Абель
Шрифт:
Абель не появлялся за эти дни, и я немного удивилась, поймав себя на мысли, что жду его. Внутри было легкое беспокойство из-за того, что он не приходит. Позвонить я, конечно, не решалась, даже предлога никакого не было. Но если бы что-то случилось, думаю, Бренда обязательно бы сообщила.
Из-за последних событий я плохо спала. Крутилась в полудреме по полночи, а засыпала под утро. К тому времени уже просыпался Макс, и день начинался заново. Поэтому в понедельник я не поехала провожать его в сад. Собрала малыша, перекинулась парой слов с Брендой и решила, что нужно возместить свой недосып. Поспав еще пару часов, я открыла глаза, потянулась, сползла с кровати и направилась
– Алло?.. – ответила я робко.
– Привет. Как ты?
Приятный баритон мужа раздавался из динамика, заставляя меня трепетать.
– Привет… Все хорошо. А ты как? Тебя не было эти дни.
– Все нормально. В клубе были дела, я не мог приехать.
– Ясно…
– Я подъеду минут через двадцать, мы прокатимся кое-куда.
– Эм… хорошо.
– Только оденься потеплее.
Он положил трубку, а я подняла глаза к зеркалу и увидела свои залитые румянцем щеки.
Через двадцать минут я была одета в теплую куртку длиной до середины бедра, плотные джинсы и высокие сапоги. Мне казалось, это достаточно тепло, к тому же день был солнечным, без намека на ветер. Я вышла из дома и уже закрывала двери на ключ, когда услышала рокот за спиной. С трудом сумев не разинуть рот от удивления, я смотрела на приближающийся байк и Абеля, управляющего этим зверем, и только теперь поняла, на чем мне предстоит прокатиться.
Неуверенными шагами я направилась к мужу, рассматривая его черный массивный транспорт. Высокая хромированная рама была без защитного стекла, как у обычных мотоциклов. Рукоятки покрыты черной кожей, идеальные формы удлиненного корпуса, мощные колеса и ничего лишнего! Каким сильным надо быть, чтобы управлять этим терминатором?
Абель поставил байк на упор и снял специальные черные очки от ветра. На нем была кожаная жилетка, надетая поверх теплой спортивная куртки, плотные темные штаны и высоки ботинки. На голове черный шлем – опять же без защитного стекла, который напоминал по форме солдатскую каску со времен второй мировой войны. Сойдя с байка, муж оглядел меня с ног до головы, снимая кожаные перчатки, и я невольно отметила, как сексуально смотрятся в них мужские руки. Абель достал из багажника второй шлем и протянул мне. Я неуверенно взяла более стандартный на вид шлем и перевела скептический взгляд на двухколесный транспорт.
– Мы что, поедем на этом?!
Абель уверенно кивнул и, помогая мне надеть шлем, добавил:
– Не бойся, тебе понравится.
Я даже не успела заметить, как муж обошел меня, ловко скрутил мои волосы, собранные в хвост, и спрятал под куртку. Коротко проинструктировав меня, как можно и как нельзя ездить на его «коне», Абель вернулся к байку и снял его с упора. Откатив назад, он завел мощный двигатель, удерживая тяжелую конструкцию на балансе, и только тогда разрешил мне садиться.
Пассажирское сидение находилось на уровень выше, и я, не без труда забравшись на него, ощутила себя словно в седле. Сидя за спиной мужа, я впервые обратила внимание на нашивки его жилетки: грозное изображение черепа в капюшоне, костлявая рука протягивает шар с буквой S. Над ним нависает лезвие косы, а выше – надпись SONS OF SILENSE mc, а внизу CALIFORNIA.
Убедившись, что я села правильно и мои ноги на нужных местах, Абель
– Тебе лучше держаться за меня, – сказал он серьезно.
Я послушно кивнула, разжав руки, и не спеша обхватила его широкую спину. Мы снова тронулись, двигаясь по району на приемлемой скорости. Это был необычный опыт, ведь мне не приходилось когда-либо ездить на подобном транспорте. Ветер дул в лицо, заставляя прищуриться, и через несколько кварталов мои глаза уже вовсю слезились.
Когда мы скользили между машинами или огибали препятствия, я непроизвольно прижимала колени, опасаясь, что непременно за что-нибудь зацеплюсь. Я не раз замечала заинтересованные взгляды прохожих в нашу сторону. В такие моменты ты чувствуешь себя особенным, и я не могла не признать, что получаю от этого удовольствие. Я сидела за спиной брутального мужа, на рычащем байке, который уверенно скользил по дороге, и мои внутренние впечатления выражали только одно – это круто!
На одном светофоре я поймала на себе очередной взгляд из соседнего авто. Женщина и мужчина смотрели на нас с открытой неприязнью. Не ожидая такой реакции, я отвела глаза, чувствуя себя неуютно. Однако с заднего сидения на нас с восхищением глазели их дети, прилипшие к стеклу. Я улыбнулась им и подмигнула. Ребята заулыбались во весь рот, а мы рванули вперед, оставляя их позади.
Скоро мы выехали на просторную трассу, и байк полетел гораздо быстрее. Я сильнее ухватилась за Абеля и придвинулась ближе, мне все время казалось, что я непременно упаду, если отпущу его. Адреналин заставлял сердце биться о ребра и сжаться в комок. Ветер нещадно бил в лицо, и я уткнулась носом в широкую спину мужа, чувствуя запах кожаной жилетки. Я пыталась разглядеть что-то сквозь ветер, но мелькающие с невероятной скоростью машины, деревья, меняющийся ландшафт еще больше заставляли ощутить скорость, и становилось страшно.
В голове мелькнул образ девушки из какого-то фильма, которая в таком же положении развела руки, откинувшись за спиной любимого. Словно крылья они рассекали ветер, а ее волосы красиво развевались, поддаваясь встречному потоку. И если тогда мне это казалось эпичным зрелищем, то сейчас я думала, что она больная на всю голову, если решилась на такое.
Холод проникал под куртку, и я с непривычки довольно быстро замерзла. Мои тонкие перчатки уже перестали быть защитой, и пальцы под ними начали коченеть. Мы уже были за городом, и я не имела понятия, сколько еще нам ехать и выдержат ли мои руки такую пытку. Я начала сжимать и разжимать пальцы, чтобы хоть как-то привести их в чувство, но это было бесполезно. Похоже, Абель почувствовал мои движения, потому что, не успела я опомниться, как мои руки оказались под его курткой. Он проделал это, продолжая вести байк одной рукой.
Для меня это был такой интимный жест, что я замерла, чувствуя его твердый пресс через майку. Под курткой было тепло, и мои руки почти сразу согрелись. Я боялась шевельнуть пальцами, чтобы не нарушить этот чувствительный момент. Ехать стало гораздо легче физически, но труднее морально. Я закрыла глаза, чтобы не видеть, насколько быстро мы летим. Мне казалось, мы ехали вечность, но наконец байк сбавил ход, съехал на обочину и остановился. Осторожно вытащив руки из уютного места, я начала тереть раздраженные от слез глаза. Хорошо, что я не успела накраситься, иначе моя тушь доплыла бы уже до шеи. Мне понадобилось время, чтобы глаза привыкли, и я смогла рассмотреть, где мы находимся…