Чтение онлайн

Мистер Гордон почувствовал слабость в коленях. Это был какой-то кошмар! Если старого лорда Дартлвилля Гордон ожидал с некоторой неуверенностью и даже, стыдно признаться, со страхом, то неожиданный поворот событий и явление молодого лорда повергли его в состояние, близкое к обморочному…

Лично Гордон до сего дня молодого Дартлвилля не знал, но наслышан о нем был немало еще в те времена, когда молодой лорд не имел ни громкого титула, ни гроша за душой. Эрни Мэлдон и тогда славился необузданностью нрава и нехарактерными для английского джентльмена экспрессивными выходками. То он позволял себе наговорить дерзостей уважаемым людям, то надавать оплеух жокею, нарочно (как многим показалось) придержавшему лошадь на скачках, то стрелялся

с кем-то на дуэли…

Да и сам тот факт, что он, ничтоже сумняшеся, сдал в аренду Транкомбу родную сестру, дабы погасить собственный долг, говорил о многом. Маркиз, без сомнения, очень удачно и с выгодой для себя поймал в капкан этого Мэлдона на липовых векселях, и будущий лорд оказался в полной власти маркиза; и все же не каждый джентльмен, спасая себя, пошел бы на сделку, предложенную его светлостью.

Зато теперь, когда обстоятельства и настроение молодого лорда поменялись и он рассчитывает выйти сухим из воды, его светлость отыграется за все! И объектом его вероятной мести опять же окажется несчастный, ни в чем не повинный секретарь Транкомба мистер Гордон, ибо маркиза след простыл, как, впрочем, и Мэри… И что теперь прикажете говорить этому бешеному лорду? Как его обуздать, пока не случилось никакой беды?

Господи, ну почему Дартлвилль не появился хотя бы днем раньше? Гордон сдал бы ему с рук на руки его драгоценную сестрицу, и пусть бы все они разбирались между собой сами — и маркиз, и семейство Мэлдонов — кто что кому должен и чем обязан!

Нет, все персонажи этой драмы успели благоразумно удрать, и только Гордон остался на растерзание…

— Вам не кажется, сэр, что ваше молчание затянулось? — строго вопросил между тем молодой лорд Дартлвилль.

Тон его был таким, что Гордон мгновенно ощутил себя дуэлянтом, идущим к роковому барьеру, или даже еще хуже — провинившимся жокеем, над которым занесли хлыст.

— Видите ли, милорд… Я польщен честью видеть вашу светлость и чрезвычайно рад нашему знакомству (пришлось вульгарно повториться, но ничего другого из витиеватых оборотов на язык так и не подвернулось), однако… для меня остается загадкой, как вы ухитрились нас разыскать. Миссия его светлости некоторым образом является тайной от широких общественных кругов и, насколько мне известно, информация о ней не подлежала разглашению…

Ну теперь пусть милорд выкручивается и думает, что ему отвечать, а Гордон получил минуту-другую форы, чтобы внутренне сосредоточиться и определить собственную линию поведения.

Но Дартлвилля такая постановка вопроса в тупик не поставила, отнюдь. Он лишь усмехнулся и бегло объяснил:

— Члены палаты пэров, как вам известно, не принадлежат к тем, кого в Британии принято называть «широкие общественные круги». Мое новое положение дает широкие возможности для политической карьеры, каковые я намерен использовать. При подготовке своего первого парламентского доклада я использовал материалы о положении на Балканах, представленные премьер-министром в палату пэров. Среди прочих бумаг была аналитическая справка о военных действиях русских в Балканской кампании, составленная хорошо известным мне человеком — его светлостью господином маркизом, который обманом увез из Лондона мою сестру. Не надо быть корифеем в области логики, чтобы догадаться — маркиз пребывает на Балканах в непосредственной близости от фронта военных действий, а с ним и его личный секретарь мисс Мэлдон. Моим следующим шагом было предположение, что ему в поездке наверняка пригодится его знаменитая яхта. Имея некоторые связи в яхт-клубе не так уж сложно узнать, какие моря бороздит «Морская красавица» — это судно всегда обращает на себя всеобщее внимание. Получив сведения, что яхту его светлости видели в Афинах, я немедленно отправился туда. Правда, маркиз ко времени моего приезда уже покинул порт Пи-рей, и мне потребовалось еще несколько дней, чтобы разыскать вашу компанию в Салониках. Надеюсь, мои объяснения вас удовлетворили? А теперь прошу немедленно

пригласить маркиза и мисс Мэри.

Гордон смотрел на лорда Дартлвилля глазами затравленной дичи и с ужасом думал, что выторгованная фора ничего не дала — он ведь не фокусник, чтобы достать из цилиндра тех, кого в настоящий момент нет не только в этой гостинице, но вообще в Салониках. Проклятие!

— Я считаю своим долгом вам объяснить, милорд… что… маркиз Транкомб в настоящее время находится как бы… в отсутствии, — залепетал он.

— Да к черту вашего маркиза вместе с его как бы отсутствием! По нему я как раз не скучаю! — Лексика лорда Дартлвилля не совсем отвечала строгим канонам, принятым в аристократических кругах, но выражался он, надо признать, вполне доходчиво. — Пусть Транкомб хоть в преисподнюю провалится. Меня интересует моя сестра! Где она? Почему вы молчите, сэр? Если я узнаю, что с Мэри что-то случилось, я… никому этого не спущу! Ох, мне кто-то за все заплатит! Я до королевы дойду! Да что там, я просто вздерну вас с вашим маркизом на сучьях окрестных деревьев здесь же, в Салониках! Что это с вами, а, Гордон? Вы как-то неестественно побледнели! Воды выпить не желаете?

У Гордона и вправду был весьма бледный вид. Еще бы, услышав такое, сохранить полное самообладание оказалось нелегко…

— Ничего-ничего, не беспокойтесь, милорд, все в порядке, все в полном порядке, — ответил он тем не менее, чтобы сохранить лицо. — Я только, с вашего позволения, и правда выпью стакан воды. Здесь так душно…

В стакане воды представителю лагеря противника лорд Дартлвилль милостиво не отказал. Постукивая зубами о край стакана, Гордон медленно пил воду и размышлял — как же все-таки поступить, чтобы навлечь на самого себя поменьше неприятностей?

В конце концов он подумал: а не рассказать ли лорду все как есть — говорить правду всегда самый достойный из возможных путей. Ведь мистер Гордон тут ни при чем? Стало быть, ему претензии предъявлять не за что…

Итак, Гордону пришлось говорить правду. И он решился на это, кинувшись в свои признания, как в глубокую реку.

— Милорд! Боюсь, вас не обрадуют мои слова, но ваша сестра мисс Мэлдон в настоящее время также находится в отсутствии. Мисс Мэри уехала из Салоник, как и маркиз Транкомб, — начал Гордон.

Его так и не оставляло чувство, что он нырнул в ледяную воду, которая вот-вот сомкнется у него над головой.

— Уехала? Когда? Куда? И где же она теперь? — лорд Дартлвилль буквально забросал Гордона резкими вопросами. — Ну?! Я уже много дней гоняюсь за вами по Европе, а теперь вы пытаетесь меня убедить, что я так никого и не нашел?! Знаете что, Гордон, я попрошу вас не крутить и говорить все как есть.

— Именно это я и намерен сделать, ваша светлость, — запинаясь, промямлил несчастный секретарь. — Извольте только меня выслушать. Это случилось буквально накануне вашего приезда… Хотя служба вашей сестры у его светлости шла замечательно, маркиз Транкомб был очень доволен Мэри, да-да, буквально до последних дней. Клянусь вам, мисс Мэлдон пользовалась заслуженным уважением, никто не посмел бы ее обидеть, ведь она находилась под защитой и покровительством маркиза. Но здесь, в Салониках, в одной гостинице с нами поселился некий русский граф, знакомство с которым ваша сестра водила еще в те времена, когда проживала в России… Вот в этом и суть проблемы.

— О чем это вы? — возмутился лорд, почувствовавший в словах Гордона какой-то сомнительный подтекст. — Моя сестра была в России ребенком, и никаких особенных знакомств у нее там не было.

Гордону пришлось продолжить объяснения, похоже, лорд и впрямь не был осведомлен о многих вещах.

— Как я понял, граф — родственник тех людей, в доме которых…

Гордон хотел добавить: «ваша матушка служила гувернанткой», но осекся. О подобных вещах не напоминают людям, имеющим титул лорда! Это было бы вопиющей бестактностью!