Чтение онлайн

Блестел выпотрошенный корпус флаера, который, видимо, так и не удалось освободить от допуска. Сейчас он годился разве что на металлолом.

– Здесь рядом лаборатория, – произнес Роман. – Стальные двери. Можем там до утра пересидеть.

– Они здесь! – услышал Олег в наушниках встревоженный голос Салль. – Лезут через ограждение!

– Я тебе где велел стоять, Роман? – Баталов обернулся. – У входа!

– Я думал: они в ворота сунутся… – Роман побежал. – Зря, что ли, мы растяжку…

Раздался взрыв, характерный, рвущий

перепонки хлопок вакуумной гранаты. Выбежав из ангара, Олег увидел вместо металлических ворот воронку, в нескольких метрах от которой полз чебез, подтягивая на руках останки тела. Ноги ему оторвало, куски кишок висели на сетке ограждения. Воронку быстро, с подвижностью гигантских насекомых, оббегали выскакивающие из темноты чебезы.

– В лабораторию! – Олег нажал на спусковую скобу плазмогана.

Навстречу болотным жителем обрушился водопад огня. С неба обильно лилось, поэтому сразу же после выстрела последовал мощный, обжигающий выброс пара. Пространство затянуло молочной пеленой, такой густой, что Олег не видел конец ствола излучателя, об ангарах и говорить было нечего.

– Салль, Роман! Вы где? Прием.

Плазма в ливень – это беда, если не сказать катастрофа, Олег потерял всякий ориентир. В горячем тумане прибор ночного видения оказался бесполезен. Стоило жителям болот сбить Баталова с ног, и «тупые», наверное, придумали бы, как вскрыть экзоскелет.

– Я здесь, командир.

– Где ты? Где Салль?

– Со мной, рядом. – Роман, словно поводырь, потянул Баталова в сторону.

Втроем они забежали в обычное с виду одноэтажное здание. Поворачивая вентиль, бывший тигр космоса закрыл за собой стальную диафрагму люка.

Олег присвистнул: в стандартном жилом блоке Фарма установил три бронированных контейнера-модуля из боевого арсенала космодесанта. Соединенные между собой модули освещались.

– Мастерская Фармы, – сказал Роман, сняв шлем. – Святая святых. Отсюда чебезы и поперли.

Достав бластер, Олег вошел в первый модуль. Между операционными столами лежал разбитый аппарат искусственной вентиляции легких.

– И сейчас можно резать. – Подойдя к правому столу с подголовником, Киреев запустил обслуживающий системный блок.

Помещение залил яркий свет ламп, замигал лампочкой аппарат для отсасывания крови из раны, включились приборы для регистрации кровяного давления, пульса, дыхания, биотоков мозга.

Во втором модуле лежали перевернутые койки, оборудование для поддержания искусственного дыхания, труба переносной рентген-установки.

Реанимация.

В третьем отсеке оказалось около дюжины подвесных носилочных койко-мест. Баталов переворачивал бирки: «минно-взрывное ранение», «множественные лучевые ожоги головы и туловища», «огнестрельный перелом левой голени с обширным дефектом», «отсутствие правой нижней конечности на уровне средней трети бедра», «проникающий ожог обоих глаз».

Веселые дела творились на Крикке. Баталов вспомнил

подбитый бронетранспортер на подступах к Центру имплантации. Очень веселые.

Фарма собирал раненых боевиков, археологов, десантников, а потом выводил их вместе с захваченными туристами в «безоружные люди». Зимин дорожил подопытными, все три модуля вместе с приданными им силовыми подстанциями имели транспортные шасси. В случае крайней необходимости модули можно было изъять из здания при помощи обычной лебедки. При разрушении здания, отбуксировать грузовым флаером, чтобы вновь развернуть в полевых условиях.

– Выходим, как только рассеется туман, – сказал Баталов.

– Но… – Роман думал, что ослышался. – Олег, мы все время носимся как угорелые! Выходить под ливень голодными, уставшими, почти без сил? Да мы свалимся после двух-трех километров.

– Если мы опоздаем, и Зимин перебьет трансформер, весь космос может стать лабораторией этого анестезиолога, – сказал Баталов. – Сначала будет много раненых, а потом еще больше преображенных.

Чебезы ждали снаружи, во тьме под дождем, переполненные агрессией.

– Ты что, нападешь на Фарму в одиночку?

Отпихнув рукой операционный стол, так что тот с грохотом повалился на пол со всей аппаратурой, Олег зашагал к выходу.

Открыв люк, он увидел полусогнутые фигуры в лохмотьях. В неком нечеловеческом напряжении они ждали. Вернее, на ожидание эти новоявленные зомби были неспособны, они просто не могли оставить Олега и его спутников в живых. Фарма вывел формулу совершенного террориста, выделил квинтэссенцию сознания убийцы: чтобы не было живых.

Стоянка для флаеров погрузилась во тьму, видимо, вышел из строя генератор.

– А вы не так глупы, как кажется на первый взгляд. – Баталов поставил ширину поражающего луча плазмогана на максимум, шагнул навстречу фигурам, готовый в очередной раз вскипятить дождь.

Движения чебезов стали резкими. Они ринулись на заключенную в экзоскелете живую плоть, словно саранча и… остановились. Застыли. В каких-то десяти метрах.

– Олег!

Кричала Салль. Она очень редко называла пришельца по имени. Чебезы повели себя непредсказуемо – не напали, от неожиданности Баталов не выстрелил.

– Ну, что встали? – Олег отступал, чтобы самому не попасть в зону поражения.

Жители болот стояли на месте. Выбежавшая из лаборатории Салль ждала чего-то, при этом шлема на ней не было. Баталов не понимал, что происходит. Одна, вторая голова чебезов повернулась в ту сторону, где на месте ворот наполнялась водой воронка.

– Почему они не нападают? – спросил Олег. Для чебезов он оставался главной добычей. – Приоритет дал сбой?

– Наоборот, Олег. – Салль показывала на полуобнаженную, почти незаметную в темноте фигуру, шедшую к ним вдоль ограждения. Толпа ринулась к этой фигуре. – Они нападают на самого сильного.