Чтение онлайн

А самое плохое - хуже некуда!
– что Рука разнесла информацию всем! Всему Кругу,

всем сразу

... то есть замолчать ситуацию просто не удастся!

И что теперь?

Убить всех конкурентов? И всех, кто про это знает? То есть весь город и пару прилегающих поселков. А получится ли?

А позволят ли?

Группировка Фетора встала на дыбы: с рождаемостью магов и так катастрофическое положение, с каждым десятилетием количество рожденных с даром падает, а тут лишиться сразу нескольких тысяч? Сам Фетор тряс пергаментом с какими-то цветными линиями, хватал за бороду нынешнего

главу Круга, обвиняя всех скопом в легкомыслии и преступном небрежении... а еще в нежелании размножаться. Наглый Виеша, самый молодой среди высших магов, весело выкрикнул, что лично он размножаться совсем не против... Фетор немедленно взлетел в воздух и лично влепил наглой молодежи по затылку:

– Размножалка не выросла - перекрыть семь с лишним тысяч!
– бесился злобный дед, давно рехнувшийся на магической науке...
– И это только те, кого зарегистрировали в первый день!

– Ого...

– В Первый? А потом?

– А потом какой-то **** с **** вместо головы решил заняться убийствами! И новые данные до меня просто не дошли! Если я узнаю, кто это был... Нет, не так.

КОГДА

я узнаю, кто это был, этот ***** ублюдочный, клянусь, наша галерея статуй получит пополнение! Окаменю заживо, *** его, *** и ****!

Борьен, отчего-то принявший обещание на свой счет, поспешил заявить, что он всецело поддерживает уважаемого коллегу (не уточнил, правда, какого), и вообще-то там может быть много полезных талантов... кстати, а все знают, что среди "подвальных" уже наметилась существенная убыль? Золотники сговорились и как-то покончили с собой, а крепители бунтовали, так стража, унимая бунт, того... перестаралась...

Группировка Ил-Матиса (самый хитрый нашелся!) попробовала протолкнуть идею о том, что "дикарей" можно осторожно просеять и отобрать самый многообещающий "материал", обещая на данной ниве полное усердие и беспристрастность. Но верить Ил-Матису - себя не уважать, и четыре группировки немедленно вцепились в обещающего, особенно в его хорошо всем известную "беспристрастность" и не менее прославленную "честность", "равные только его беспримерной наглости"!

– Прямо здесь, перед лицом Круга, он не стесняется пользоваться нами для своего усиления! Нет уж, мы сами туда отправимся!

– А вы не усилитесь, да?
– возмутился Борьен.
– Почему это вы туда отправитесь, а не...

– Все пойдем!
– подал голос Инар по прозвищу Болото, не иначе кем-то уже настропаленный.
– По справедливости поделим!

Мда. Болото силен, но с мозгами у него было не очень. Точнее, с хитроумием. Тем не менее Круг терпел его - порой даже самым прожженным интриганам было приятно общаться с тем, кто не ударит в спину.

Правда, сейчас ему все-таки лучше было промолчать. После неосторожного высказывания, особенно в сочетании с полузабытым словом "справедливость", в Нойта-вельхо начался форменный скандал, включая язвительные выкрики Виеши, злобные требования двух группировок "не спешить, подумать, а пока закрыть этот драконий город" со всеми его жителями поплотнее (ах, уже закрыт? отлично...), и коллективной истерикой магичек, мол, дикие новички могут потеснить их деточек. Деточки у большинства были еще даже не в проекте, а где-то в очень дальней перспективе, но главное-то не это. Дикие маги нарушали стабильность. Это и тревожило.

Убить нельзя. Использовать - сейчас, при существующих условиях - нельзя. Отодвинуть проблему? Это Нойта-вельхо умела делать виртуозно... кабы не одно "но".

Вельхо - это не только верхушка.

Вельхо - это масса чародеев рядовых, с которых давно, последние лет шестьдесят-семьдесят, требовали службы.

Долгой службы, трудной, порой опасной - во имя государства, порядка, Нойта-вельхо и тому подобных великих понятий (нужное подставить).

Фактически бессрочной.

Опять-таки: а как же иначе? Магов мало, дел для них ох как много. Защита от штормов, ураганов и прочих аномалий - их теперь больше, намного больше, чем до Безумия (но об этом тсссс!), зарядка всевозможных охранных чар, борьба с преступившими, служба во флоте, побережная защита (такие чудища из воды лезут, что если б не вельхо, королевство теряло бы каждый год по несколько прибрежных сел и городов).и это только навскидку.

Конечно, вельхо порой роптали. Сначала бесконечная учеба и муштра, потом служба с короткими отпусками - и так до смерти, потому что до старости рядовой состав доживал нечасто. А жениться когда? А жить когда? Но Круг, прикрываясь данными о малом количестве одаренных, взывал к чувству долга. Кроме того, существовала я (по крайней мере, на словах) возможность добиться со временем высокого поста вплоть до того, чтобы стать членом Круга и жить теоретически безопасной жизнью.

Мда.

А на деле среди рядовых вельхо все время тлело глухое недовольство. Из-за того, что запрещались многие отрасли магии - например, большинство желающих изучать теоретические основы приходилось притормаживать или разворачивать - еще докопаются до чего не надо. Из-за того, что не разрешалось работать на одном месте более пяти лет. из-за того, что дети членов Круга нередко оставались в столице, каким-то непостижимым (магическим?) способом ускользая от тягот, сопряженных со штормами, сопровождением флотов и морскими нашествиями.

Да, напряжение ощущалось.

Тот же Фетор уже лет пятнадцать назад шипел, что молодежь из протеста отказывается жениться и заводить детей - еще, мол, детей они по указке начальства не рожали! Нет, и точка!

Сейчас рядовой состав вовсю обсуждает "осененный божественной благодатью" город, с упоением представляя повторение "божественного чуда". И надеется на облегчение тягот.

А если дойдет до уничтожения города... то реакцию рядовых предсказать нетрудно. Не пришлось бы уничтожать уже всех...

Что же делать?

Макс.

Да-а... Вот это, наверное, и называется "золотые горы".

Я и представить не мог, что в одном месте может быть столько зерна. Горы не горы, а целые холмы, тускло светясь под редкими лучиками солнца, уходили в глубину...

– Ну?
– послышался рядом нетерпеливый голос.

Я спохватился.

Протянул руку, подсвечивая основание ближайшего "холмика". Из ладони вырвался красноватый луч, коснулся зерна... мягко замерцал - выглядело это так, словно свет пронизывает толщу морской воды. Все дальше. Все тусклее. Все мягче. И в этом неясном красновато-золотом мареве дергались, едва заметные глазу, сотни и тысячи какие-то неясных полупрозрачных жгутиков...