
— Я понимаю, что на тебя сейчас слишком многое свалилось, и я постараюсь не трогать тебя ещё пару дней, чтоб ты пришла в себя, я знаешь ли не очень хочу иметь полутруп. Но и ты постарайся меня не провоцировать. И ещё кое что.
Он поднял мою правую руку, и одел на неё широкий браслет, тут я обратила внимание, что точно такой же одет на нём.
— Лучше запомни это сразу, и давай обойдёмся без истерики, ты- моя собственность, оспорить это может только другой наёмник, каковых здесь нет.
— Но ведь, во всей галактике рабство есть только на Стикхае и Ликрилине.
— ММММ, вам и этого не рассказывали, видимо жалели нежные Земные умы. Что ты знаешь о устройстве управления и системе подчинения на планетах наёмников?
Я поняла, что ничего и отрицательно покрутила головой.
— В таком случае, эти два дня, посидишь в библиотеке, я сам сделаю тебе подборку литературы, чтобы потом не было разочарований и недопонимания. И я надеюсь, больше у нас конфликтов не будет.
После чего он начал целовать мою шею, а руки начали шарить в произвольном порядке.
— Ты обещал два дня. — Быстро выпалила я.
Сзади, несколько раз глубоко вздохнули уперевшись лбом мне в затылок.
— Хорошо.