Альда 2
Шрифт:
— Надо будет послать кого-нибудь с проверкой, — сказал Джолин. — Если там уже более или менее нормальная дорога, это можно использовать самим. Мы можем узнать в общих чертах содержание письма герцога? Что он думает делать?
— Он просил пока не говорить принцу о смерти отца. Сюда выехала герцогиня, она ему скажет сама. Людей он в столицу Барни не отправлял. С заговорщиками уехала треть армии, и тракт оказался блокирован. Скорее всего, Камил потерял и мать, а в Барни уже новый король. Герцог прислал список основных заговорщиков. Это семь графов, все они главы родов, и все из южных провинций.
— Семь
— По его мнению, до дождей союз должен уйти.
— Значит, победа, — продолжил свою мысль Сатарди. — Дворяне Барни много потеряли на этой войне, и, несомненно, известие о ее победоносном окончании добавит среди них популярности Аликсану и, наоборот, уменьшит поддержку мятежникам. Но если срочно ничего не предпринять, все равно придется воевать и делать это по уши в грязи. Что думает делать герцог?
— В письме об этом прямо не сказано, — ответил Джок. — Из намеков я понял, что он хотел бы избежать войны, для чего задействовать людей Пармана. У него есть неплохие специалисты, но у нас они еще лучше. Аликсан оставил за мной право решать, поэтому я хочу сделать следующее. Пока еще мятежники не слишком укрепили свои позиции, и мы должны сделать все возможное, чтобы этого не произошло. Я думаю послать туда Салана и дать ему в помощь несколько волчар. Нужно убить как можно больше главарей мятежников, а если удастся, то и выбранного ими короля. Есть предположения, кто это может быть?
— Кто-нибудь из герцогов или их сыновей, — сказал Джолин. — Вряд ли у кого-то из них хватит наглости надеть корону на себя. Могут выбрать Ингара Ронгарна. Он двоюродный брат короля, и он достаточно стар, чтобы им вертеть.
— Как себя чувствует принц? — спросил Сатарди.
— А как он может себя чувствовать? — сказал Джок. — Он умный парень и прекрасно понимает, какой опасности подвергаются его родители. А тут еще мы его заперли в комнатах. Хорошо еще рядом с ним Лани.
— А они не наделают глупостей? — Спросил Джолин. — Вроде бы уже в состоянии.
— Даже если и так, я этому помешать не могу, — ответил Джок. — Не посажу же я вас туда третьим? Будем надеяться на их благоразумие. Сейчас я туда схожу и скажу им, что отправляю людей в Барни. Может быть, меньше будет переживать из-за матери. А вы найдите Салана и скажите, чтобы подбирал себе команду. И пусть возьмут с собой больше золота. За столичной лигой Барни есть должок, так что кого-нибудь из заговорщиков можно попытаться убрать с их помощью. Затягивать с устранением нельзя. Если начать убивать одного графа за другим, то все быстро поймут, что происходит и так прикроются, что не подберешься. Поэтому все нужно сделать максимально быстро.
Принца переселили из его комнат в апартаменты Лани, у дверей которых вместо гвардейского караула стояли люди Лишнея. Джок постучал в дверь, немного выждал и вошел. В гостиной никого не было, поэтому он подошел к дверям спальни и постучал в них.
— Это я, — громко сказал он. — Вы можете выйти, или мне прийти позже?
— Вы можете зайти сами, Джок! — услышал он голос Лани и открыл дверь.
Принц с герцогиней сидели в сдвинутых креслах и вопросительно на него смотрели.
— Извините, если помешал, — сказал Джок. — Пришел сказать, что сегодня в
— Значит, отца убили, — весь поник Камил. — И маму вы спасти не успеете! Кто это сделал? Ну что вы на меня так смотрите, граф? Если бы отец был жив, вы бы мне об этом так и сказали. А раз промолчали, значит, вам не велел говорить Серг. И Альда уехала одна раньше времени наверняка из-за этого. Так кто?
— Графы с юга.
— Все смуты и мятежи, которые у нас когда-либо были, всегда зарождались там, — сказал Камил. — Для чего вы посылаете людей, можете ответить?
— Нужно наказать мятежников и постараться избежать войны, — ответил Джок, восхищаясь про себя выдержке принца. — Для этого все главные лица заговора должны умереть.
— А кто убил отца?
— Это сделал капитан гвардии. Его пока в списках на ликвидацию нет. Он не ключевая фигура, просто прельстился на очень большие деньги. Если его не уберут сами заговорщики, чуть позже им займемся мы.
— Никогда его не любил! — сказал Камил. — В Барни уже давно никто не покушался на королевскую власть, поэтому отец и был таким беспечным. А ведь Серг его предупреждал, я сам слышал! Что будет со мной?
— Придется вам взрослеть быстрее! — сказал Джок. — Через полгода с небольшим вам обоим будет четырнадцать. С этого возраста лиц королевской крови можно объявлять совершеннолетними и короновать. Если не передумаете, можете пожениться. Отец хотел забрать вас с собой, чтобы учить управлению королевством. Придется вам пока и дальше оставаться здесь, здесь же и учиться всему тому, что необходимо. А в Барни пока от вашего имени будет править наместник. Его кандидатуру подберете вместе с Аликсаном, но я бы советовал герцога Эдгара Ольма. Я неплохо разбираюсь в людях, и, по-моему, это очень достойная кандидатура.
— Согласен, — кивнул Камил. — Когда приедет Альда, надо будет объявить о том, что наша с Лани помолвка состоялась перед уходом отца на войну. Граф, у меня будет просьба…
— Я слушаю, принц.
— Я понимаю, что вряд ли такое может быть, но если мать не убили, а только заточили…
— Я сделаю все возможное, чтобы она не пострадала и оказалась на свободе, — сказал Джок. — Даю вам слово!
Когда Лишней ушел, Лани опять перебралась на колени Камила, откуда ее согнало появление графа. Она обхватила его руками и прижалась головой к груди.
— Когда у меня убили всю семью, мне поначалу не хотелось жить! — зашептала она другу. — А потом появился Серг. Горе осталось, но уже не было мыслей о смерти, и я поняла, что для любого человека очень важно, чтобы рядом был кто-то близкий, кто тебя любит, и кого можешь любить ты. И неважно, родной он по крови или нет. Первое время я очень часто видела во снах и родителей, и брата. А после появления Серга эти сны очень скоро прекратились. Мне одна графиня сказала, что умершие снятся, когда человеку плохо, и нет якоря в жизни. Я хочу для тебя стать таким якорем! Пусть все думают, что у нас с тобой только дружба, но я-то знаю, что это любовь! Дружбу терять больно, но любовь… Все мои мысли только о тебе, о том, как мы будем с тобой жить и любить друг друга. Ты не раздумал брать меня в жены?