Чтение онлайн

— Хорошо. Я буду больше молчать, глядишь, это мне поможет.

— Но я только-только начала удовлетворять свое любопытство. Вот еще один вопрос, на который никто не сумел ответить. Как так получилось, что техник, хоть и ставший хорошим пилотом, проявил столь блестящие познания в тактике сражений? Только не говорите, что за две недели нахождения при штабе сумели постичь все премудрости боя, мне уже доложили — такое невозможно.

— Для меня самого это большая загадка. Могу ответить лишь с юмором: я старался соблюдать диету, хорошо спать и совершать пешие прогулки на свежем воздухе.

— Что

ж, это хороший ответ. Чего мы еще можем ожидать от вас, лейтенант? Какие достоинства вы еще от нас скрываете?

— А от вас ничего не скроешь. Вы и так лучше меня все знаете. Но стало складываться серьезное подозрение, что этими вопросами вы пытаетесь вывести меня из равновесия, и сейчас последуют вопросы относительно Виллана.

Супруга монарха рассмеялась:

— В проницательности вам не откажешь, а вот в тактичности еще надо потренироваться. Не стоило говорить об этом, тем более царствующим особам. Могли бы сделать вид, что не догадываетесь, и этим немного потешить мое самолюбие по поводу блестяще проведенной подготовки к главным вопросам.

— Извините, впредь буду учитывать…

— Нет. Ни в коем случае. Не хватало, чтобы еще и друг Виллана превратился в очередного слащавого придворного, которые только и делаю вид, что внимают каждому моему слову как открытию нового мира. Мне не нужно, чтобы со мной во всем соглашались и уж тем более пытались угодить. Лейтенант, до меня дошли слухи, что мой сын увлекся девушкой из Содружества, и что инициатором этого знакомства являетесь именно вы. Не могли бы мы поговорить на эту тему?

— Видите ли, наверняка у вас уже значительно больше информации о ней, чем я могу вам предоставить. Скорее всего, вас все это интересует совсем с другой стороны, например, не может ли это иметь привкуса политики со стороны Содружества?

— Лейтенант, по-моему, вас явно недооценили. И что вы думаете по этому поводу?

— Знаете, мой ответ может показаться вам неожиданным. Вероятность того, что появление девушек так или иначе связано со специфическими службами, очень высока. Если присмотреться к ситуации, то здесь явно просматриваются нестыковки: у кого хватит ума послать с военными инструкторами двух несовершеннолетних девушек, не знающих языка и не имеющих достаточных знаний по медицине? Медицинское оборудование Аффена требует глубоких познаний в предмете и такое легкомысленное отношение вряд ли присуще комитету по внешним сношениям. Зато две скучающие девушки наверняка понравятся двоим скучающим молодым мужчинам. Однако это вовсе не означает, что девушки сознательно сотрудничают со службами, — скорее всего, их косвенно планируют использовать в будущем. По крайней мере, именно так они обычно и действуют. Но предупрежден — значит вооружен.

— Весьма смело и откровенно. И все-таки они могут стать проводниками чьих-то интересов в Содружестве.

— Это вряд ли. Они еще очень молоды, к тому же ничего собой пока не представляют в смысле проводников чьих-то интересов. Но даже если предположить, что в далеком будущем это возможно, попытка впоследствии привлечь к специфическому сотрудничеству против их воли, скорее всего, приведет к полностью противоположным результатам, У них вполне хватит ресурсов освободиться от опеки. В истории много примеров того, что именно граждане других

миров становятся проводниками независимой политики, потому что не обременены родственными и клановыми связями. Конечно, в силу их воспитания они весьма лояльно настроены по отношению к своей родине, но это вовсе не лишает их объективности.

— А с вами так не могут поступить?

— Относительно меня у некоторых служб возникали и, надеюсь, продолжат возникать определенные трудности. Быть в контакте с любыми тайными службами означает поставить крест на своем настоящем и будущем. Кроме того, у меня на них страшная аллергия.

— Но все-таки Виллан принц и любые его пристрастия — это уже политика. Многие политические группы стремятся заполучить доступ к нашей семье через него, вполне может статься, что в его случае у нас могут возникнуть большие проблемы.

— Могу ответить только так, как я ответил Валенгарду. Я всего лишь советую, и не более того, принимать решение и нести ответственность все равно придется вам. А что касается меня, то не примите это как оскорбление, но, как только появится возможность, я намерен вернуться на свою родину.

— Это патриотизм или у вас далеко идущие планы?

— Наверное, для меня патриотизм тоже не пустой звук, но проблема не в этом. Когда я сопровождал Виллана, я изучал не только язык, но обратил внимание и на культуру, и могу сказать, что, хотя она несильно отличается от нашей, нужны достаточно веские основания, чтобы обосноваться в мире других культурных традиций. Да и мои планы тоже не стоит сбрасывать со счетов. Так что я не смогу в будущем оказаться большой проблемой.

— И все-таки, лейтенант, вас явно недооценили. Вы очень молоды и уже настолько умудрены в политике — что будет, когда у вас отрастут крылья?

— Крылышки мне могут легко подрезать, чтобы слишком высоко не взлетал, — рассмеялся Ким. — А вот хвалить на моей родине не принято. И любой явный успех там почти всегда оборачивается большими проблемами.

— Надеюсь, ваши успехи не станут вашим поражением. Но нам пора собираться, через двадцать минут начнется чествование героев, и кое-кому там отведено значительное место. Как настроение?

— Как у лошади на свадьбе.

— Весьма интересное и точное сравнение. Ну что ж, вперед, солдат, на праздник.

— Запомните. Вам ни при каких обстоятельствах нельзя отступать от протокола. Если вы хотя бы в малейшей степени не уверены, мы можем обеспечить вас суфлирующим устройством. Личные просьбы, вопросы недопустимы, его величество все равно не ответит на ваши вопросы и уж тем более не будет принимать никаких решений, просящий только поставит себя в глупое положение.

Всего-то десять минут, а Ким уже устал от выделенного ему персонального дворецкого. Предполагалось, что Ким как представитель другого мира совершенно незнаком с культурой Аффена, и для сглаживания проблем к нему был приставлен консультант по дворцовому этикету. Сначала он пытался отказаться от его услуг, но Виллан предупредил, что это прямое указание монарха, и поэтому приходилось терпеть. Но терпение его тоже не бесконечно, нужно было каким-то образом ограничить поток наставлений этого человека.