Чтение онлайн

Желанные штаны я узрел сходу, причемшмоток хватило бы

не только на Славку, а

еще

и на меня, и на Терхо, и на Янку

нашлось бы.

Вместе с со всеми приятелями с Штушей в нагрузку.На полу, теснясь вдоль стенок, точно также - вперемешку - стояла обувь. Тоже разного размера и качества.

Было и несколько местных

постелей (матрасов, набитых травами). Аккуратно скатанные, они оккупировали правый угол;

рядом, на маленьком столике аккуратной стопкой лежали четыре свернутых одеяла.

Кажись, кладовка время от времени служила и ночлежкой.

А заодно чем-то вроде библиотеки или архива, потому как книги тут тоже были.

Ну а потолок, видно за компанию, радовал глаз не голыми досками, а какими-то непонятными мешками из плотной на вид серой ткани. Мешки смахивали на паучьи коконы, только размером с хорошую

подушку и свисали с балок

как-то не по-хорошему.

А нефиг было "Чужие" все подряд смотреть. Тогда бы не казалось, что коконы вот-вот зашевлятся, и полезут оттуда страшилы с лапками и зубками.

Впрочем, там вряд ли сидят драконоловы, а это главное.

Какие драконоловы?

Хабар хватай!

Хватай хабар!
–

дружным

дуэтом заорали жаба с хомяком.

Я их проигнорировал.

– Странноватый наборчик для жертвоприношения.

– А это они не для вас, - угрюмо бросил Терхо.

Ему тут было явно неуютно, и даже на книги смотрел, как пенсионерка на ценник с белужьей икрой.

– Это они для себя приготовили, так, господин Поднятый?

– Для тех, кто попадет в беду, - коротко ответил мэр-сектант.
– Всякое случается.

– Ага, случается! В прошлом году, помнится, сторожа три дня гонялась за какими-то драконоверами, прибывшими чуть ли не из столицы. Даже нас припрягли на воротах стоять. Знало б наше начальство, что объекты преследования прячутся в городской ратуше!

– Полагаю, об этом они не узнают. И об этом случае тоже, - драконовер потянулся к

свисающим с потолка "коконам"

и снял ближайший, вкусно пахнувший копченой колбаской.
– Выбирай,что нужно вам, Крылатый. Я пока отберу для вас еду.

– Будь осторожен, Крылатый. Сейчас вельхо не до тебя... не до вас, -

с усмешкой поправляется

он, глядя на мрачного Терхо, - но это ненадолго. После сегодняшнего охота начнется с утроенной силой. Вас никогда не оставят в покое. Поверь. Маги не оставят. Они слишком зависят от вас и вашей магии. Твой спутник немало мог бы рассказать об этом...

– Неправда!

– взвился "спутник".

– ...будь он повыше рангом. От рядовых магов, как и от молоди, все скрывается. Только вряд ли они смогут это скрывать теперь, после сегодняшних событий. Хотя все может быть.

– Вы шутите? Замолчать появление нескольких тысяч латентов сразу?
– вельхо поперхнулся колбасой.
– Это немыслимо!

–

Это сложно. Но возможно.

После... после Дня гнева...драконы замолчали. Мы до сих пор не знаем, почему, - драконовер смотрел так, словно ждал, что я сейчас все объясню.

Я промолчал.

Драконовер без улыбки запихнул в мешок аккуратно упакованный сверток лепешек.

– Понятно... Ну что же. Я могу только надеяться, что однажды вы сочтете меня достойным ваших тайн.

О чем я... ах да, о "замолчать". Тогда драконы молчали, а маги говорили, и говорили много: что теперь тирания свергнута, что всем будет хорошо без чешуйчатых тварей.

Верили им? Или делали вид, что верят? Не знаю.

Но лучше не стало. То и дело что-то рушилось,

потому что

у магов

больше

не хватало

магии

удержать

созданное. Дамбы у города-порта Альесила. Солнечные башни...

Белые дороги - траспортная сеть, соединявшая материки

и дававшая доступ в любую точку мира. Люди гибли, и не во всем получалось обвинять драконов.

Часть вельхо откололась и заявляла о необходимости переговоров с драконами. Потом вдруг случилось "нападение кровавых тварей" прямо на совет Нойта-вельхо, очень странное нападение - во всяком случае, погибли именно те, кто стоял за переговоры. И стало совсем плохо. По записям, это были безумные дни не только для драконов. Что-то творилось и с людьми. Нападения, грабежи, беспричинные убийства, пожары, которые никто не гасил. В пожарах обвиняли друг друга, обвиняли драконов... и вспыхивали новые пожары. Безумные дни, которые Нойта-вельхо сейчас превозносит как торжество освобождения...