Чтение онлайн

Обер-шписсмейстер пропустил реплику мимо ушей.

— Солнце будет принесено в жертву, — ровным голосом сказал он, направив пистолет в лоб аэрогарду. — Ненамного сложнее, чем скормить Туннелю две сотни человек с «Костромы» и десяток высших сановников Ордена. Уверяю вас, что все это — чепуха и мелочь по сравнению с Тьмой Внешней, куда был низвергнут Он и куда мы, верные…

Раздался громкий стук.

Обер-шписсмейстер убрал пистолет в кобуру и подошел к двери. Помедлив секунду, он тронул сенсор замка и отворил ее.

Д'Марья перевел

Он не видел, кто находился за дверью: стоявший на пороге Зоммер загораживал весь проем. Аэрогард прислушался, но человек в коридоре говорил негромко и неразборчиво.

— Какого черта? — раздраженно произнес обер-шписсмейстер. — Время еще есть. Зачем вас прислали, брат Нойманн?

Короткий неразборчивый ответ.

— Да мне… — взревел было Зоммер, но тут же умолк. — Извините, брат Нойманн. Однако в Синклите, похоже, сложилось превратное представление о создавшейся ситуации. Да-да, конечно, входите, еще раз извините меня…

Он посторонился и пропустил в каземат человека в шварцриттерской форме.

Д'Марья прищурился; еще один обер-шписсмейстер. Его лицо показалось аэрогарду знакомым.

А!., ну да, тот седой старший мастер копья — первый шварцриттер, которого он встретил на форпосте. Гм… лучше бы кто-нибудь еще. Но все равно — стрельба пока откладывается.

Седой внимательно посмотрел в глаза аэрогарду, потом повернулся к хмурому Зоммеру.

— Мне кажется, пора препроводить брата Вандельштахеля в надлежащее место, — негромко, но довольно веско произнес он.

— Еще рано, брат Нойманн, — сдержанно ответил Зоммер. — Координаты времени не синхронизированы.

Седой усмехнулся.

— Вы не хуже меня знаете, брат Зоргер (ах ты, сволочь, подумал д'Марья, и тут наврал), что вряд ли может случиться что-то серьезное, если даже…

Зоргер резко вскинул правую руку, одновременно поднеся левую к уху с клипсом-рацией.

— Что… — начал седой, но тут же умолк и тронул сенсор на своем клипсе. — Ничего не слышу, — сказал он через секунду.

— Нас атакуют, — бросил сквозь зубы Зоргер, посмотрел на аэрогарда и потянулся к кобуре.

— Кто атакует? — недоуменно спросил седой.

— Не знаю, — отрывисто произнес Зоргер. Глаза его лихорадочно заблестели.

— Это серьезно?

— Вполне. Кампфшрауберы… танки.

— Американцы?

— Не похоже… Так. Сейчас они будут здесь. Зоргер выхватил пистолет и направил его на аэрогарда.

— В таком случае надо уходить, — спокойно проговорил седой. — Если не ошибаюсь, где-то здесь должен быть ход к Девятнадцатой станции.

Зоргер бросил на него злобный взгляд, продолжая держать свой «вулкан» направленным в лоб капитан-полковника.

Д'Марья почувствовал грань.

— Отвяжите брата младшего рыцаря, — по-прежнему спокойно сказал седой. — Мы должны доставить его к терминалу как можно быстрее.

— Станция уже захвачена!.. — выкрикнул Зоргер. — Там сел чужой корабль!

— Ну и что? — невозмутимо пожал плечами седой. — У нас вполне хватит времени

Зоргер кусал губу, явно находясь в некотором замешательстве.

А не заложить ли нам его, подумал д'Марья. Нет, не успею… а интересно, он этого дядьку тоже укокошит?..

Зоргер медлил, но палец с курка «вулкана» не снимал. Седой же тем временем тронул сенсор своего клипса и негромко произнес:

— Да… каземат девятнадцать.

— Что?.. — посмотрел на него Зоргер. — Что вы сказали?

Дуло его пистолета уже смотрело в грудь Нойманна.

— Нам пора уходить, — очень спокойно и уверенно произнес седой, незаметно (д'Марья с трудом уловил это движение) перетекая к двери. — Отвяжите его от кресла и пойдем. Не спеша. Нас уже ждут. Вас уже ждут. Надо идти.

Д'Марья почувствовал легкую дурноту. Как сквозь сероватую дымку, он увидел, что ствол «вулкана» медленно опускается. На лбу у Зоргера заблестели бисеринки пота, лицо его исказилось от напряжения.

Очень медленно, как во сне, седой шварцриттер поднял руку и поднес ее к сенсору замка.

— Мы сейчас уходим. Это нужно. Очень нужно. Это приказ.

Усилием воли — так, что в ушах зазвенело, а во рту появился странный кисловатый привкус, — д'Марья вышел из-под воздействия негромкого голоса Нойманна: словно скинул с себя тяжелое ватное одеяло, будто вышел на свежий утренний воздух… в голове раздавался громовой стук, и все существо аэрогарда пронизало чувство невозможности, неестественности своего положения — веревки, жесткое кресло, шершавые стены и низкий потолок…

С невероятной отчетливостью д'Марья видел — время, кажется, замедлило свой ход, — как рука Нойманна коснулась сенсора замка, как медленно начала отворяться тяжелая дверь, как оттуда, из коридора, в каземат стали врываться люди… седой шварцриттер посторонился, на долю доли секунды отвел глаза, и тут Зоргер, чье лицо страшно исказилось, выстрелил пять раз подряд.

Две пули попали Нойманну в грудь, три — в тех, кто находился в коридоре: их д'Марья пока не видел, мешала открытая дверь.

Время продолжало двигаться не спеша. Нойманн плавно оседал на пол, он глядел исподлобья на Зоргера и тянулся к своей кобуре: а мгновенно вспотевший Зоргер, изо всех сил отвернувшись от него, скалясь, целился в капитан-полковника, одновременно прыгая в дальний конец каземата.

Два выстрела. Очень глухо: такое низкое «д-дум», «д-дум». Пули шли в голову аэрогарду, но он как-то — успел, что ли, определить возможную траекторию?., нет, не понял, некогда было понимать… — каким-то образом сумел отклониться, одновременно фиксируя краешком неимоверно разросшегося сознания, что электропровод, которым он был привязан к креслу, подается, что правая рука вот-вот освободится от пут… а Зоргер, уже не оглядываясь, бросается к дальней стене, ударяет по ней рукой и буквально проваливается в раскрывшийся люк… вместе с пулей, посланной ему в правое плечо ворвавшимся в каземат ротмистром Игнатьевым.