Чтение онлайн

— Капитан, тут черт знает что. Видимо, они попали в гравитационную воронку: все искорежено и разорвано. Сейчас передам картинку, посмотрите сами.

— Вижу. Пройдите курсом семь-пятьдесят три-одиннадцать, обнаружен слабый сигнал маячка.

— Тут никто не мог выжить.

— Все равно надо проверить.

Корвин чертыхнулся и развернулся на курс. Наверняка пустой скафандр в автоматическом режиме подает сигнал. Когда весь лайнер порван в клочья, а толстенный корпус смят как бумага, в живых останутся разве что бактерии.

Корвин уже давно работал в поисковой команде,

случаи, подобные этому, бывали очень редко, но все-таки бывали, почему это происходило, оставалось непонятно, после каждого подобного происшествия проводилось полное расследование, но еще ни разу не удавалось докопаться до истинных причин трагедии, и почти всегда в официальных отчетах фигурировала «неустановленная техническая неисправность». Была и еще одна характерная черта подобных аварий — живых не оставалось никогда, и даже более того, гравитационные возмущения были столь велики, что от всего живого не оставалось даже следов. Именно по этой причине Корвин считал бесперспективным обследование найденных фрагментов лайнера — трата времени, и не более того, — но правила требовали, и нарушать их было нельзя. Сигнал исходил из такого же искореженного обломка. Корвин завис рядом с ним и с помощью маневровых двигателей начал медленный облет. Ага, вот он, контейнер. Помят очень сильно, но, как ни странно, цел.

— Командир, контейнер второй защиты. Детский… На запрос отвечает. Давление внутри в норме… Стоп!

— Что там?

— Работает система жизнеобеспечения. Возможно, ребенок жив. Сейчас срежу лохмотья обшивки и вытащу контейнер.

— Осторожней там, мы сейчас поближе подрулим.

Через двадцать минут контейнер был поднят на борт поискового судна. Вскрывали его со всей осторожностью, внутри в гелемассе находился семимесячный малыш и, как только он увидел склонившихся над ним людей, дернул подбородком и стал объяснять всему миру на универсальном детском языке, насколько он возмущен таким отношением к нему.

— Господи, живой! — воскликнул медик. — Его надо немедленно успокоить, сотой кубика филанина хватит. Сейчас мы его обследуем и решим, как кормить.

Сканирование не выявило сколько-нибудь заметных повреждений, и поэтому решили кормить естественным способом. Малыш высосал питание, успокоился, а через несколько минут весело загулькал, высоко поднимая ножки и размахивая крохотными кулачками.

— Это надо же, — удивлялся медик, — после такой катастрофы — и абсолютно никаких повреждений. Он точно из этого лайнера?

Случай был действительно уникальный, впервые за всю историю попадания корабля в гравитационную воронку нашелся выживший, и не просто выживший, а ребенок, не получивший ни одной травмы. Это было чудом, которое, судя по всему, впоследствии должно было войти в историю, именно по этой причине провели дополнительные исследования условий, которые поспособствовали тому, что ребенок выжил.

— Командир, контейнер вначале отбросило в трещину, и он попал под гравитационную катушку. Вот этот обломок как раз и есть ее кожух. Потом, когда развился основной гравиудар, она все еще имела достаточно энергии, чтобы частично смягчить его, и контейнер не раздавило, а дальше вместе с кожухом

его выбросило в пространство, кожух сработал как защита.

— А то, что контейнер сильно помят?

— Так это не ударные вмятины. Смотрите, они все примерно с одной стороны. Контейнер был прижат к одной из стенок, и его помяло лохмотьями обшивки. Кстати, я же вырезал его оттуда, так что все вполне объяснимо.

— Все равно при таком сильном возмущении серьезные травмы неизбежны. Судя по структуре гелемассы, ударные ускорения контейнера доходили до двадцати кратных величин, а на ребенке ни одного повреждения.

— Это, конечно, удивительно, но подобные ударные ускорения хоть и травматичны, но не всегда смертельны. К сожалению, курсор контейнера в нерабочем состоянии, иначе мы бы получили полную картину.

— Хорошо, опишите это в отчете.

Лия в который раз просмотрела информационное табло транспортной компании, на нем вот уже двое суток ничего не менялось, напротив всех рейсов стояло сообщение о переносе отправления на неопределенное время в связи с постановлением правительственных органов. И что обидно, никаких пояснений больше не приводилось. Она еще вчера попыталась выяснить причину столь масштабных проблем, но по указанной ссылке неизменно отвечал автомат, а на него, как известно, повышенный тон не действует: можно хоть до визга голос поднимать — только охрипнешь. Наконец терпение ее лопнуло и она уверенно выбрала соединение с агентством:

— Что происходит? Почему мне не дают отправиться на курорт? У меня отпуск, если вы и дальше будете мне препятствовать в отъезде, у вашей компании будут крупные неприятности.

— Наша компания приносит вам свои извинения, но отправить сейчас мы никого не можем. По решению Чрезвычайного Комитета по военным вопросам все пассажирские космолайнеры в срочном порядке направлены в пограничные миры. Вопросы транспорта теперь находятся полностью в ведении Комитета, его представительство имеет контактный адрес…

— К черту этот Комитет. Я уже связывалась с ними, они ничего сказать не смогли, и все время ссылаются на какое-то постановление правительства.

— Мы очень сожалеем, но работа компании в данный момент полностью парализована решениями Комитета. Если вас это хоть как-то успокоит, могу сказать, что через двадцать минут будет правительственное сообщение. По всей вероятности, ожидается что-то экстраординарное.

— Понятно. Хорошо, будем ждать.

Лия раздраженно стукнула по пульту, отключая канал.

— Гред, ты слышал, что мне говорят в компании? — обернулась она к мужу. — Можно подумать, что у них действительно забрали все лайнеры. Наверняка для некоторых у них есть забронированные места. Хорошо еще, что они опять не связали меня с роботом, а то я бы устроила им веселую жизнь.

Гред оторвался от планшета и рассеянно взглянул на жену:

— Я думаю, нам не стоит беспокоиться, в случае большой задержки компания должна будет возместить не только прямые финансовые потери, но и немалый моральный ущерб. Видимо, у них действительно забрали весь транспорт. Давай лучше подождем официальных разъяснений.