Абсолем
Шрифт:
Она вызывающе посмотрела ему в глаза. И Макс сорвался:
— Да ведь мы тоже положили пятерых! И все они аннигилировали, исчезли, понимаешь?
— Понимаю! — Лира уже тоже не сдерживалась и перешла на повышенный тон. — Первый, которого я ликвидировала, также аннигилировал, а второй был ранен, и из него хлестала кровь, как из недорезанного поросенка! Я это видела, преподаватель Штайн, не заставляйте меня жалеть о том, что я вам рассказала.
Макс хотел
— В чем ты вымазана?
— Молочный пудинг, это долгая история.
Макса против его воли тут же уложили на носилки, над его рукой склонились медики. Первым делом ему вкололи блокатор болевых рецепторов в поврежденных тканях. Но не успело лекарство подействовать, как он уже начал вырываться из цепких медицинских объятий.
— Да что же это такое! Держите его! — громко крикнула Корин, навалившись всем телом на здоровую руку Макса.
Но Макс легко смахнул ее с себя и вскочил на ноги. Через секунду он уже пробирался к группе полицейских, разговаривавших с Паулюсом. Увидев его, ректор тут же отвлекся от разговора:
— Ты зачем встал? Немедленно вернись на носилки.
Но Макс словно не услышал его, он смотрел на собеседника ректора.
— На четвертом этаже в кабинете химии большая лужа крови. Нужно немедленно взять образцы, — сказал он шефу полицейской группы.
Высокий, мощный мужчина, поглаживавший до этого аккуратную бородку, тут же перевел заинтересованный взгляд на Макса. На его лице не было ни капли волнения, вызванного происшествием, скорее доброжелательный интерес.
— Это вы возглавили группу, отправившуюся наверх?
— Да.
— Вы знаете, что тем самым нарушили правило семнадцатое Свода…
— Наверху оставалась студентка без какой-либо защиты, — нетерпеливо пояснил Макс.
— Как оказалось, не совсем уж и беззащитная была эта студентка. — Шеф группы перевел взгляд на хмурого Паулюса. — Это тоже придется объяснить. Почему у вас первокурсники расхаживают по колледжу с незарегистрированными вайперами?
— Это спасло ей жизнь, — напомнил Макс, начиная поглядывать на полицейского с неприязнью.
— Возможно, — согласился тот, — но разбирательство все равно будет.
Еще
— Необходимо взять образцы крови в кабинете химии, — взяв себя в руки, еще раз проговорил Макс.
Шеф оторвался от своего манипулятора:
— Чья это кровь? Ваша?
— Нет.
— Других раненых я здесь не вижу.
Макс знал, что пожалеет, тем не менее сказал тихо, но отчетливо:
— Есть вероятность, что это кровь демона.
Рука шефа замерла над манипулятором, остальные полицейские, до этого мало обращавшие на них внимание, все, как один, в изумлении уставились на Макса.
— Что ты несешь?! — первым пришел в себя ректор Паулюс.
Он смотрел на Макса как на умалишенного.
— Что вы имеете в виду? — произнес наконец шеф полицейской группы.
Снисходительная доброжелательность исчезла из его голоса, уступив место напряженной сосредоточенности.
— Только то, что сказал. Возможно, в кабинете химии кровь демона, — сказал Макс, стараясь не обращать внимания на реакцию окружающих.
— Он ранен, не соображает, что несёт.
Говоря это, Паулюс торопливо встал между полицейским и Максом, но те даже не заметили старика и продолжали буравить друг друга взглядами поверх ректорской лысины.
— Еще раз: вы отдаёте себе отчёт в том, что только что сказали? Вы только что заявили, что главный враг человечества пережил очередной виток эволюции.
— Именно, — твердо произнес Макс, не отводя взгляд.
Шеф повернулся к своим подчинённым, ожидающим приказа:
— Немедленно вызвать исследовательскую группу. Весь четвертый этаж опечатать. Свяжите меня с Верховной Лигой. Быстро!
Макс смотрел на удалявшиеся спины полицейских, слыша, как на ухо ему зло шипел Паулюс:
— Это была черта, грань, предел, ты окончательно тронулся! Ты, злостный алкоголик, вознамерился погубить мой колледж…
Макс, как всегда, не слушал. Слышать, но не слушать — это был его скрытый талант, помогавший сносно существовать.