Чтение онлайн

– Еще час, и нас бы отрезало, - мрачно заметил Маклеод.
– Интересно, насколько еще ухудшится погода?

Как бы ни мешала им непогода, пятимильный отрезок дороги вдоль Лох-Дюича, даже несмотря на то что окончательно стемнело, они одолели с приличной скоростью. Однако затем дождь усилился. Их взорам открылся Глен-Шиль: темная аэродинамическая труба, прорезавшая горы Кинтейла с востока на запад; дождь все усиливался, заливая ветровое стекло водой едва ли не быстрее, чем дворники успевали ее смахивать. Фары пробивали водяную завесу не дальше чем на длину корпуса машины. Стиснув зубы,

Маклеод провел "вольво" через серию крутых зигзагообразных поворотов, сбавляя скорость с каждой новой сменой направления.

– Все без толку - дальше капота я ничего не вижу, - признался он Адаму. Машина ползла по совершенно прямому отрезку дороги со скоростью миль пятнадцать- двадцать в час.
– Если мы хотим ехать вперед, мне нужна помощь.

Адам молча кивнул и прикрепил фонарик-ручку клипсой к углу карты, чтобы высвободить обе руки. Дорога впереди была почти не видна за водяной завесой.

Выпрямившись в кресле и упершись ногами в переборку за двигателем, Адам сжал левой рукой надетый на правую перстень с сапфиром, склонил голову, зажмурился и сделал глубокий вдох. Вместе с выдохом он почти беззвучно вознес молитву Творцу Света:

Domine noster,

Lumen semper ardens,

Ubi suni tenebrae,

Fiat lux!

Он почти физически ощущал, как в ответ на молитву его окутывает Свет, исходивший из камня и разливавшийся по всем нервным волокнам его тела, наполняя каждую клетку жизненной силой. Тепло проникало глубже и глубже, согревало сердце и разум.

Внутреннее озарение принесло с собой возможность видеть окружающий мир собственным мысленным зрением, не столько меняя то, что он видел глазами, но обостряя способность анализировать информацию, полученную от других органов чувств. Вновь подняв взгляд на дорогу, он смог лучше различить сквозь хаос дождя и ветра серую полосу асфальта и повороты дороги.

Его совершенно не беспокоило, что он вряд ли мог охарактеризовать механизм этого видения или даже описать свои ощущения словами, - главное, оно было совершенно реальным. Там, где дорогу скрывали темнота и проливной дождь, видимость для него вновь стала такой, какой была бы в нормальных условиях, а возможные препятствия, только что скрытые от взгляда, сделались по меньшей мере различимыми.

Пока Адам готовился, Маклеод вел машину со скоростью улитки, глядя только вперед и пытаясь различить дорогу перед машиной хотя бы на несколько футов. Теперь, когда Адам снова поднял голову, Маклеод бросил на него быстрый взгляд.

– Готовы?
– спросил Адам.

– Готов.

Адам протянул правую руку к рулю и взялся за обод так, чтобы она касалась левой руки Маклеода. Тот сделал глубокий, долгий вдох, повел плечами, стряхивая напряжение, и снова уставился на дорогу. Перегрин, округлив глаза, молча следил за происходящим, не совсем понимая, что именно собираются делать его спутники.

– Прямо по курсу все чисто, - пробормотал Адам, - и у вас достаточный запас пространства с обеих сторон. К счастью, нам вряд ли встретятся машины. Сместитесь на осевую линию и начинайте набирать скорость. Я скажу, когда притормозить.

Повинуясь лежащим на руле рукам Адама и Маклеода, "вольво" начала набирать ход. Стрелка спидометра

переместилась с цифры "20" на "30", потом подобралась к "35".

– Вот так... пока хватит, - все тем же негромким, ровным голосом продолжал Адам.
– Возьмите градусов десять левее... теперь обратно на двенадцать... теперь пятнадцать градусов вправо... так держать...

Повинуясь командам Адама, Маклеод постепенно разогнал "вольво" до пятидесяти. Эту скорость они поддерживали следующие двадцать минут, пока Адам распознавал ожидавшие их впереди дорожные выбоины, повороты и прочие препятствия. Подобно пилоту, ведущему самолет по приборам, Маклеод безоговорочно повиновался командам Адама, чутко реагируя на малейшие движения его руки. Перегрин, наблюдавший за ними с заднего сиденья, начал подозревать, что вот так, в паре, им приходилось работать уже не раз.

Они миновали Глен-Шиль и ехали теперь вдоль Лох-Клюни. Озеро, казалось, вот-вот выйдет из берегов, дорога местами скрывалась под водой. Дважды им приходилось съезжать с асфальта, чтобы объехать затопленные участки слева, где земля поднималась выше. Каждый раз Адаму удавалось благополучно вернуть машину на шоссе, потеряв всего несколько драгоценных минут.

Когда озеро благополучно осталось позади, Адам, не сводя взгляда с дороги, передал карту Перегрину.

– Последите за картой, Перегрин, - мягко попросил он.
– Нам предстоит миновать развилку, и мне не хотелось бы пропустить ее в темноте.

Перегрин поспешно сверился с картой, посветив себе фонариком-ручкой.

– Вам нужен поворот налево, - сообщил он, оторвавшись от карты.
– Там должен быть указатель: "А - восемьсот восемьдесят семь", или "Инвернесс" если его, конечно, еще не сдуло.

Напрягая глаза изо всех сил, Перегрин успел заметить мелькнувшее навстречу размытое пятно дорожного щита.

– Теперь в любой момент, - предупредил он.
– Собственно, это даже не поворот влево, а скорее перестроение в левый ряд.

– Приближаемся, - сказал Адам Маклеоду.
– Сбавьте ход и приготовьтесь взять левее, по моей команде. Тише... Давайте! И держите прямо. Отлично сработали, спасибо обоим.

Странное дело, но похвала вдруг согрела Перегрину душу - после долгих миль тряски на заднем сиденье в качестве бесполезного пассажира он даже начал было сомневаться, стоило ли им брать его с собой. Он еще раз сверился с картой, но им предстоял еще только один поворот, при выезде на Лох-Несс, когда им нужно будет повернуть на север. Однако на всякий случай он следил за названиями тех редких деревушек, которые они проезжали; это позволяло ему почувствовать себя пусть малой, но все же частью происходящего.

Где-то впереди у горизонта грохотал гром, и по мере их продвижения на северо-восток вдоль вспухшей от дождя реки Мористон небо все чаще освещалось вспышками молний. Им пришлось сделать еще несколько объездов по проселочным дорогам в местах, где на шоссе велись работы. Через несколько миль после деревни Дандрегган они, сделав крутой поворот, вдруг уперлись в запрудившее дорогу стадо промокших, перепуганных овец.

Маклеод затормозил прежде, чем Адам успел открыть рот, и машина застыла в считанных дюймах от животных.