Чтение онлайн

— Так я об этом и говорю! — влезла в разговор Иви. — Заодно отметим возвращение Адама.

— Это точно не поздно?

— Они собираются в десять, так что пока мы придем, вечеринка только обороты наберет.

— Дай угадаю, — сказал Моисей, — отмечают у Отто?

— А где же еще? — Иви кивнула.

— Пойдешь? — Рён все еще стоит слишком близко и не дает переодеться.

— А ты?

— С тобой пойду.

— Воу, полегче! — Коракс начал обмахиваться ладонью. — Здесь жарко становится.

— Я так хочу это сфотографировать, вы не представляете. — заныла Саша. — Пацаны,

можно? Выложу в группу, там все просто умрут.

— Нам не нужны массовые… — начал было Зисс, но Рён его перебил.

— Давай.

— Что?!

— Мне еще долги твоему отцу отдавать, забыл? — усмехается, предатель. — Счет из больницы длиной в метр, так что давай, помоги другу.

— Я все придумала. — Саша отошла к двери. — Народ, отойдите от них, нужно создать ощущение, что они одни, и кто-то снял их тайком.

— Фетишисты проклятые, любители подглядывать. — проворчал Моисей.

— Да замолчи ты уже, только и делаешь, что ноешь. — Коракс послушно отошел подальше.

Пока хосты препираются, Рён наклонился и сказал:

— Футболку снимай.

— Ты совсем с ума сошел?! — вцепился в край дивана так, будто Рён может начать его раздевать.

— Только футболку. Пока.

Как же он смотрит! Какие-то железы в его теле выделяют что-то странное, что заставляет его чувствовать себя так плохо, что даже хорошо становится. Он весь сломался, тело работает против него, и все из-за лисьих глаз напротив.

Стащил футболку, не отрывая взгляда от Рёна. О’кей, пусть делает, что хочет, ему уже все равно, ниже падать некуда, а если и есть, то дальше земли не упадет.

— Готово! — объявила Саша.

— Что? Уже? — он растерялся.

— Хотите посмотреть?

Подбежала, протянула им смартфон, он уставился в экран, пытаясь скрыть свое покрасневшее лицо.

Первый снимок четкий, с заваленным горизонтом, будто кто-то просто просунул камеру в комнату и снял то, что в ней происходит. На нем видно, как Рён наклонился к нему, а он смотрит испуганно, будто вот-вот разрыдается. Вторая фотография уже интереснее — немного смазанная, будто доморощенному сталкеру пришлось сделать ее в спешке. На ней он почти стянул футболку, но не полностью, оголил живот и часть груди. Из-за эффекта размытия это выглядит даже пикантно, но он лучше сдохнет, чем скажет это вслух.

— Классно, сразу видно профессионала. — Рён кивнул. — Скинь мне, я отправлю нашему человеку.

— Вот это схема. — удивленно сказала Саша. — Ну, а тебе как?

— Если бы я все еще жил дома, после этих фотографий меня бы точно выгнали на улицу.

— В принципе, эффект достигнут. — Саша рассмеялась. — Отправила. Пора выходить, вы время видели?

— Иди, мы догоним. — Рён погладил ее по волосам. — Спасибо.

— Все ради искусства. — она вышла из гримерки.

Вместе с ней из комнаты будто исчез весь воздух. Рён не дал ему опомниться, толкнул в грудь и залез сверху, сжал его бедра коленями и взял за волосы. Он хотел сказать ему, что так нельзя, что их ждут в зале, и еще целую сотню ничего не значащих вещей, но не смог выдавить из себя ни слова. Он сдался, проиграл, у него не было ни шанса на сопротивление.

Никто прежде так его не целовал —

чувственно, долго, с неподдельным удовольствием. Есть в этом что-то кроме страсти, что-то глубокое, то, от чего хочется прижаться к нему всем телом, что он и сделал. Почувствовав, как двигаются его бедра, он начал терять над собой контроль.

— Вашу мать, вы сегодня работать планируете?!

Хорошо, что Курт начинает орать раньше, чем входит, потому что Рён успел скатиться с него, отойти к зеркалу и даже изобразить святую простоту, когда начальник вломился в гримерку.

— Только из уважения к тому, что с тобой произошло, я тебя не вышвырну нахрен! — прорычал Курт. — Вали в зал, Адам!

— Уже ушел. — Рён поднял руки и проскользнул мимо него. — Прости, голова закружилась, Зисс помог мне принять таблетки.

Курт посмотрел на него, а он вжался в диван, надеясь провалиться сквозь него к чертям собачьим, лишь бы не оставаться здесь.

— Переодевайся. — буркнул он. — Но это в последний раз! Серьезно, я распущу этот балаган!

В зал вышел в замешательстве, с тупой улыбкой на губах и полным смятением в душе. Казалось бы, взрослые люди, а прячутся по углам и делают вид, что продолжают играть в игру, придуманную Нанико. Если честно, игра здорово подстегивает, но он чувствует что-то кроме желания будоражить общественность. Например, полностью обладать Рёном, но это другая история, гадкая и эгоистичная, он искренне борется с собой, но пока только проигрывает и капитулирует.

Увидел Оливию и понял, что забыл рассказать о ней Рёну. Ну, что же, познакомятся в процессе. Плавно подрулил к столику и сказал:

— Не думал, что ты и правда вернешься.

— Я слов на ветер не бросаю. — ответила она. — Он пришел?

— Да.

— Позови, я оплачу обоих.

То, как она ведет диалог, производит неизгладимое впечатление. Командует, но так сдержанно, что исполнять ее приказы — одно сплошное удовольствие.

Нашел Рёна, отвел его в сторону и прошептал:

— Нужно подойти вон к той леди.

— Я, вообще-то, уже занят. — он указал на стайку взволнованных девушек.

— Считай, что тебя перекупили.

— Потом сам с ними будешь разбираться серьезно, они меня чуть на запчасти не разобрали.

Кое-как отделались от клиенток и вернулись к Оливии. Она подала Рёну руку, он ее пожал, сел, повисла неловкая пауза.

— Ты ввел его в курс дела? — спросила она.

— Не успел, если честно. — от ее взгляда стало не по себе.

— Ветер в голове. — фыркнула Оливия. — У меня к вам деловое предложение. Вы сниметесь для моего журнала, а я заплачу вам, щедро.

— Это порно? — спросил Рён.

— Я похожа на того, кто снимает порно? — от такого предположения ее даже передернуло. — Журнал, я работаю в журнале. Сейчас покажу.

Она достала из сумки широкоэкранный планшет, положила его на стол и открыла UwUбраузер. Увидев главную страницу сайта, Зисс понял, что она имела в виду, когда говорила, что обществу надо взбодриться — все в белых и бежевых тонах, даже шрифт преимущественно темно-коричневый, не черный. Чинно, современно, с вкраплениями зеленого, который освежает дизайн, но совершенно пресно.