Алешин год

Алёше пять лет.

Он живет с бабушкой, котёнком Зубастиком и курами в деревне Ушинке.

Алёшины папа и мама уехали далеко, где очень холодно и маленькие детишки болеют.

А тут Алеша за всю жизнь болел только два раза: раз — коклюшем, и раз — объелся спелых

вишен.

Через два года папа с мамой приедут и привезут Алёше живого медвежонка.

Алеша велел бабушке написать письмо, чтобы привозили белого. Но если белого не будет, можно и простого.

А пока у него есть котёнок Зубастик и собака. Котенок — живой, а собака — плюшевая, но тоже хорошая.

Деревня Ушинка — маленькая, одна улица протянулась вдоль дороги.

Стариков много, а ребятишек, с кем играть, мало: Алёнка да Василёк. С Пашкой-букашкой почти не водились: очень жадный! А братишка с сестричкой, Юрик и Мила, были ещё малыши и любили жить в своём дворе. Полининому ребёночку Андрюшке два месяца всего — он и вовсе никуда не годился…

Зато у Алёши был друг — совсем старик. Бабушка звала его — кум, и Алёша — кум.

С большими, с маленькими, с Зубастиком, соседским поросёнком, с разными козявками — со всеми Алёша дружил.

Много у него было разных друзей!

Хорошо весной — тепло, и все вылезают на солнышко.

Сначала земля отогрелась, вылезла из-под снега — можно её ковырять и копать ямки!

Из земли вылезла травка, из веточек вербы — белые пушистые шарики, за ними листики высунули из всех почек зелёненькие носики.

Потом из своих домов, где прятались от зимы, повылезали на тепло мухи, муравьи, бабочки, разные козявки и букашки — начали везде летать и ползать. Долго они дожидались, когда зима пройдёт и можно будет вылезти!

Куры больше не сидят в своём тёмном курятнике, а весь день гуляют на солнышке.

Зубастик перешёл спать за порог — на самый припёк.

Игрушки тоже вышли жить во двор — надоело им в доме!

Сразу много новых игр с Алёшей напридумывали!

Бабушка целыми днями хлопочет во дворе и в огороде.

И Алёша ходит везде — всё смотрит.

В доме остались зимнее пальтишко, валенки, шапка и рукавички. Бабушка положила их в сундук — пусть отдыхают.

А в сарае отдыхают санки и лыжи — сильно уморились за зиму!

Весна

пришла! То всё зима была, а ночью, когда Алёша спал, пришла насовсем весна.

Снег размок, из него вылезли наружу разные интересные вещи: кости, натасканные воронами под деревья, пропавшая лопатка нашлась — много всего!

Везде стоят большие лужи, и ручейки текут.

Изо всех сил орут воробьи, радуясь весне, вороны летают и каркают веселей, снеговой водой хорошо пахнет.

Зубастик бегает, недовольно поджимая лапки — они у него без галош промокают.

Зато Алёша был в новых резиновых сапожках — никаких луж не боялся: можно в самую глубокую лужу зайти, а они не промокают…

Сначала Алёша лыжи и санки на порог вытащил.

Огляделся: кругом вода разлилась, негде на них ездить.

Пришлось санки и лыжи обратно в сени затаскивать.

Взял лопатку, начал по лужам ходить в сапогах своих новых и в снегу колодцы делать: засунешь ногу в снег, вынешь, а ямка уже полна воды снеговой!

Самая большая и глубокая лужа разлилась от крыльца до сарая.

Алёша прокопал лопаткой канавку — потекла вода из лужи прямо на улицу.

Вышел Алёша на улицу — глянуть, куда его ручеёк течёт. Оказалось — в другой ручеёк, побольше. А тот — в совсем большой ручей, который тёк по дороге.

Пошёл Алёша посмотреть, куда самый большой ручей течёт, да не дошёл — там лужи глубже, чем Алёшины сапоги.

Вернулся домой и спросил у бабушки:

— Куда мой ручеёк потечёт?

— В речку, — ответила бабушка.

— А речка?

— Та — в море.

— А море?

— Да уж и не знаю… Должно — в океан.

— А дальше океана?

Подумала бабушка и ответила:

— Дальше океана ничего нет!

Нашёл Алёша щепку, обстругал с концов — получилась лодочка.

А как сапожки с чулками высохли, взял Алёша лодочку и пустил в свой ручеёк.

Поплыла она под ворота па улицу.

Алёша за ней пошёл.

В одном месте унырнул ручеёк под сугроб, и лодочка тоже… Но она с другой стороны сугроба вынырнула и дальше поплыла — такая храбрая!

По самому большому ручью лодочка неслась быстро — только поспевай убирать всякие льдинки и палки, чтоб дорогу ей не перегораживали. Спешила лодочка скорей до речки доплыть, а оттуда — дальше!

Алёнка с Васильком у своих домов тоже лодочки пускали.

Алёша сказал им, куда ручеёк течет: в речку, потом — в море, потом — в океан, а дальше океана уже плыть некуда.

Обрадовались Алёнка с Васильком: вон куда поплывут их лодочки!

Первая Алёшина поплыла, за ней Алёнкина, потом Василькова!

Так и мчались лодочки к морю — по быстрому ручью, а ребята за ними — по берегу.

Жалко, что в такие маленькие лодочки нельзя сесть самим и плыть мимо страшных ледяных берегов, нырять в снеговые пещеры и выплывать из них целыми, невредимыми…

Лодочки ничего не боялись — плыли! И ребята не боялись — бежали за ними по лужам, по мокрому снегу!

Но у дома, где жил Пашка-букашка, оказалось, что лодочкам дальше плыть нельзя — дорога загорожена…