Агент бета-класса
Шрифт:
Глава 1. Загадать желание
Алекса. Бета-агент Эльтонийской Службы Разведки
— Все мужчины скотины, но Тристан в особенности! — с чувством произнесла я и потянулась к бутылке.
— Лекси, мне кажется, тебе уже хватит пить на голодный желудок. Может, закажешь что-нибудь поосновательнее? — подруга крутанула в воздухе меню заведения «Водяной кролик».
Я с сомнением покосилась на брошюру, на обложке которой красовался не то кролик-русал, не то неведомая длинноухая шерстяная рыбина. Сколько изучала зоологию Федерации Объединённых Миров, никогда не слышала о такой животинке.
—
На душе противно скребли кошки, и хотелось напиться. Обычно я не употребляю алкоголь, но сегодня был особенный день: я рассталась с Тристаном. Вздохнув, продолжила изливать душу подруге:
— Знаешь, что он заявил мне вчера? Что это, оказывается, он следовал зову природы. Видите ли, мужчины по природе своей полигамны, и я как эльтонийка обязана была его понять. Напомни больше никогда и ни за какие астероиды не встречаться с ларками! Да чтоб его ненаглядный гоночный аэрокар в гармошку смяло! Да чтобы все его дизайнерские костюмы порвались на накачанной заднице! Да чтоб… да чтоб…
Оливия сочувственно погладила моё запястье.
— Так у вас же давно всё к разрыву шло, разве нет?
— Давно? Давно?! — Я уставилась на подругу, а затем почувствовала, как ком подкатил к горлу и в уголках глаз опасно защипало.
Да кого я обманываю? Действительно, давно…
На фоне играла ненавязчивая новогодняя мелодия, вокруг сновали туда-сюда счастливые голубокожие официантки в юбках из гигантских листьев папоротника и цветастых бусах из экзотических цветов, на окна проецировались снежинки, а с высоченной пальмы на тонких шнурах свисали светящиеся золотые шары. Все радовались предстоящему зимнему празднику, а у меня в груди медленно разрасталась настоящая чёрная дыра. Я ощущала себя здесь лишней и с удовольствием посидела бы дома, но поддалась настойчивым уговорам подруги.
Оливия вытащила в бар, уверяя, что мне станет легче, но где-то она явно просчиталась. Скорее, наоборот, при виде влюблённых парочек за соседними столами мне становилось грустно. Взгляд мазнул по меню с несуразной зверушкой, и я снова фыркнула.
— Нет, ну чудовище какое-то!
— Не чудовище, а водяной кролик! — Подруга подняла указательный палец вверх. — Согласно миттарской мифологии, этот зверёк исполняет истинные желания наших сердец. Вот у тебя какое желание?
Имея «голубые» гены лишь по линии деда, Оливия каким-то образом оказалась фанаткой всего, что касалось полуводной расы.
«Найти мужчину, который бы понимал с полуслова, заботился и любил, а главное, которому можно было бы доверять», — подумала я про себя, но вслух произносить не стала.
Олли, как и я, работала на Эльтонийскую Службу Разведки, а следовательно, личная жизнь для нас была почти недоступна. Мы априори никому не могли доверять и рассказывать, чем занимаемся, и фактически не принадлежали себе целиком. Для обычных гражданских мужчин, с кем время от времени встречались агенты, у нас всегда была наготове подходящая легенда: мы являлись редкими специалистами по информационной безопасности, которых руководство иногда вызвало среди ночи, или менеджерами в крупных фирмах, чья должность подразумевала частые внезапные отлучки. Многолетний опыт показывал, что ни один мужчина, будь он самым лучшим, понимающим и терпеливым
Тристан же был особенным, хотя бы потому, что тоже являлся секретным агентом. Внешне практически чистокровный ларк, лишь с малой долей эльтонийской крови, он был завербован ЭСР[1] пять лет назад. На второй год работы на разведку он предложил встречаться, и я искренне думала, что у меня есть шанс на долгие и прочные отношения. Как оказалось — ошибалась.
— Выспаться. Я хочу выспаться, — ответила наконец подруге.
Та расхохоталась так, будто я озвучила остроумную шутку.
— Олли, послушай… а может, Тристан сказал всё это, только чтобы меня позлить? Вдруг я просто всё не так поняла? — протянула, взглянув на наручный коммуникатор. — Может, мне стоит позвонить ему и извиниться?
Подруга посмотрела с немой укоризной в глазах.
— Ты говорила, что перед последними заданиями он предпочитал остаться ночевать у себя.
Я развела руками.
— Он сказал, что хочет выспаться, а со мной у него это не получается…
— Ещё Тристан попросил заменить тебя в качестве страхующей напарницы в последней командировке, которая длилась три с лишним месяца.
— Я специализируюсь на взрывных работах, а ему требовался аналитик… Логично, что он предпочёл Лауру, это работа.
— Поэтому она отвечала на его личный коммуникатор среди ночи?
— Так она была его страхующей…
Оливия посмотрела так, что мне стало тошно от собственных оправданий.
— Выкинь его из головы уже! — произнесла она строго, прищурив роскошные сапфировые глаза. — У Тристана на лбу с самого начала было написано, что он кобель первостатейный, но ты почему-то повелась на его ухаживания, решив, что раз «из наших», то не обманет. И перестань пить, даже для тебя это чересчур! Лучше отвлекись на кого-нибудь. Знаешь, как говорят? Клин клином вышибают. Вон, смотри, какой шикарный мужчина только что в бар зашёл.
— Менять одного мужчину на другого просто «чтобы было» — это как продать всё имущество и поставить в рулетке на «зеро», наивно веря, что в этот раз повезёт, — фыркнула я, даже не оборачиваясь.
Подруга неодобрительно покачала головой. Она явно собиралась что-то сказать, но внезапно провибрировал её коммуникатор.
— Шварх, начальство… — со стоном пробормотала Олли. – Я ненадолго, хорошо?
Я молча отсалютовала подруге бутылкой.
В этом слове «начальство» было всё: долг, семья, работа и даже религия. Агентура — всё, что было у таких, как мы. Кому-то работа нравилась, кто-то приходил в ЭСР от безысходности; кого-то вербовали ещё детьми, а кто-то принимал решение в достаточно зрелом возрасте, но было что-то неуловимо общее между всеми агентами. Например то, как мы говорили слово «начальство».
То ли скотч попал не в то горло, то я действительно немного перебрала за этот вечер, но, отхлебнув после ухода Олли, я резко закашлялась. И тем удивительнее было, когда прямо передо мной кто-то поставил спелый белый кокос с трубочкой, цветастым зонтиком и яркой сиреневой орхидеей.
— Прошу прощения, что невольно подслушал ваш разговор с подругой, но я тоже считаю, что такой очаровательной девушке не стоит увлекаться алкоголем, — раздался волнующе мягкий, почти бархатный голос над ухом.