Чтение онлайн

– Прекратите! Ненавижу! Немедленно замолчите!
– сильнейший крик раздался от дверей.

От звуковых колебаний вопля лопнул стеклянный стакан на тумбочке.

У Паулины из левого уха хлынула кровь.

Девочки моментально опустили руки.

Бой закончилась на самом кровавом месте.

К нам потеряли интерес, словно убили.

– Джельсомино! Заткнись! Уши вянут!
– девочка с глазами рыси жалобно пропищала в сторону двери.

– Я предупреждала,

чтобы не кричали!

Разве вы забыли, что я не выношу громкие звуки?
– голос затихал, но звуковой волной сбило две подушки с кроватей.

К нам подошла стройная брюнетка с голубыми глазами.

Рот её кривился в мрачной улыбке.

Все девочки с ужасом смотрели на тонкие губы.

– С новенькими подрались?
– Джельсомино смерила нас взглядом.

Сняла мерку для военного гроба.
– Хоть все друг друга убейте!

Но я не желаю слышать громких звуков.

У меня от чужих воплей голова раскалывается!

– А от своего крика головка не болит?
– я спросила без издевки.
– Прости, Джельсомино, если случайно обидела.

Я спрашиваю из интереса, а не с сарказмом.

– Как тебя зовут, новенькая?
– Джельсомино сдулась, словно воздушный шарик на празднике Сна.

– Афродита Конфитюр!
– я отлипла от стенки.

Поднимала за руки оглушенную Ингрид.

– Девчонки, помогите же!
– Джельсомино бросилась мне и Флорике на помощь.

Девочек, словно подменили в бане.

С участием они охали и ахали около Ингрид.

Давали советы, как привести её в чувство.

Сами чуть не убили, и воскрешают.

Даже Паулина приложила ко лбу Ингрид медную пряжку ремня.

– Привет, Афродита!
– Джельсомино протянула мне руку.
– Меня зовут Лолита.

Но с детства я привыкла к кличе Джельсомино.

Мой далекий потомок родился с чудовищным голосом.

От его крика ломались верхушки вековых сосен.

Громкий голос достался мне по наследству.

Кричу громко, но не терплю чужой шум.

У меня раскалывается голова от громких посторонних звуков.
– Джельсомино повернулась в толпе подруг.
– Девчонки, обед пропустим!
– произнесла, словно вихрь обрушила.

В зале завертелось, запищало, но приглушенно.

Джельсомино в интернате подруги уважали.

Толпа превратилась в бегущий ручеек.

Я, Флорика, и еще две новые подруги тащили с собой Ингрид.

– Несите её к котлу с компотом!
– в шикарной столовой повариха лет сорока сразу оценила ситуацию.

Мы ничего не поняли, но выполнили приказ.

Повариха два раза окунула голову Ингрид в котёл.

– Не

помогает! Слишком глубокий обморок!

Мало каши ела!
– повариха поставила съедобный диагноз.
– Перенесла Ингрид к огромной чёрной кастрюле.

Опустила голову Ингрид в теплую овсяную кашу.

Через минуту из котла послышалось довольное чавканье.

Ингрид очнулась и всасывала в себя вкусную овсянку.

– Ожила! Марш за стол к своим!
– повариха сразу стала суровой!

Мочалкой вытерла голову воскресшей Ингрид.

Пинком отфутболила нашу подругу в сторону стола.

Я взглянула на тарелки, стаканы, вилки и ложки!

Подобного изобилия не видела даже на городской свалке.

Набросилась на еду, как на врага.

– Не переусердствуй в первый раз!

После голодания случится заворот кишок!

Не откачаем!
– соседка по столу предупредила вовремя.

Котлета застряла у меня поперек горла.
– По себе знаю, что хочется есть до умопомрачения.

Я до приезда в интернат три дня голодала!

За столом сразу влила в себя миску супа.

Спасибо доброй Хуаните Мюллер!

Она оглушила меня чайником с кипятком.

Иначе я бы объелась и умерла от разрыва селезенки!
– соседка отщипнула от хлебушка корочку и медленно жевала.

Я постаралась следовать совету новой подружки.

Пересиливала себя, стискивала зубы до скрежета.

Но всё-таки перебрала в несколько раз разумную норму.

После обеда в бреду дошла до своей кровати.

Упала и стонала от обжорства - так корова катается по весеннему лугу.

Меня до вечера не трогали и не тормошили.

Флорика Бубнова хрипела на верхней полке.

Она тоже обкушалась куриных котлет.

Ингрид выла на кровати в соседнем ряду.

Мы выжили после обеда, но страдали.

До ужина пришли в норму и выздоровели.

Кушали не столь жадно, но много.

Вечером большинство девочек покинуло казарму.

Я плюнула на условности и заснула.

Проснулась в двенадцать часов ночи.

Вспомнила драку со сверстницами и проявила осторожность.

Вместо себя в кровать уложила стопку книг с соседней тумбочки.

Залезла под кровать и стала ждать убийцу.

Но сон оказался сильнее, чем моя воля.

– Афродита! Что ты делаешь на полу?

Собираешь пыль для исследований?
– Ингрид щипала меня за мочку левого уха.

– Я слышу тебя, значит, меня не убили!
– поднялась.

Отбросила край хрустящей свежей простыни.
– Верхняя книга на подушке пробита ножом.