Александрит

ВЕСЕННИЙ ЛЁД

Пускай растает вмиг апрельский лёд,

Пускай тепло войдёт в сердца и души…

Ты наберись терпенья и послушай:

Я ранний дождь, который вмиг пройдёт.

Как шум дождя волнует мир земной,

Дождя, который был недавно снегом.

Взойти велю надеждам и побегам!..

Благодарю, что ты была со мной.

Быть может, украду я твой покой,

Но нет у жизни

ни конца, ни края.

Поверь мне, я родился умирая.

Глухой услышал и прозрел слепой…

Я грешен, бог с тобою, я не свят.

Мне твоего прощения не надо.

Но заклинаю, не спасай от ада!

В том не виновен я, в чём виноват.

Пускай весна сгорает в свой черёд,

Пускай тебя навеки потеряю,

Я ни за что тебя не укоряю.

… Пускай растает вмиг апрельский лёд.

* * *

Живи, моей души ты не латая.

Постигнешь, знаю, чёрный час придёт,

Что ты меня теряешь, золотая.

Безумие твоё, как сладкий мёд.

Пора и мне устать от бурной страсти,

Лелеять ту, которая со мной

Любовь разделит, радости, несчастья.

Ведь просто невозможно быть с иной.

Мне не нужна души моей починка.

Ей больно, и в крови она пока.

Лети же с ветром, малая песчинка!

Ты не моя отныне на века.

* * *

У меня уже всё отгорело внутри…

Затвори свою душу, от меня затвори!

Ничего мне не надо.

Не терзай, не тревожь.

По рукам – не прохлада,

А нервная дрожь.

В чёрном, что ли, я списке?

Ты речами грешна,

И любовью садистки

Я накормлен сполна.

Где найти бы нам силы,

Чтоб расстаться навек,

Нелюбимый, постылый

И чужой человек?

У меня всё внутри отгорело, поверь.

Затвори свою душу, затвори эту… дверь.

* * *

Ты впорхнула в мой мир

Из ночной суеты,

От мороза румяна,

От снега хмельна.

Мой случайный кумир,

Я боюсь суеты.

Ночь в бессоннице пьяной

Мы выпьем до дна.

Чувства могут уснуть

Среди белого дня…

Только ночью бессонной

Душам станет теплей.

Даже если ничуть

Ты не любишь меня,

О ликующих стонах

Никогда не жалей.

Растопило огнём

Душ заброшенных лёд

Во вселенской истоме

На суровой земле.

Не жалей о былом

И о том, что пройдёт.

Мир мой, видишь, бездомен,

Как нищий

во мгле.

* * *

Расплескалось вино

По груди обнажённой,

И ты, женщина, плачешь,

Мир греховный кляня.

Только мне всё равно,

Что возможные жёны

Этой ночью горячей

Потеряют меня.

Я с тобой во хмелю,

Мы себя потеряли.

Сколько выпито в страсти

Надежды хмельной.

Я сегодня люблю,

Только завтра едва ли.

Чьё-то пьяное счастье

Этой ночью со мной.

Расплескалась тоска,

Как в сюжетах поэма.

От признаний уволь,

Вместе быть не судьба.

Про любовь на века

Пусть хлопочет богема.

Ты, как нежная боль,

Господина-раба.

Чутких слов звукоряд.

Мы с тобой не святые,

Я с тобою во снах,

И вино в них – река.

Как тревожно горят

Фонари золотые

В запредельных мирах,

Где мы вместе… пока.

* * *

Меня всегда любили запоздало

И падали тогда ко мне на грудь,

Когда я знал, что всё, любви не стало,

И ничего отныне не вернуть.

Нет, ничего вовек невозвратимо,

И тот, кто предал, тот вершитель бед.

Та женщина не может быть любимой,

Что запоздало плачет мне вослед.

А ты пойми среди цветенья мая,

Что исповедь такая нелегка…

Ты тянешься к звезде, не понимая,

Звезда, что рядом, очень… далека.

Меня всегда любили очень странно,

Как вещь, как сновиденье наяву…

Но бог свидетель, мной ты не желанна,

И я минувшим больше не живу.

Даёт Господь всему пройти мгновенно…

Я слившихся пространств не разомкну.

Пусть поздно я прозрел, но это – ценно.

Я не держу тебя в своём плену.

Но ты вернулась в мир своей потери,

Сквозь мнимый и кромешный рай пройдя…

Не распахнуться запертые двери.

Ты опоздала. Бог тебя судья.

* * *

Пришёл апрель, уже в который раз…

Но ты меня покинула с весною,

Не стала ни подругой, ни женою.

Надежды бледный свет опять погас.

А я считал, что ты навек моя,

Поскольку в своих помыслах… святая.

Апрельский снег пока лежит, не тая.

Но неизбежна бренность бытия.

Весной минувшей ты ко мне пришла,

В мой мир тревожный, горький и убогий

И принесла сомненья и тревоги,