Чтение онлайн

— Насколько я знаю, ты не сторонник старых бумажных изданий.

— Вы сделали ошибочный вывод. Ничто не сравнится со старыми, пожелтевшими листочками, с их шелестом и затхлым ароматом новой информации.

Тимо все-таки вытащил книгу из-за спины, поднес к лицу и издевательски повёл носом. Макс успел заметить название: «Легенды и мифы старого времени». Книга действительно выглядела старой и потрепанной, ей было лет двести, не меньше, но она явно не входила в красный список.

— Тебе следует поторопиться, скоро начнется следующее занятие, — проговорил Макс.

Тимо широко улыбнулся, обошёл его и направился к выходу. Проходя мимо контролера, он притормозил, набрал свой личный

студенческий номер и просканировал корешок книги. Контролер тут же зарегистрировал книгу на имя Тимо. Макс собирался вернуться к Эмилии, но в этот момент завибрировал его манипулятор, оповещая о новом сообщении. Письмо было от мастера, которому он передал флеш-кристалл Софии: «Сумел извлечь первую часть повреждённого файла. Текст в приложении». И ни слова больше, ничего про оплату и дальнейшую работу. Макс вошел во внутреннее хранилище и быстро произнес:

— Мне нужно идти, появилось важное дело.

Увлеченная инвентаризацией книг, Эмилия не подняв головы кивнула. Макс с трудом сдержался, чтобы не начать читать содержимое файла прямо в лифте. Он быстрым шагом дошёл до своего кабинета и закрылся, чтобы никто не помешал. Открыл приложение и извлек восстановленный файл.

«Невероятно! Я дождалась, когда охрана покинула лабораторию и подошла к конусу Дино. На этот раз я не кричала, не выражала злость и ярость. Я разрыдалась, причём произошло это естественным путем. Резкая отмена криодора имеет множество побочных эффектов, и депрессивное состояние — один из них. Глядя на Дино и понимая, что ему осталось недолго в связи с закрытием проекта, я плакала. Мне было неимоверно жаль его, особенно сейчас, когда он перестал реветь и смотрел на меня потухшими, ничего не понимающими глазами. Вначале он нервно ходил по конусу, скуля вместе со мной, потом повёл головой и неожиданно сжал её руками, словно испытывал сильную боль. В какой-то момент я поняла, что отключаю защиту и открываю дверь конуса, чтобы зайти и пожалеть Дино. Ни на секунду у меня не возникло мысли, что я делаю что-то не так. Конечно, уже сейчас, записывая и подробно анализируя всё произошедшее, я понимаю, что поступала неразумно, нарушая все возможные инструкции, но тогда у меня не было и тени сомнения. Я встала посреди конуса. Дино не ринулся ко мне, он медленно обошёл вокруг, внимательно меня разглядывая. Несколько раз он вскидывал верхнюю конечность, словно хотел потрогать меня, но тут же опускал ее. Я стояла не шевелясь, лишь приподняв руки, показывая, что безоружна. В какой-то момент я подняла ладонь к лицу, чтобы стереть катившуюся по щеке слезу. Дино тут же отошёл. Отвернувшись, он начал скулить. Я сделала несколько шагов в его сторону. Округлив спину, он смотрел в пол. Я осторожно дотронулась указательным пальцем до его руки, Дино резко отдернул её и вновь отошёл от меня к противоположной стороне конуса. В этот момент он выглядел таким беззащитным. Мне хотелось дать ему понять, что я не причиню вреда. Но я не знала, как это сделать. Сейчас уже понимаю всю абсурдность случившейся ситуации. Я вышла из конуса и вновь включила защиту. Когда я это делала, Дино всё-таки посмотрел на меня, и готова дать руку на отсечение, в его глазах мелькнула обида. О, как же мне хочется хоть с кем-то всем этим поделиться! Я никому ничего не могу рассказать, ведь я нарушила столько законов».

Следующая запись была сделана через три дня.

«Я полностью отказалась от криодора. Теперь никакие чувства и эмоции во мне не подавляются. Я такая, какой меня сделала природа: со страхами, обидами, злостью, яростью и недовольством. Макс заметил перемену в моем настроении, я что-то соврала ему. Сейчас мне особенно сложно — наступили критические дни, мне хочется кого-то убить, всё раздражает. Не понимаю, как раньше женщины со всем этим справлялись без криодора? Еще профессор Гори постоянно нудит, чтобы я начала готовить отчёты по своему исследованию для архива. Как же он меня достал, старый зануда. Как же всё достало. Кажется, только одно существо во всем мире способно меня понять. Вечером, когда все уходят, я отключаю защиту в конусе и захожу к Дино. Он уже не чурается меня, наоборот, ждёт, я каждый раз вижу это по его глазам. Вчера мы целый час просто просидели на полу. Интересно, о чем думал Дино? И способен ли он вообще конструктивно мыслить? В том, что он умеет чувствовать, я уже не сомневаюсь. В нём бушует целая гамма эмоций. Я увидела и его обиду,

когда включала защиту в конусе, и любопытство, когда он рассматривал мой звенящий браслет, и испуг, когда этот браслет со звоном упал и раскололся, и смятение, когда я впервые взяла его за руку, и, кажется, даже радость. Но почему-то остальным людям он показывает лишь одну эмоцию — ярость. Когда днём кто-то проходит мимо конуса, Дино кидается к стенке с единственным желанием — достать человека и разорвать его. И глядя на тупую безэмоциональность сотрудников лаборатории, я уже не считаю инстинкт Дино чем-то страшным».

На этом записи обрывались. Макс еще раз перечитал текст. Выходит, София действительно физически контактировала с демоном — и он ее не тронул. Но это же невероятно! Такого просто не могло быть! В демонах заложен единственный инстинкт — убивать.

Сейчас Максу хотелось убить себя. И как он не заметил, что София перестала принимать криодор? Ведь он же видел перемены в её настроении и поведении, она была совершенно нестабильна эмоционально. А эти её ночные возвращения с работы… Кто знает, возможно, если бы он был повнимательнее и не был так занят собой, она была бы жива. Почему он тогда не спросил, не настоял, не поскандалил, в конце концов?..

Макс подошел к окну и закурил. Во дворе колледжа было оживлённо. Разгружали коробки с декорациями для Бала Победителей. Грузчики складировали их на землю, а студенты подхватывали и тащили в сторону ангаров. Каждый год для Бала использовался самый большой седьмой ангар. Нынешний исключением не стал. Во двор вышла Леони Авакян, очевидно, она хотела лично удостовериться, что разгрузка проходит по плану.

— Неутомимая баба, — пробормотал Макс и выкинул окурок в утилизатор.

Отойдя от окна, он еще раз посмотрел на свой манипулятор, в котором была открыта восстановленная часть дневника. Итак, он был прав, демоны действительно могут быть разумными. Согласно записям Софии, они способны и думать и чувствовать. Но это происходит в единичных случаях. А если быть точным, то теперь Макс знал о двух примерах: красный рядовой из ангара № 36, сознательно выбравший из двух жертв безоружного Тилля, и этот Дино, чтоб его…

На следующий день по пути на работу Макс впервые обратил внимания на деревья: багряные, золотые, — сочная осень, которую так любила София, вступила в свои права, а он даже не заметил. Он вообще перестал что-либо замечать вокруг. В этот момент в кармане затрясся манипулятор.

— Я вычислила книги, — взволнованно произнесла Эмилия.

— Ты в хранилище?

— Да.

— Никуда не уходи, я скоро подойду, — коротко проговорил Макс.

Он кинул еще один взгляд на деревья и ускорил шаг. Через десять минут он уже спускался в нижнее хранилище. Эмилия ждала его в первом зале. Она что-то сосредоточенно просматривала в своем манипуляторе. Услышав его шаги, она подняла голову.

— Так какое чтиво интересует таинственного гостя? — с ходу спросил Макс.

— Обе книги содержали отчёты об опытах, проводившихся в Большой Московской лаборатории, если точнее, то их проводили в секторе семь. Этим сектором заведовал некий профессор Иван Корсаков, собственно, он и подготовил эти отчеты. Они были разделены на две части и выпущены ограниченным тиражом, всего шестнадцать экземпляров, которые были разосланы в главные полицейские колледжи мира… — Эмилия читала информацию с манипулятора.

— Что за опыты? — заинтересованно спросил Макс.

Женщина пожала плечами:

— Это всё, что мне удалось выудить из электронной аннотации.

— Иван Корсаков, — задумчиво проговорил Макс, глядя в пол.

— Ты его знаешь?

Макс перевел взгляд на женщину:

— Не совсем. — И он покачал головой. — У тебя включен стационарный манипулятор?

Эмилия кивнула. Они подошли к ее рабочему посту.